Закрепи эту позицию

Глава 14 (Жду ваши отзывы)

Сергей собрал последние остатки веры в невиновность Насти. Ей, той, которой даже сейчас, в эту переменчивую, страшную минуту, он готов был отдать все. Он влюбился. Нежданно, непредсказуемо он встретил её и поверил всему, что происходило между ними до этого. А сейчас?!

Настя смотрела на него беззащитным, щемящим душу взглядом, безмолвно умоляя поверить ей. Он спросил жестким, серьёзным голосом:

— Ты продала компанию Игорю Смелову?

После нескольких секунд молчания, сопения, шумов далекого женского смеха Сергей услышал ответ:

— Да, — подтвердил Русаков. — А что делать-то оставалось? А ты по что спрашиваешь?

— Ничего, — ответил Сергей, выключая телефон, недослушав до конца следующее предложение Русакова и чувствуя, как земля уплывает из-под ног, уже не видя перед собой Настю, из глаз которой потекли обжигающие щеки слезы.

Всё правда, Фридман не лгал. Она и в самом деле была подставой. Всё встало на свои места. Жила она в деревне, чтобы ревнивая жена Игоря не мешала мужу проводить в его частых поездках по стране страстные часы в объятиях молодой любовницы. Это же объясняло её отказ от сексуальных отношений. И непонятно чем вызванное вдруг желание завести ребёнка…

А он размечтался о дочери, семье, о милой женушке, ждущей его с работы с вкусным ужином.

Его взгляд снова прояснился, и он сообразил, что они оба мокрые стоят на новогоднем морозе, глядя друг другу в глаза. Только его выражали теперь страстное желание задушить эту женщину, сделать ей так же больно, как было сейчас ему, стереть её с лица земли, убрать, лишь бы не видеть наполненных бездонной синевой, полных слез глаз с утраченной на оправдание, на самом деле лживой насквозь, надежды. Его надежды, что он встретил свою особенную, неповторимую женщину, которой не мог солгать. Он отвернулся от неё, как от чего-то невыносимо противного, чтобы не показывать ей боль на лице.

— Я полагаю, — кашлянул довольный Фридман, — ты мне хочешь сказать спасибо за мой новогодний подарок.

И тут он сказал то, чего Сергей от него совсем не ждал услышать:

— Так полагаю, теперь мы можем счастливо разойтись. Я займусь этой дамой, — заявил он, властно потянув руку в перчатке в сторону девушки. Неизвестно откуда взявшись, подъехала машина Фридмана, из которой вышли два амбала.

Настя, как ошпаренная, отскочила от него, вцепившись в руку Сергея, с ужасом отпрянув и от него тоже, видимо, подумав, что он сейчас её оттолкнет, затравлено глядя по сторонам. Девушка не просто боялась Фридмана, она была в таком ужасе, что готова была сорваться с места.

Сергей медленно перехватил её дрожащую руку, прижав к себе. Что бы она ни сотворила, какой бы дрянью ни оказалась, конкуренту он её не отдаст. Как когда-то говорил Игорь, партия ещё не окончена. Как бы ни разрывалось его сердце от боли предательства, бросить её он посредине парка не мог.

— Нет, — со спокойствием, которого не чувствовал, заявил он.

— Нет? — ошарашенно повторил старый бизнесмен, не ожидавший этого ответа, и настойчиво продолжая протягивать руку в сторону девушки.

— Это моё личное дело, — произнёс Сергей, и, обойдя его, пошёл с Настей в сторону гостиницы, не выпуская из виду машину и телохранителей Фридмана.

— Ты ещё пожалеешь, — выплюнул со злобой старый бизнесмен ему вслед. — Ещё пожалеешь.

***

Сергей завел Настю в номер, оставив её стоять на пороге, стремительно направился в комнату, подошел к мини-бару и налил себе выпить первое, что попалось под руку. Затем обернулся и, скользя взглядом по прекрасной женской фигуре, цинично оглядел девушку. Та стояла, не зная, что ей делать, явно сильно перепуганная, в шоке от случившегося.

— Ты можешь мне хоть что-нибудь объяснить? — спросил он, глядя на неё без малейшего признака жалости, поймав себя на мысли, что не понимает, зачем спросил её.

Девушка присела на отделение для дорожных сумок, не глядя на него, словно её взгляд был устремлён в никуда.

— Он нашёл меня, — прошептала она содрогнувшимся голосом. Затем, сглотнув, жалостливо посмотрела в сторону Сергея так, что у того дрогнуло сердце. Но он быстро подавил в себе порыв пожалеть её.

— Четыре года назад я работала с ним по стратегическим играм, — прошептала Настя, имея в виду под словами «с ним» Фридмана. — Я не думала, что всё так обернётся. Мне было двадцать три года.

Она смахнула навернувшиеся слезы, пытаясь успокоить нарастающую истерическую дрожь в теле и голосе, жалея, что не рассказала ему об этом в парке.

— Дальше, — жёстко потребовал Сергей, уже догадываясь, что она расскажет.

— Да, я кокетничала с ним, но не думала, не знала… — Настя зарыдала во весь голос, обхватив голову руками, чуть раскачиваясь, как будто хотела почувствовать опору. — Он взял меня, сказал, что… что я сама виновата, но этот человек… он чудовище, он угрожал это делать снова и снова…

— Хватит врать, — жёстко и холодно резанул Сергей, не поверив ни единому её слову.

Девушка дернулась, как от хлыста, и замолчала. Вскинув полные слёз глаза, закрыв рот рукой от рвущихся из души рыданий, второй нащупала рукоять двери и, опершись на неё, как на рычаг, преодолевая дикую дрожь тела, она гордо встала. Её взгляд, полный страдания, надломленной самобытности, внутренней силы, обжёг Сергея убийственным по силе немым укором. Настя гордо, с королевским величием, вздёрнула подбородок, по которому пробежала и сорвалась слеза, развернулась и, распахнув из последних сил дверь гостиничного номера, вышла. Дверь захлопнулась за ней сама.

Сергей устало опустился на кровать, не в состоянии сдвинуться, прикрыв одной рукой лицо, понимая, что теперь можно дать волю эмоциям. Он застонал от переполнявшей его боли. Чувства, которые у него ещё остались в избытке, жгли, словно каленым прутом по сердцу, убивая в нём ещё одну часть души.

Всего за три дня какая-то маленькая лгунья умудрилась разрушить его жизнь до основания. Чуть не разрушила его бизнес, а заодно и жизнь.

Запиликал его сотовый телефон, не собираясь замолкать даже спустя пять минут, когда его никто не собирался брать в руки. Сергей медленно поднял его к глазам. Звонил Русаков. Он включил его.

— Алло, ты чё так долго телефон не берёшь, — выругался Илья. — Я чё звоню сказать: я продул часть акций Смелову, он, кажется, твой приятель. Не поможешь ли чем?

У Сергея перед глазами заплясали адские чертики. Русаков не продавал бизнес!?

Он выключил телефон и набрал номер Игоря. Тот сразу же взял трубку.

- С наступающим тебя, дорогой, - рассмеялся он в трубку добродушным, уже подвыпившим голосом.

- Игорь, ты спишь с Настей?

- Что? С какой Настей? – не понял тот. – Ты что, пьяный?

- Я спрашиваю, ты не трахаешь свою маркетинговую гуру, черт тебя подери? – заорал Сергей в трубку, уже зная, какой будет ответ.

- Ты с луны свалился, парень?! Опохмелись, тогда звони! С Новым годом тебя!

Игорь кинул трубку, оставив Сергея наедине с телефоном, начавшего понимать, что он только что вот этими руками, в которых был бокал с ромом и телефон, уничтожил, растоптал свое счастье, поверив на слово какому-то старому козлу.

И не поверив той, что уже успел полюбить больше собственной жизни. Он, как ошпаренный, выскочил из номера, кинулся вниз, не заметив у батареи в дальнем углу коридора свернувшееся в комочек женское тело, содрогающееся от слез.

Он выбежал на улицу, но и там, среди шумной, пьяной новогодней толпы, он не увидел Настю. Обежав все бары, кафе, ещё работающие магазины в округе, он вернулся час спустя в гостиницу, не представляя себе, как он сможет с этим жить.

Он увидел её, как только поднялся на этаж. Сердце Сергея оборвалось в безжалостных проклятиях самому себе за то, что он такое сотворил с этой несчастной девушкой. Он медленно подошёл к ней, опустившись на колени, протянул к ней трясущиеся руки.

Заплаканная, обессиленная Настя попыталась вяло его оттолкнуть, снова сорвавшись на безудержные рыдания, но Хромов лишь сильнее прижимал её к себе, прося опустившимся от волнения в шёпот голосом прощения. Бесконечно повторяя, как волшебное заклинание: я люблю тебя. Люблю. Люблю.

Затем он подхватил её на руки и понёс в номер, чтобы только любовью и ничем иным залечить те глубокие раны, которые способны наносить самые близкие люди и чудесным образом заживлять их лаской, нежностью и безудержной страстью.

***

P.S. Спустя девять месяцев в частной больнице в Москве родилась голубоглазая девочка с кучерявыми волосами, в честь которой была названа игра нового поколения – София. Игра, покорившая миллионы сердец игроманов по всему миру, побившая все рекорды по объёмам продаж и выведшая компанию «Игровой мир Хромова» на тридцатипроцентную долю рынка. Но Сергея эта новость абсолютно не волновала, больше всего на свете ему хотелось поскорее забрать жену с малышкой из роддома и любить её до конца своих дней.

КОНЕЦ