Возвращение 3
1151 Words
Настя поставила на широкий пень, исполнявший в этом доме роль стола, два кубка и бутыль вина.
– Нет, не надо, – Эливерт отодвинул посуду в сторону.
Настя вопросительно приподняла бровь.
– Уверен?
– Граю не любит, когда я пью. Я тогда её непутёвого папашу Сильтина напоминаю…
– Я думала, она про него и не вспоминает… – Настя убрала вино и снова присела рядом с вифрийцем.
– Она и не вспоминает, – кивнул Эл. – Потому что я не пью.
Настя облокотилась на спинку скамьи, смотрела на него долго, пристально. А Эл так же долго смотрел на неё. Потом спрятал лицо в ладони, потёр глаза устало, взъерошил волосы. И, снова посмотрев ей в лицо, сказал с глубоким вздохом:
– Легче бы второй раз в Лидонское ущелье сигануть…
Настя протянула руку и сжала его ладонь.
– Фрейя только вчера узнала и нам сразу рассказала. Я хотела ехать в Сальвар, а Кайл и Наир решили, что ты теперь всё равно уже не там. Я надеялась, что ты приедешь сюда…
– Я тебя искал. В Кирлиэсе. Эрра Гасул сказала, что вы в Лэрианор уехали. Дэини, ты мне поможешь?
Зелёные глаза Рыжей распахнулись широко.
– Конечно! Что за вопрос?
– Граю… Мне надо её на время где-то укрыть. На вас с Кайлом я могу положиться. Заберёте её пока?
– Ой, да это мне только в радость! – поспешно кивнула Настя. – Она же просто чудо чудесное.
– Она теперь по ночам спит плохо… – нехотя пояснил Ворон. – На рассвете вскакивает, с криками, её успокаивать надо. Потом снова засыпает. Она всё видела. И теперь это ей снится каждую ночь… Я бы её сейчас ни за что не бросил, по правде сказать, но выбора нет!
– Я справлюсь, – кивнула Настя серьёзно. – А ты? Что ты станешь делать?
– А ты бы что делала? – спросил он хрипло.
Настя помолчала и ответила, не отводя взгляд:
– Разыскала бы этих выродков и головы оторвала!
Эл только ухмыльнулся в ответ.
– Ты догадываешься, кто и зачем это сделал?
– Зачем понятно – поквитаться со мной хотели! Кто и за что – даже предположить не могу…
– Почему с тобой именно? – возразила Романова. – Если убили её, может, это враги Вириян?
– Дэини, самой-то не смешно? Враги у Вириян? Она в жизни даже мухи не обидела. Что, платье кому-то сшила не так, и её за это со света сжить велели?
– А ты тоже два года уже ничего никому не делал, да и до этого… Пока мы на Север ходили. Эл, за что с тобой так счёты сводить?
– Месть – она с годами не портится… Иногда даже наоборот, силу набирает, – покачал головой Эливерт. – Но я не знаю, Дэини. Я, правда, не знаю. Не сказать, что у меня недругов не было, но настолько ненавидеть... Единственная тварь, на такое способная, давно покоится в Топлюхином пруду.
Настю от воспоминаний о Лахти невольно передёрнуло.
– Эл, а если у Секача остался тогда кто-то? Кто-то, решивший за него с тобой посчитаться?
– Я перебил всю его кодлу, – напомнил Ворон. – Кому мстить?
– Тогда кто?
– Не знаю, Дэини, – Эливерт вздохнул тяжело, сцепил руки в замок, невидящим взгляд уставился в окно. – Я за эти дни перебрал всю свою жизнь: по годам, по дням, по часам. Я каждую морду вспомнил, которую когда-либо обчистил или обжулил. Не знаю. Орлех обещал Ферлааду всё выложить – дескать, тот поможет. Фрейя сказала, вольница уже взялась за поиски… Мне бы только след нащупать, а дальше я сам…
Глаза у Эла блестели лихорадочно, а лицо застыло будто каменное.
– Я всё равно их найду. Землю перерою, в Бездну снова спущусь, но найду! И этих сукиных сынов найду, и того, кто их отправил. Клянусь памятью Вириян! Дэини, я их вот этими руками порву, голыми руками! Они за каждую слезу моей дочери заплатят! Собственные потроха жрать будут!
Эливерта затрясло так, что сквозь его яростную речь, Настя отчётливо слышала, как у него зубы стучат.
– Они убили мою жену, они спалили мой дом, они хотели мою девочку заживо сжечь! Из-за этих тварей она теперь каждую ночь кричит так, что у меня душа разрывается! Они даже собаку мою убили! Проклятье! Я обещал быть рядом, беречь их, защищать! И не уберёг… Я ничего не смог! Ничего!
Он посмотрел на неё в упор, и из серых прозрачных глаз, наконец, хлынули слёзы.
– Дэини, что я мог сделать такого? Что и кому? Если всё в этой жизни не просто так… То за что это?
Настя никогда не видела Эливерта плачущим. Гордый, язвительный, сильный. Сложно было представить, что он способен слезу пустить. А вот так! Надрывно, горько, мучительно, скрючившись, сжимая голову руками, будто раздавить её пытался. Настя от жалости и ужаса сама заревела тотчас.
– Иди сюда! – судорожно всхлипнула Дэини.
Обняла, словно малое дитя, и он покорно уткнулся ей в плечо, захлёбываясь в этом безграничном горе.
– Дэини, я не могу больше! Просто больше не могу! – горько шептал он сквозь слёзы. – Сдохнуть хочу! Ты бы слышала, как она кричит по ночам! Я с ума сойду! Не могу больше! Не могу…
– Тише, тише!
Настя гладила его по спине, по голове, баюкая в своих объятиях. Первый раз утешала его она, а не наоборот, первый раз видела таким. Она сама заливалась слезами, но чувствовала, как вместе с этими бессильными злыми выкриками из него выходит губительный яд скорби и отчаяния.
– Поплачь, родной! Я с тобой! Слышишь? – приговаривала Настя шёпотом, сквозь судорожные всхлипы. – Я с тобой, родной мой! Плачь! А умирать тебе нельзя! Нельзя! Как же мы без тебя? Граю, как? Тише! Я с тобой! Слышишь? Ну, тише, тише…
***
Кайл, Наир и Граю подошли к дому, обсуждая что-то громко и возбуждённо. Должно быть, встреча с оленёнком всё-таки состоялась. Настя скользнула им навстречу с крыльца и предостерегающе приложила палец к губам. Троица сразу затихла.
– Уснул папка твой, – шёпотом пояснила она малышке. – Давайте ещё погуляем! Пусть отдохнёт…
– Пусть! – отозвалась Воробышек столь же тихо.
И они на цыпочках отошли подальше.
– Эливерт теперь почти не спит, – вздохнула Граю совсем по-взрослому. – Из-за меня. Я ночью просыпаюсь. Мне снится, что маму опять убивают. А он всегда рядом сидит. Ну, чтобы я не боялась… Потом бывает чуточку подремлет. Совсем со мной измучился!
– То-то я смотрю, от него одна тень осталась! – Настя поймала вопросительный взгляд Кайла, состроила гримасу – дескать, потом, всё потом. И снова обратилась к девочке: – Граю, Эл сказал, что ты пока с нами поживёшь… Я очень этому рада! И Кайл тоже. Правда, милый?
– Да, папка меня не хочет с собой брать злых дядек искать! – сердито поджала губы девочка.
– И меня тоже! Придётся тут нам его дожидаться, – усмехнулась Дэини, хоть в горле до сих пор комом стояли слёзы. – А ты уже познакомилась с дочкой Фрейи? Нет? Мальчики, как так? А ну-ка идём все к ним в гости! У Бретты, знаешь, кто есть? Настоящая ручная белочка!
– Ого! – просияла Граю. – Здорово!
– А Наир пока к сестрице своей сходит. И попросит её какое-нибудь зелье сварить от ночных кошмаров, да? Чтобы Воробышек наш крепко спал по ночам… – Настя улыбнулась лэгиарну и добавила уже совсем тихо: – Прямо сейчас пойдёт и попросит, пока его друг Ворон ноги не протянул от этих бессонных бдений!
- Writer
