Пропасть между нами

6

Глава 6

МАКС

— Мам, пап, я хочу съехать.

— В смысле? Зачем? — мама смотрит с тревогой.

— Мам, мне почти девятнадцать, пора жить отдельно. У Дена комната освободилась, я сказал, что перееду к нему, чтобы он не начал искать кого-то.

— Ден, это такой высокий блондин? — уточняет папа.

— Да. Он снимал квартиру ещё с одним парнем, но тот съезжает, и я сказал, что хочу снимать с ним.

— Правильно, сын, — говорит папа. — С деньгами поможем, не волнуйся.

— Спасибо, я обязательно найду подработку.

— А я против! — вскидывается мама. — Нужно сосредоточиться на учёбе, а не подработку искать. И потом, кто будет готовить? Как ты планируешь...

— Мам, всё нормально, не волнуйся, — говорю уверенно. Бытовые вопросы меня волнуют и пугают куда меньше, чем то, что я чувствую.

— Он прав, наш сын вырос, — занимает мою сторону папа. — Ну и потом, я жил в общаге. И как видишь, выжил и стал хорошим врачом. Ну и мы ведь всегда рядом, — папа накрывает руку мамы.

— Но обещай, что ты не пропадёшь и каждые выходные будешь приходить домой. И если будет тяжело...

— Дорогая, хватит. Он прав, ему почти девятнадцать. Он справится, позволь ему.

Мама поджимает губы — она не согласна, но сдалась. Она вообще редко с отцом спорит.

— Спасибо, пап.

Так в конце лета я собрал свои вещи и переехал на съёмную квартиру, которую снимал с Деном.

Первое время ломало. Я не видел её, и меня магнитом тянуло домой. Я сопротивлялся. Честно. Отчаянно. Не всегда получалось. Но я грузил себя учёбой и даже нашёл подработку санитаром.

Сентябрь в этом году аномально тёплый. Уже двадцатые числа, а мы всё ещё в футболках. Вчера был мой день рождения. И я впервые не встречал этот день с семьёй. Просто был четверг, у меня занятия, а потом смена. Да и родители на работе. Решили, что я заеду в субботу.

Накануне сплю плохо. Завтра я увижу её. Сколько я продержался? Три недели? Обещал приехать к обеду, и время тянется невероятно медленно. Будь я нормальным, я бы спокойно приехал в любое время. Что уж говорить — будь я нормальным, я бы и не съезжал. Жил бы с родителями, нормально питался, поедая мамины кулинарные шедевры. Хотя она и так через отца передаёт — ведь я работаю в его отделении. Пока санитаром, после третьего курса смогу медбратом работать.

А ещё я пошёл в бокс. Секцию ведёт наш физрук — мастер спорта, какой-то там чемпион. Это хорошо помогает сбивать агрессию, что растёт во мне. Мне плохо, когда я её не вижу, ещё хуже — когда она рядом.

Приезжаю домой как раз к назначенному времени. Открываю своим ключом. В квартире вкусно пахнет. Слышу голоса мамы и Дарины с кухни. Мама что-то говорит, и Дарина начинает смеяться. От этого звука внутри жаром опаляет. Сглатываю, даю себе, пару секунд, надеваю маску безразличия, снимаю кроссовки. Из гостиной выходит отец.

— Сын, — улыбается он и раскрывает объятия. Отвечаю, обнимаю в ответ. — С днём рождения, сынок. Девятнадцать лет. Совсем взрослый.

Он начинает поздравлять, и в это время выходит мама, а за ней и Дарина. Наши взгляды встречаются, она дарит мне лёгкую улыбку. И я слегка изгибаю губы в ответ. При родителях не могу её отталкивать.

Ещё один парадокс моей жизни. Я наслаждаюсь этими мгновениями. Мгновениями, когда подавляю в себе всё дерьмо и притворяюсь братом. Правда, надолго меня не хватает. Её близость, её нежность, с которой в эти мгновения она со мной разговаривает, взрывают всё внутри, и желание обнять её, прижать к себе становится почти невыносимым. Именно поэтому я делаю всё, чтобы она злилась, ненавидела и держалась от меня подальше.

В этом году она поступила на факультет международных отношений. Узнал, естественно, от мамы. Но как последняя сволочь даже не поздравил. Сейчас, сидя на диване, что когда-то служил мне кроватью, я одним ухом слушал про случай в больнице, о котором рассказывал отец, а сам то и дело смотрел на Дарину.

На ней домашнее платье, похожее на майку с воротником-поло. Волосы густой тёмной волной рассыпаны по плечам, и периодически она заправляет пряди за уши. У неё, как и у мамы, волосы тёмные, почти чёрные, и слегка вьются, поэтому всегда кажутся непослушными. Но мне нравятся. Хотя мне всё в ней нравится. И каре-зелёные глаза миндалевидной формы, и аккуратный, немного вздёрнутый носик, и пухлые губы.

Внутри жжёт. И хочется потереть место между рёбрами. Только, к сожалению, это не поможет. Игнорирую это едкое чувство. Дарина то и дело смотрит в телефон, с кем-то переписывается. И к разъедающему чувству вины от желания добавляется ревность. Нерациональное желание привлечь её внимание.

— Как тебе учёба? Как коллектив в группе? — спрашиваю я.

Дарина отрывает взгляд от телефона и переворачивает его экраном вниз. Смотрит прямо, словно не верит, что мне правда интересно. Потом слегка пожимает плечами.

— Нормально, — говорит она. — Нас в группе двадцать три человека — пятнадцать девчонок и восемь парней. Почти все уже успели перезнакомиться, многие приехали из других городов, так что в общаге живут. Мы пока просто присматриваемся друг к другу. Много лекций, много новых терминов, на первой неделе голова кругом шла. Но мне нравится. Правда. Я чувствую, что это моё.

Она говорит это с таким живым огоньком в глазах, что у меня перехватывает дыхание. Она счастлива. Она там, где хотела. И я рад за неё. И ненавижу себя за то, что даже сейчас, слушая её, я думаю только о том, как хочу прикоснуться к ней.

— Я рад, что ты смогла поступить туда, куда хотела, — выдавливаю я.

— Спасибо, — с скромной улыбкой и нежностью в глазах отвечает она.

Я отвожу взгляд и возвращаю внимание отцу, просто чтобы больше не смотреть на сестру.

Я выдерживаю чуть больше двух часов в кругу семьи, а потом, ссылаясь на то, что обещал друзьям и что они тоже хотят поздравить, начинаю собираться.

Мама жалуется, что я редко бываю дома, я отмазываюсь учёбой и работой. Папа поддерживает — мол, мужчина, нечего за юбку мамкину держаться.

Дарина подпирает плечом дверь комнаты и наблюдает со стороны.

— Пока, — говорю ей, глядя в глаза.

— Пока, — её губы снова трогает лёгкая улыбка.

Я задерживаю взгляд на них всего на мгновение и быстро отворачиваюсь. Подхватываю пакеты с едой, что сложила мама, и спешу прочь. На воздух. Снова подальше от неё.

А вечером действительно собираю парней, а Ден зовёт и девчонок. Отвлекаюсь, забываюсь. Пытаюсь заполнить чёрную дыру суррогатом и несколько часов не думаю о том, какая я тварь.