Всё сходилось — её странные взгляды на совещаниях, внезапные отлучки, эта новая причёска, будто она хотела что‑то скрыть или… показать. А потом — взрыв. Прямо посреди рабочего дня, в кабинете, где ещё полчаса назад подписывал контракты и раздавал указания. Я не мог собраться с мыслями.
Крыша ехала буквально. Что‑то внутри рвалось наружу, ломало привычные рамки, стирало грань между «можно» и «нельзя». Возможно, это был страх — страх, что она исчезнет. Я не контролировал себя — и не хотел. Вдруг однажды утром её стол окажется пустым, а секретарша скажет: «Лика больше не работает». От этой мысли кровь вскипала.
Не могу сказать, что гордился собой. Но это было сильнее меня. Будто кто‑то выключил разум, оставив только инстинкты, только горячее, рвущееся наружу «хочу». Я взял её прямо на столе
