Владимир развернулся в мою сторону — и на секунду я забыла, как дышать. Бокал задрожал в руке, грани хрусталя впились в ладонь. Что же я делаю?
Дурацкий наряд… Всё это — не я. Красное платье липнет к коже, как чужая маска. Но боже, как он смотрит. Прямо на меня. После всего, что случилось сегодня.
В памяти вспыхнули обрывки: дурацкая игрушка, рука Фила, скользнувшая в мои трусики, жёсткий трах, от которого до сих пор кружится голова. Мысли путались, словно нити разорванного кружева.
Его поворот не остался незамеченным. Женщины вокруг оборачивались, следили за его взглядом — и их глаза, как зеркала, отражали меня. Вот она, та, на кого он смотрит.
Хотелось сбежать. Бросить всё, рвануть к выходу, как последняя трусишка. Но ноги приросли к полу. Я стояла, краснея под его полуироничным взгл
