- Са, ты как?
К концу двадцать третьего дня, я уже точила заточку для того, чтобы выбраться из больничного заточения. Еще никогда в жизни, я не отдыхала такое количество времени подряд. Это пугало, и сбивало с толку мой организм.
- Дышу еще! – зло бросила я, отворачиваясь к стенке. Было в этом что-то несправедливо драматичное, видеть свет солнца из окна, в темноте палаты.
- Сара Артуровна, не будь ребенком!
Я и не знала, как для меня важны выступления, мои танцы, рев толпы, звон музыки в ушах. Я жила сценой, изгибами тела, аккордами мелодий. Я была живой только на время танца. Живой и беззаботной. Смогу ли я теперь вернуться к этому чувству полета над действительностью? Вопрос.
- Ты хоть представляешь, как мне теперь возвращать физическую форму?
- Детка, у тебя голова пробита, а вс
