Ad astra per aspera

7

В следующий раз мы с Феликсом встретились уже непосредственно во время моего предстоящего позирования для его скульптуры. Я не знаю, что именно управляло мной, когда я согласился, на это, но потом, видя счастье в голубых глазах Ликса, я ни разу не пожалел. Кто бы мог подумать, что уже на следующих своих выходных я попрусь вместе с Феликсом к нему на студию, совмещенную с квартирой. Я частенько обсуждал это с Эвеном и всячески намекал на то, что мне нужен от него совет в плане того, как мне лучше вести себя рядом со скульптором, но друг лишь отмахивался от меня и говорил, что будет лучше, если я буду собой и не стану притворяться.

В назначенный день для нашей первой совместной работы, я чуть ли с ума не сходил от волнения. На завтрак я ел подгоревшую яичницу, а потом еще и обжег себе половину рта из-за собственной невнимательности. В три часа дня Феликс уже должен был встретить меня около того ресторанчика, где мы были с Эвеном и познакомились. Феликс, обещал мне еще раз позвонить, чтобы уточнить наши действия, однако от него я только получил сообщение о том, что он уже ждет меня и мне надо бы поторапливаться. Погода сегодня снова стояла дождливая, поэтому даже несмотря на то, что я оделся довольно тепло, мой черный свитер под горло совершенно не спасал меня от пронзительного ветра.

Когда я был около ресторана, меня встретил Феликс с двумя стаканчиками кофе в руках. Он запомнил, что мне нравится латте с сахаром. В моей голове в этот момент проскользнула мысль о том, что с его стороны это очень мило, однако я пока что постарался засунуть это все как можно подальше. Феликс, пока мы шли в сторону центра города, пока дождь еще был не слишком сильным, все время поторапливал меня и говорил о том, что не хотел бы, чтобы я заболел.

Когда мы подошли к старому многоэтажному зданию, в котором и жил Ликс, я, будучи не самым хорошим ценителем искусства, ощутил эстетичность такой погоды, оценил красоту этого здания с пожелтевшими стенами на фоне серого неба и желто-оранжевых листьев на деревьях. Ликс пропустил меня в открытую металлическую дверь и повел к лифту. Оказалось, что ехать в замкнутом пространстве с человеком от которого у тебя мурашки по коже, не самое смелое решение, потому что как только в лифт зашли еще несколько человек и невольно прижали нас друг к другу, я чуть ли не сошел с ума. Феликс касался меня, и даже через одежду я чувствовал, насколько горячая у него кожа.

Мы оказались на восьмом этаже. Феликс открыл дверь в студию и снова пропустил меня вперед. Как только я переступил порог, в меня сразу же ударила волна жара. В студии было очень тепло. Пока я стягивал куртку, Феликс уже успел прошмыгнуть вперед меня и помчался открывать окна. Я стал потихоньку оглядываться. Конечно, квартира, сразу было видно, принадлежала творческому человеку. Небольшая прихожая отделялась от ванной и крохотной кухни дверьми-купе, а за ними пряталась здоровенная комната. Как оказалось, она тоже отделялась от спальни купе. Но об этом я узнал уже тогда, когда Феликс, все же стянув с себя куртку, стал проводить мне небольшую экскурсию.

-Здесь очень жарко потому что у меня работает отопление. Мне нужно, чтобы мои картины и скульптуры успели высыхать. Если хочешь, можешь раздеться, я дам тебе свою футболку,- в свое оправдание промурлыкал голубоволосый, открывая навсю окно в студии,- будешь чай? Или сразу начнем?

-Давай сразу начнем, а потом видно будет,- мне было действительно жарко находиться в своем теплом свитере под горло в таком душном помещении, но говорить о том, что было бы неплохо переодеться, я не стал,- что мне делать?

-Смотри,- Феликс протянул мне небольшой листок с эскизом своей скульптуры, а потом, вручив его мне, стал выжидающе смотреть,- мы можем поменять что-нибудь в процессе, если тебе будет неудобно так позировать.

-А мне обязательно быть голым?

-Ты не будешь голым. Я дам тебе простынь, мы замотаем тебя как древнегреческого бога, а потом я просто нарисую тебя,- уверенно проговорил скульптор, смотря на меня так, как будто от меня зависит вся его жизнь,- сразу отвечу на твой вопрос. С фотографии вырезать довольно сложно, поэтому я сначала рисую, чтобы… прочувствовать все изгибы, так сказать.

-Ладно, делай, что хочешь,- если бы в моей голове не было слышно ударов сердца, то возможно, я бы не согласился на такое, однако поздно пить боржоми, когда почки отказали,- куда мне можно кинуть вещи? И мне же не обязательно снимать с себя трусы?

-Их можешь оставить,- улыбнулся Феликс, включая освещение в студии, пока я трясущимися руками стягивал с себя одежду.

Когда я уже был обнажен, Феликс протянул мне простынь и пока я держал ее края, чтобы она не испачкалась, он пытался закрепить на мне так, как нужно ему. Закрепив простынь, по большей части, на моих бедрах, все же оставляя их часть открытыми, Феликс усадил меня на стул и показал, как именно мне нужно держать руки и куда смотреть.

-Я сегодня помучаю тебя, а потом будет проще. Я буду рисовать каждый фрагмент отдельно, поэтому, если вдруг устанешь, говори, хорошо? Я особо не тороплюсь, поэтому мы можем делать перерывы,- уверенно проговорил Феликс, собирая свои волосы в небольшой хвостик, и устанавливая на мольберт листы для рисования,- кстати, если проголодаешься, можем заказать пиццу… или суши, ну в общем то, что ты захочешь.

-Хорошо, буду иметь ввиду,- я веду себя последнее время так, словно меня пытаются склеить на первом свидании, а я ломаюсь,- ты профессионально занимаешься скульптурой или самоучка?

-Учился еще со школы,- улыбнулся парень, неожиданно подходя ко мне и начиная поправлять на моих бедрах простынь,- ты можешь руку чуть-чуть расслабить? Очень заметно, что ты ее держишь в напряжении…

-Вот так?- мне пришлось чуть-чуть опустить руку, однако, видимо Феликсу это не особо было нужно и он прикоснулся к моему плечу своими длинными пальцами, да так, что я разучился дышать.

Феликс осторожно поправлял мою руку так, как нужно было ему, а я не смел даже дышать, не говоря уже о том, чтобы шевелиться и мешать мастеру. Когда же парень закончил и вернулся на свое место, напротив меня, я все же немного расслабился, стараясь пока что не думать о том, что от его прикосновений у меня сносит крышу. Я стал отвлекаться на его полупрозрачную табличку над головой, время на которой неумолимо бежало вперед. У меня перед глазами снова появилась причина смерти молодого скульптора. Я искренне надеялся, что все же у судьбы или у Бога, кто их там разберет, будут немного другие планы и Феликс не станет страдать из-за меня. Но картинка перед глазами не менялась с самого первого раза, когда я увидел ее, поэтому тяжело вздохнув, я все же через силу прекратил думать о его скорой кончине.

-Кай, с тобой все нормально?- немного обеспокоенно спросил Ликс, бросая рисование и подходя ко мне,- почему ты плачешь? Тебе больно?

-Что?- тихонечко переспросил я, не веря в то, что услышал.

-Не шевелись, прошу тебя,- взмолился парень, подходя максимально близко, чтобы вытереть мои слезы,- я сам вытру твои слезы, только не шевелись…

-Мне не больно. Просто иногда бывает такой всплеск эмоций,- соврал я, стараясь двигаться как можно меньше,- ты можешь продолжать, со мной все в порядке.

-Точно? Если хочешь, мы можем прекратить,- на полном серьезе проговорил Ликс, все же неуверенно отходя от меня,- принести тебе воды?

-Не стоит. Просто продолжай,- я стоял на своем, потому что прекрасно понимал, что если он сейчас начнет заботиться обо мне, мое чувство привязанности к нему начнет разрастаться с бешенной скоростью и я буду не в силах противиться ему.

Феликс все же пошел на свое место и продолжил задумчиво рисовать с меня портреты. Когда же он попросил поменять позу и сообщил, что руки ему больше особо не нужны, я не был готов к тому, что он снова подойдет ко мне со спины и слегка приспустит простынь вместе с моими трусами. Хоть он и не раздел меня полностью, но все же оголенная часть меня была смущена.

-Я и не думал, что у древнегреческих богов на пояснице бывают татуировки,- усмехнулся Феликс, начиная обходить меня, чтобы снова взяться за свои листы,- расслабься, Кай. Твое тело просто идеально. Я еще ни разу не встречал настолько красивых людей, поэтому просто расслабься и будь собой. Если тебя что-то смущает, ты не стесняйся и говори мне, ладно?

-Да нормально все. Ты же сам сказал, что тебе для работы в основном нужны только рисунки. Я не могу отобрать у тебя это,- после слов о моей татуировке, мне стало как-то снова не по себе. Но не от того, что кто-то посторонний так открыто со мной ведет себя, а от того, что об этой татуировке знает только Эвен. В момент, когда Феликс прикоснулся к ней, я понял, что атмосфера между нами стала намного интимнее.

-Предлагаю все-таки заказать пиццу, а потом продолжить, пока она будет ехать к нам,- усмехнулся парень, начиная искать свой телефон,- я закончил рисовать твои руки и спину. После, надо будет нарисовать грудь и ноги, а с лицом, думаю, мы справимся в следующий раз. Я не особо хочу мучить тебя… ты и так устал… тебе завтра на работу, все таки…

-Да все в порядке. Давай закажем с ананасами? Или ты против?

-Я вообще научился не есть целыми днями за работой, так что я всеядный,- снова улыбнулся скульптор, а мне на минуту показалось, что он начал заигрывать со мной,- что ты будешь пить?