У Смерти тоже есть пара

Last Christmas I gave you my heart But the very next day you gave it away This year To save me from tears I'll give it to someone special… Старая рождественская песня тихо хрипела из потрёпанных динамиков, то становясь громче, то захлёбываясь треском помех. Магнитола в стареньком минивэне явно доживала свои лучшие годы и временами звучала так, словно сама устала от этой дороги, декабря и человеческих проблем. Впрочем, даже если бы динамики внезапно обрели мощность концертной аппаратуры, заглушить происходящее на заднем сиденье им всё равно не удалось бы. — Мааам! — пронзительно заорала Айри. — Бенни снова забрал мой планшет! Я хочу свинку Пеппу!!! Детский визг ударил по тесному салону с такой силой, что Пайпер показалось, будто задребезжали даже стёкла. Она крепче сжала руль и прищурилась. Зачем? Понятия не имела. Наверное, измученный материнский мозг решил, что если уменьшить площадь открытых глаз, то каким-то чудом автоматически уменьшится и площадь барабанных перепонок. Не помогло. — Бенни! Отдай ей планшет! — почти взмолилась женщина, не отрывая взгляда от тёмной дороги. — Пожалуйста. Давайте хотя бы до дома доедем в тишине. — Это не наш дом, — мрачно проворчал мальчик. Он ещё несколько секунд демонстративно держал планшет подальше от коротких ручонок сестры, а затем всё-таки сунул его ей на колени. Айри немедленно прижала устройство к груди, словно только что вернула фамильную реликвию, похищенную коварным врагом. Бенни насупился и отвернулся к окну. За стеклом проплывали бесконечные тёмные силуэты деревьев. Высоченные сосны и ели теснились по обе стороны дороги, превращаясь в сплошную чёрную стену. Низкие облака нависли над лесом тяжёлым свинцовым полотном, а редкие капли начинающегося дождя уже расползались по лобовому стеклу. — Мне там не нравится, — буркнул мальчик. Уголки губ Пайпер на мгновение дрогнули, но улыбнуться так и не получилось. — Ну… это будет нашим домом, поэтому придётся привыкать. Последние слова дались ей тяжелее, чем хотелось показать детям. Пайпер глубоко вдохнула и медленно выдохнула через нос. Она не хотела сюда переезжать и Бенни не хотел, а Айри, кажется, вообще было всё равно, пока существовали свинка Пеппа, шоколадное молоко и её коллекция жутковатых плюшевых чудовищ. Но обстоятельства редко спрашивали, чего хочет Пайпер. Они просто однажды ворвались в её жизнь, перевернув с ног на голову. — Маленьким девочкам нельзя смотреть мультики на ночь, — вдруг тихо прошептал Бенни. Пайпер покосилась в зеркало заднего вида. Мальчик наклонился к сестре с таким серьёзным выражением лица, будто собирался сообщить ей государственную тайну. — Почему? — подозрительно спросила Айри. — Потому что тогда к ним приходят… — он выдержал паузу и Айри замерла. — …призраки сме-е-е-ерти. Последние слова Бенни произнёс загробным шёпотом, растягивая слоги. Айри секунду смотрела на него огромными глазами. А потом салон взорвался. — А-А-А-А-А! — Господи! — вздрогнула Пайпер. Айри с размаху пнула брата ногой. — Ай! Ты ненормальная?! — Я НЕ ХОЧУ ПРИЗРАКА СМЕРТИ-И-И! — Бенни! — рявкнула Пайпер. — Хватит пугать сестру! — Я просто сказал… — А ты, Айри, перестань его пинать! — Он сказал, что я умру! — Я такого не говорил! — Сказа-а-ал! Пайпер страдальчески подняла глаза к пасмурному вечернему небу, насколько позволяла необходимость следить за дорогой. Она любила своих детей безумно и больше жизни. Но временами ей казалось, что материнство было тщательно спланированным заговором с целью выяснить, сколько нервных клеток способен потерять взрослый человек, прежде чем начнёт разговаривать с кофеваркой. — Всё! — объявила она. — Тишина. Хотя бы пять минут. Я прошу всего пять минут. На заднем сиденье наступило подозрительное молчание. Пайпер даже насторожилась. Неужели сработало? — Мне страшно, — тихо всхлипнула Айри. Ну конечно. Пайпер посмотрела в зеркало. Девочка сидела, поджав ноги, и крепко прижимала к груди плюшевого Хагги Вагги. Ирония была настолько прекрасна, что Пайпер едва не рассмеялась. Ребёнок боялся выдуманного призрака смерти, обнимая при этом синее зубастое чудовище с пастью, способной вызвать сердечный приступ у взрослого мужчины. — Айри, призраков не существует, — мягко сказала она. — У твоего брата просто слишком бурная фантазия. — Правда? — Правда. — Совсем-совсем? — Совсем. — А если… — Айри. — Всё, молчу. Малышка шмыгнула носом и ещё крепче обняла своего кошмарного плюшевого защитника. — Я здесь, — тепло произнесла Пайпер. — Тебе нечего бояться, моя малышка. Она на мгновение задержала взгляд в зеркале заднего вида. Всего на мгновение, чтобы увидеть раскрасневшееся лицо дочери, недовольного Бенни и его внезапно расширившиеся глаза. — МА-А-АМ! Пайпер резко перевела взгляд на дорогу и всё внутри неё оборвалось. В свете фар стоял человек прямо посреди дороги. — Чёрт! Пайпер изо всех сил ударила по тормозам и шины взвизгнули, а минивэн дёрнуло. Айри закричала, Бенни заорал что-то нечленораздельное. Сидящие сзади дети рванулись вперёд, удержанные ремнями безопасности, планшет вылетел из рук Айри и с грохотом упал на пол. Машину слегка повело по мокрому асфальту и Пайпер судорожно выкрутила руль. Ещё мгновение, полметра, двадцать сантиметров и… трагедии было бы не избежать. Тишина. Минивэн замер, а Пайпер не дышала. Её нога с такой силой вдавливала педаль тормоза, будто машина всё ещё неслась вперёд. Пальцы побелели на руле, сердце колотилось где-то в горле, мешая вдохнуть. Перед капотом по-прежнему стояла девушка всего в нескольких сантиметрах. — Боже… — Пайпер сглотнула и по виску скатилась холодная капля пота. Она чуть её не убила! Ещё секунда, всего одна проклятая секунда… С заднего сиденья донёсся плач Айри и это наконец привело Пайпер в чувство. Она медленно разжала онемевшие пальцы и резко обернулась. — Бенни? Айри? Вы целы? — Мамочка! — Всё хорошо. Всё хорошо, — быстро заговорила она, хотя сама дрожала всем телом. — Мы остановились. Мы никого не сбили. Слышите? Всё нормально. Айри всхлипнула. Бенни ничего не ответил. Он сидел совершенно неподвижно. — Бенни? Мальчик смотрел через лобовое стекло и лицо его побледнело. — Мам… — Что? Он медленно поднял руку и указал на девушку. — Мамочка… сбей её и поехали домой. — Бенни! — Пожалуйста! — Ты вообще слышишь, что говоришь?! — Она ненормальная! Пайпер снова посмотрела вперёд. И только теперь поняла, что именно так напугало сына. Девушка не двигалась. Вообще! Пайпер едва не сбила её машиной, а незнакомка даже не обернулась. Она просто продолжала стоять посреди дороги, опустив руки вдоль тела. Неподвижная... неестественно неподвижная. — Девушка, наверное, заблудилась, — произнесла Пайпер, скорее убеждая себя, чем сына. — Здесь просто темно, как в… как… как безлунной ночью. Пайпер расстегнула ремень. — Возможно, ей нужна помощь. — Нет! Бенни моментально подался вперёд. — Мама, пожалуйста! Давай просто уедем! Пайпер положила руку на дверную ручку. — Мы не можем бросить человека одного посреди дороги. — Можем! Очень даже можем! — Бенжамин! — Она страшная! Пайпер покачала головой. Её собственный инстинкт самосохранения, признаться, сейчас полностью поддерживал сына. Что-то было неправильно, совсем неправильно. Пустынная лесная дорога, декабрь, темнота и босая девушка, которая стоит посреди трассы и никак не реагирует на едва не сбивший её автомобиль. Нормальный человек, вероятно, заблокировал бы двери и вызвал полицию, но Пайпер никогда не утверждала, что относится к нормальным. — Заприте двери, — велела она. — Мам! — Я только проверю, всё ли с ней хорошо. — Не открывай дверь! Щёлкнул замок и холодный воздух немедленно ворвался в салон. Пайпер выбралась наружу и захлопнула дверь. — Мама! — приглушённо донеслось из машины, но она сделала вид, что не услышала. На улице оказалось значительно холоднее, чем она ожидала. Пайпер поёжилась и плотнее запахнула куртку. Над дорогой висел густой туман. Он лениво полз между деревьями и клубился в свете фар белёсыми полосами. Воздух пах мокрой хвоей, землёй и приближающимся дождём. Незнакомка всё ещё стояла спиной. — Простите! — позвала Пайпер, но никакой реакции. Поэтому она осторожно приблизилась. — Простите, пожалуйста. Я вас чуть не сбила. Здесь ужасно темно, а дети меня немного отвлекли, и я… Пайпер осеклась, ведь теперь у неё была возможность увидеть девушку лучше. Очень молодая, стройная и хрупкая на первый взгляд. Длинные чёрные волосы спускались почти до поясницы. Они были мокрыми настолько, что тяжёлыми прядями прилипали к спине и плечам. Но больше всего удивляла одежда, ведь брюнетка была в платье. Кто, чёрт возьми, ходит по лесной дороге в декабре в платье? Причём оно выглядело настолько странно, что Пайпер невольно замедлила шаг. Тёмная ткань неизвестного ей материала плотно облегала талию и свободно спадала вниз. Ни молний, ни привычных швов. Некоторые части были украшены сложной вышивкой, напоминавшей переплетающиеся ветви или непонятные символы. И платье было испорчено. Не просто испорчено, а разодрано. На боку зиял длинный разрыв, подол и вовсе превратился в грязные лоскуты. Несколько участков ткани выглядели так, будто… будто их обожгли! — Господи… Она посмотрела ниже и замерла, ведь девушка была босой! Тонкие ступни стояли прямо на ледяном асфальте, испачканные грязью и чем-то тёмным. На коже виднелись мелкие порезы. — С вами всё в порядке? — снова молчание и Пайпер подошла ещё ближе. — Вы меня слышите? Незнакомка сжимала кулаки. Так сильно, что костяшки пальцев побелели. Она смотрела куда-то вперёд, в темноту леса, и, кажется, даже не моргала. Пайпер почувствовала, как по позвоночнику медленно пробежал холодок. Это уже совсем не походило на обычное «заблудилась». Может, на неё напали? Она сбежала? Попала в аварию? Шок. Точно! У девушки шок! Это объясняло такое странное поведение. Ну… почти. — Эй, — значительно мягче произнесла Пайпер. — Я не причиню вам вреда. Но никакой реакции. Несколько мокрых прядей закрывали лицо незнакомки, и Пайпер осторожно вытянула руку, но на секунду остановилась, когда в голове очень своевременно прозвучал голос Бенни: "Сбей её и поехали домой." Она осторожно коснулась плеча девушки и едва не отдёрнула руку. — О Господи! Ледяная. Девушка была не просто холодная, а именно ледяная. Ткань платья была насквозь мокрой, а кожа под ней казалась почти лишённой тепла. — Что же с тобой произошло?.. Незнакомка резко вздрогнула, будто только сейчас заметила существование мира вокруг себя и Пайпер отступила на полшага. Девушка медленно повернула голову. Мокрые волосы соскользнули с лица и Пайпер впервые увидела её глаза. Чёрные. Настолько тёмные, что при таком освещении почти невозможно было различить зрачки. Взгляд был до жути пронзительный и тяжёлый. Незнакомка смотрела прямо на неё, не произнося ни слова. Пайпер вдруг стало трудно дышать и по рукам выступили мурашки. Её охватило совершенно иррациональное желание убежать. Сесть в машину, заблокировать двери и увезти детей отсюда как можно дальше. Потому что сейчас на неё смотрела не испуганная девушка, чудом оказавшаяся ночью на лесной дороге. На неё смотрело что-то злое, разъярённое. Что-то, что ненавидело весь окружающий мир просто за то, что он продолжал существовать. И всё же, имея безгранично сочувствующую и отзывчивую душу, Пайпер смогла увидела другое. Бледные губы, дрожащие пальцы, изрезанные босые ноги, мокрые волосы, обожжённое платье... одиночество. И доброе сердце женщины моментально придумало собственное объяснение всему увиденному. — Ох, милая… — искренне сопереживая незнакомке, произнесла она. — Как же тебя так угораздило? В жизни хватает дерьма и судя по всему, ты его черпнула с лихвой. Чёрные глаза чуть сузились. — Но ничего. Всё будет хорошо, — Пайпер медленно протянула к ней руку. — Я тебе помогу. Брюнетка посмотрела сначала на эту руку, потом на лицо женщины. Что-то тихо прошипела на совершенно незнакомом языке. И именно в этот момент из глубины леса донёсся долгий, низкий и протяжный вой. Он прокатился между деревьями и заставил ночной лес словно на мгновение замереть. Пайпер оцепенела, но реакция незнакомки оказалась совсем другой. Она резко вскинула голову и её лицо изменилось. До этого в нём была лишь холодная, тяжёлая отрешённость, а теперь же, там появилась чистая и мгновенная ярость. Девушка резко повернулась к лесу, её пальцы снова сжались в кулаки. Пайпер почувствовала, как волосы на затылке встают дыбом. — Я думаю, нам лучше убраться отсюда как можно скорее. Она нервно оглянулась на бесконечную стену деревьев. — Здесь водится много диких животных. Но незнакомка её не слушала. Она смотрела в лес так, будто прекрасно знала, кто именно там находился. Её губы медленно искривились и впервые Пайпер услышала от неё совершенно отчётливое слово. Тихое и ядовитое, произнесённое с такой ненавистью, что перевод ему, пожалуй, и не требовался. — Волк…