Книга времен

глава 4

    Гром и молния! Треск и грохот! Небольшое возвышение, высеченное из цельного камня: его поверхность украшают сотни миниатюр. Звуки множества голосов и черная тень, окутывающая его ... Высота разливается разноцветными ручьями, звезды смешиваются в небе, повсюду вздымаются высохщие деревья как мертвые, но грозные руки. Место и время лихо пляшут канкан на сцене колеблющейся браны в варьете мультиреальности. На несколько коротких мгновений возникает внутренняя пустота и чувство самосознания, первое ощущение того, чей разум был отрезан от всего остального. Но уже на подходе сгусток теней: он мчится между холодно мерцающими звездами и Раулем. Нет, подсказывает разум, это не мое имя, оно еще не мое. В ужасе открывая глаза, Некто пересекает мертвый лес и бежит дальше, клочья одежды на твердых шипах. Напрасный бег. Сходит тень, и прошлое теряется в тумане ... Небо очищено от серо-коричневой пелены, со всех сторон вырастают кристаллические структуры. Рауль, ныне и присно - уже Рауль, стоит у входа на огромную величественную площадь. Он смотрит с вершины холма, и прекрасный город, удивительно совершенный, раскинулся на трех сторонах света. А с четвертой стороны огромный океан, покрытый пенными волнами, колышется. Прямо перед ним, на другой стороне площади, красуясь во всем своем великолепии, высится изящный храм или дворец - Рауль не знает, что именно. Но его поражают картины, выложенные блестящими прозрачными камнями на фасаде здания. На одной из них чудовищное облако, занимающее половину неба, готово поглотить крохотного человечка, прислонившегося к руинам стены и закрывающего лицо ладонями. Рауль игнорирует прохожих. Их лица расплывчаты и размыты, они ничего не значат для него. Облако бросается в глаза, и он должен остановиться, отвести взгляд, но он не может! И тень, забывшая о своем существовании, начинает присматриваться к окружающему миру ... ничто не ускользнет от ее взора! ..

… Образы вокруг него становились все быстрее и быстрее; иногда под ногами вырастали кучи невиданного белого крошева, на севере называемые снегами, иногда разрасталась пустыня, иногда джунгли сплетали над ним бесчисленные зеленые руки, иногда пустынные холмы оставляли на расстоянии ледяную рябь. Невозможно было вспомнить все картины, но вид тонкой полосы металла, которая бежала по полу, разделяя весь мир на две части, не исчезал ни в одном из видений. В конце концов, видения прошлого, освобожденные от удерживающей их преграды, в последний раз обрушились на запыхавшийся разум, и внезапно все остановилось. Рауль встал, и на его длинном лице было выражение полного понимания мира вокруг него. Он вернул свое самосознание и наслаждался свободой думать обо всем и не быть отягощенным приказами, которые исходили из ниоткуда. Тень, сковавшая его несколько лет или столетий -  снова искала его. «Я не вернусь», - неожиданно подумал Рауль: « Я останусь здесь. Это будет мой новый мир». А потом он услышал голоса. Они доносились как-то странно, как будто говорящие находились за статуей ворона. Присмотревшись, Рауль увидел две маленькие двери в стене по обе стороны от статуи. «Нет», - решил он, вынимая палочку: «Посмотрим сначала, что это за сверток». Почему-то он был твердо уверен: волноваться не о чем. Во всяком случае, пока.

    Коч наблюдал, как пушистый мех, покрывающий Мастера Ё, таял, его лицо плыло, и голова монаха из звериной морды вновь становилась привычным за долгие годы зрелищем: круглым, жизнерадостным, выбритым до блеска зеркала. Интересно, подумал  Коч, заметил ли Мастер Ё сам свою трансформацию. Видимо заметил. Потому что внезапно он остановился и посмотрел на свои руки. Потом посмотрел на целителя и подмигнул ему.

-   Значит, я снова выгляжу более знакомо? - спросил Мастер Ё и сделал шаг вперед, не дожидаясь ответа. Раздался еле уловимый скрип, и каменные вершины гигантской статуи поднялись. Под ними ревел пурпурный огонь.

    Хащicвіт помог Гощчу выпрыгнуть на берег, чтобы во имя всего живого, тот не коснулись мертвой воды. Гощчу вздрогнул. Непрекращающийся гром катился по небу, постепенно стихая, как будто предупреждая о том, что нельзя игнорировать. Услышав это, все живое содрогнулось, и солнце остановилось в небе.

-   Что происходит? - шепотом спросил гость.

-   Похоже, мы опоздали, - серьезно ответил хозяин леса. Во многих пророчествах говорится, что последний день Світу должен быть отмечен чем-то вроде этого. Однако мучительно тянулись мгновения, а всё оставалось по-прежнему. Ничто не обрушивалось на них, не расступалась земля под ногами, разрушители мира не наступали неисчислимыми ордами.

-   Жди, - приказал Хащicвіт Гощчу, который собирался задать ещё какой-то вопрос. Бессмысленный порыв. Всё решится в ближайшее же время.

    Под святынями всех богов что-то снова зашевелилось, встревоженное. Преподобная Исабель, сидевшая в кабинете мастера Ё, вздрогнула. В неприступном шкафу настоятеля раздался легкий скрип. Мышь? Не может быть. Там, где есть пернатые, мыши не осмеливаются селиться, хотя обращение первых со вторыми трудно назвать соответствующим доктрине Пути. Она подошла к шкафу и прислушалась. Забавно сказать, но ей послышался шум волн, шипение ветра и едва уловимый скрип дерева. Однако вскоре звуки прекратились. Жрица долго стояла, пытаясь понять услышанное. Но ничего дельного не приходило ей на ум.

    Рауль вздрогнул, когда открыл глаза. Он мог видеть, сомнений у него в этом не было. Порыв ветра обрушился с потолка и одним движением смел скопившуюся пыль. Рауль закашлялся и огляделся. Веревка еще немного качалась, но продолжала подниматься в темноту. Глядя в пурпурные вихри, которыми статуя смотрела на него, он чувствовал себя беспомощным и незащищенным. С трудом ему удалось отвести взгляд, и объект, все еще лежавший на платформе, снова привлек его внимание. Это была книга. В кожаном переплете, очень большой и толстый. Рауль заколебался и быстро подошел к платформе. «Поторопись», - сказал он себе. Надо успеть! Он положил обе руки на книгу ... И понял, что потерявшая его тень вновь нашла след. Ощущение было ужасным. Рауль чувствовал, что боится, как никогда раньше. Не того, что с ним что-нибудь могло случиться, это его меньше всего беспокоило. Дело в том, что память, которая еще не вернулась целиком, снова исчезнет в омерзительной тьме. Он схватил книгу, которая оказалась тяжелой, и прислушался к легкому скрипу открывающейся двери.

    Когда шторм ударил их по головам, Мастер Ё подавился пылью и чуть не рухнул. Коч энергично взмахнул крыльями, пытаясь удержаться, и ему это удалось. Когда они смогли снова открыть глаза, комната была идеально чистой. И шаги были отчетливо слышны, уже совсем близко. Не обращая внимания на предупреждения целителя, Мастер Ё подбежал к двери и открыл ее.

    Нелепый монстр проскользнул в дверь, и Рауль был ошеломлен, что монстру удалось войти сюда. Он выглядел как огромный мужчина, покрытый лохматым мехом, с горящими глазами на обеих головах. Одна голова монстры была похожа на человеческую, хотя и с узкой хитрой мордой, другая, не менее устрашающая, принадлежала птице. Рауль бессознательно протянул ладонь к монстру и мысленно воздвиг защитные стены. Но ничего не произошло. Магические силы оставили его. И тьма, кружась где-то наверху, вдруг увидела свою добычу и набросилась, как падает с неба ястреб, чтобы поймать добычу. Рауль увидел две черные точки в фиолетовом пламени, горящем под потолком, и, не отпуская книгу, побежал за веревкой. «Если она тоже откажет», - подумал он, не обращая внимания на топот пары ног за его спиной, тогда все потеряно. Однако веревка не подвела. Как только он схватил ее, комната со статуей внезапно отпрыгнула на несколько десятков метров вниз, и теперь Рауль стоял в погребальной комнате, глядя на прямоугольный вырез в полу. Как только веревка исчезла, плита проскользнула в отверстие и легла на прежнем месте. Рауль дышал и не мог отдышаться. Как странно! Воздух в темницах, воздух Світу был по-прежнему приятным и прохладным. Как будто он забирал с собой кусочек более реального мира. Ну да, потому что книга ... ... Позже, как только он положил книгу на стол в своем кабинете , он сразу же забыл о ее существовании. Все вернулось на свои места, и разум окутал обычный туман. Не было «до» или «после». Это был обычный день Світу, такой же, как и сотни предыдущих

    Мастер Ё долго стоял, глядя на место, где загадочно исчез высокий незнакомец, взяв с собой что-то вроде книги. «Странно знакомая книга», - подумал монах и едва не поддался желанию яростно почесать затылок.

-   Он бежал, как будто все демоны в мире гнались за ним, - прокомментировал увиденное Коч.

-   Возможно, так оно и было, - пробормотал монах и впился взглядом в слегка потускневшие глаза ворона. - Знаешь, что я тебе скажу? Давай-ка мы пойдем домой. -  Целитель не имел ни малейших возражений. Они благополучно миновали черную стену со своими силуэтами вышли на другую сторону, уже без сомнения, в Живомире. Ничего не могло бы сделать их обоих более счастливыми.

-   Прежде чем мы уйдем, - сказал Мастер Ё, - я позабочусь о том, чтобы никто не вошел.

    С этой стороны портала теперь тоже было видно то же изображение, едва различимое. Маленький человечек в просторной накидке, на плечах сидела птица. «До свидания, Кроличья нора», - подумал Мастер Ё, воздвигая «заслон», чтобы случайный взгляд не упал на портал. - «Возможно мы вернемся к тебе - весьма любопытные дела творятся с другой твоей стороны. Что ж, мы вернемся, но попозже».

    И снова гром пронесся под сводами небес, и время вернулось на круги своя.

-   Не в этот раз, - неуместно сказал Хащісвіт и, повернувшись к Гощчу, добавил:  - У нас еще есть время. Добро пожаловать в настоящий Світ.

    Гощчу, который, как неожиданно понял Хащісвіт, чем-то очень похож на Рауля, если верить описаниям, данным в легендах, кивнул в ответ. Беспокойство никуда не делось. По какой-то причине Світ вообще не казался настоящим. Ни на другом берегу зловещей реки, ни на этом.

-    Я не скажу, чтобы ты действовал самым умным образом, но ... - Преподобная Исабель долгое время подбирала правильные слова. - Но ты вернулся, и это для меня важнее всего. - Вечерние посиделки в последнее время стали традицией. Вначале мастер Ё записал и пересказал все, что произошло во время его короткого путешествия, позже, когда все недавно обнаруженные подземные ходы были изучены и нанесены на карту, они продолжили встречаться в кабинете настоятеля, размышляя о таинственном портале и месте, к которому он вел. Более того, никому больше не удалось его пересечь, и воздвигнутая монахом охрана тут ни при чем. Дверь так и оставалась стеной, узор на ее полупрозрачной поверхности не изменился: человек и птица. Мастер Ё и Коч не торопились пересекать портал во второй раз.

-   Мне как-то сказали, что портал, как бы это правильно выразить, слушается лишь первого, кто его использовал, - припомнил мастер Ё слова одного из магов, которого он некогда неплохо знал, великого специалиста по порталам. - Из этого я делаю вывод, что место, которое мы посещаем, имеет большое значение.

-   Тогда почему бы тебе туда не вернуться? - спросила жрица, листая дневник, в который исследователи записывали свои впечатления. Точнее, записи вел только мастер Ё.

-   Мне несколько не нравится, что портал ведет куда-то так далеко, что нет абсолютно ничего знакомого, - нахмурился монах. - Отсутствие арсеаэш, полная непроницаемость для магии, известной нам обоим.

-   Также могу добавить, что в этом месте мне не удалось связаться с Тройственной, - добавил Коч. Два человека с удивлением уставились на целителя.

-   И ты мне там не сказал, - упрекнул друга монах.

-   Я решил, что одного растерянного и напуганного на двоих более чем достаточно, - пояснил целитель.

-   Может ты и прав, это кое-что проясняет, - медленно произнесла Исабель. - А книга, мастер Ё? Ты утверждал, что человек, который так быстро сбежал от вас, нес книгу?

-   А ведь верно! - Монах хлопнул себя по лбу. - Коч, помогай, мне надо точно вспомнить...

... Каменная дверь, которая открывается медленно ... чтобы выдать отвратительным скрежетом того, кто не позаботился ее смазать... Омерзительный звук, который просто невозможно не услышать ... Они входят в новую комнату, не менее просторную ... Рядом стоит мужчина, высокий, в черном, с тяжелой книгой в руках. .. Стоп! Увеличь картинку! В отличие от многих других рас, пернатые обладали способностью фиксировать любой опыт, который они могли получить, и восстанавливать опыт других. Тот, кому они помогали, чувствовал себя так: кто-то бесцеремонно копается в тайниках вашей памяти, трогает и то, что должно остаться нетронутым. Изображение застыло, и в голове возникло множество деталей, прежде ускользнувших от его внимания. Можно было не н********ь собственную память, чтобы выудить конкретную мелочь. Коч сделал это с невероятной легкостью. У него не было рук, но это было более чем оплачено другими талантами. На мгновение Мастер Ё увидел лицо незнакомца. Вытянутое, напуганное, со слегка крючковатым носом и глубокими внимательными серыми глазами. Длинные пепельные волосы, собранные на затылке в пучок. И одежду! Наряд незнакомца казался самым нелепым. Столько разных украшений и деталей, зачем все эти побрякушки и лоскуты, сшитые друг с другом самым диким образом. Коч «перевел» взгляд мастера Ё на пояс незнакомца, где с открытой пряжкой в виде собачьей головы висел странный темный жезл, дерево и металл отполированы до блеска, возможно, от частого использования. При виде жезла у Мастера Ё зашевелилась шерсть на спине, хоть этого никто и не заметил ... Наконец, книга. Мастеру Ё не нужно было много вспоминать, какой была эта книга, и он едва дождался конца видения. Закончилось все моментально, без переходов и темноты. Легкая вата где-то под сводами черепа, и теперь он все еще сидит в кресле, прижимая ладонь ко лбу.

-   Ты все записал? - спросила его преподобная Исабель. Мастер Ё протянул руку и показал светящийся шар записывающего устройства.

-   Думаю, да, - он поднес шар к глазам и кивнул. - Я все это записал. Спасибо, Коч ... Кстати, а почему ты всегда говоришь, что снова вспоминать с твоей помощью опасно?

-   Потому что, когда мы вертим вашей памятью, - целитель поискал вазу с ягодами и поднес ее поближе. -То бесконечные попытки, подобные этой, могут стереть некую ее часть. Не только несколько второстепенных деталей, но любую ее часть, а это, сам понимаешь, уже чересчур ...

-   Убедил, - прокашлялся Мастер Ё. - Все самые сладкие сливы - в чужом саду, и все удобное - вредно. -  Он никогда не жаловался на свою память, а при необходимости мог вспомнить почти все. Конечно, не так подробно. Он встал и, немного повозившись с потайной кладовкой, положил книгу на стол между собой и Исабель. Ту же самую книгу.

-   Вот она, - Мастер Ё похлопал по обложке. - Никаких сомнений насчет этой красоты. Все совпало: линии переплета, неровности здесь и здесь, цвет бумаги. Либо точная копия, либо она сама, собственной персоной. Так вот, мы ... - Он попытался открыть книгу на месте закладки, но не смог. Даже потянув изо всех сил и рискуя сломать книгу пополам, ошеломленный монах не мог даже сдвинуть обложку или страницу. И приложив всю свою силу, Мастер Е мог перемещать огромные камни, разрывать прочные железные цепи и вообще создавать много необычных вещей. Однако на этот раз был явным исключением.

-   Я бы сказала, что мне все ясно, если бы я хоть что-то поняла, - покачала головой жрица.  - Мастер Ё, отложи книгу до лучших времен и возвращайся к своим обязанностям. В первый день лета мы вернемся к этому вопросу. Я имею в виду портал. А пока об этом позаботятся другие. - Она встала. Монах тоже поднялся на ноги, слегка поклонившись. Попрощавшись с собеседниками, Преподобная Исабель вышла из кабинета. На ее лице было написано беспокойство, но прочесть его мог только очень проницательный человек.

-   Ты не собираешься оставлять книгу в покое, - обвиняюще сказал целитель, глядя Мастеру Ё в глаза. Трудно водить за нос пернатого.

-   Если она будет думать, что я точно следую всем ее инструкциям, мне будет намного приятнее иметь с ней дело, - невинно прокомментировал Мастер Ё, проявив почтение и уважение на лице.

-   Очень полезно дать человеку возможность почувствовать свою значимость. Кроме того, - добавил он, садясь за стол, - мы, ведь, друзья.  - Коч собрался было сказать, по всей видимости, у мастера Ё очень своеобразное понимание дружбы, но потом передумал.

    Корабль покинул Лаахланд в назначенное время. Это был торговый корабль среднего класса, малоподвижный и малопригодный для ведения боевых действий. Однако его пассажиры чувствовали себя в безопасности. Наверное, потому, что номер Пять был одним из них. Рядом с ним был его слуга, невысокий коренастый мужчина со множеством шрамов на лице. Пятый называл его Стаафом, но молодой человек, сопровождавший Пятого, никогда не слышал, чтобы Стааф, или как там было его настоящее имя, произнес хоть слово. Он следовал за своим хозяином, как тень, и хотя его лицо не оставалось совершенно бесстрастным, говорить с ним не было смысла. Молодого человека звали Дерик, и он был подающим надежды алхимиком, храбрым бойцом в свои двадцать два года, и он знал, как хранить молчание.

-   Скажите г-н номер Пять,… - шепотом обратился он к «купцу», который с самодовольной улыбкой смотрел на берега Терра Гранд, вдоль которых они собирались путешествовать много недель. По лицу номера Пять промелькнула тень досады.

-   Здесь ты можешь называть меня по имени, - ответил он, не оборачиваясь, но меня зовут Безил.

-   Безил? - удивленно спросил Дерик. - Значит, вы не из ...

-   Не из Лаахланда? Верно. Моя родина достаточно далеко от Империи ... достаточно далеко, я надеюсь, чтобы оставаться независимой дольше. - Номер Пять, только что сменивший грозную анонимность, на вполне нормально, хоть и иностранное человеческое имя, с любопытством посмотрел в лицо спутнику. Дерик ответил ему прямым открытым взглядом в глаза, из-зо всех сил стараясь не показывать свои чувства одному из величайших знатоков искусственной жизни. Такое неуважение в Империи стоило бы обычному человеку головы или даже всей его семьи. Многие высокопоставленные чиновники Лаахланда также не осмелились бы сказать подобное публично. Номер Пять же не только открыто демонстрировал свое варварское происхождение, но и явно...решил просто проверить своего партнера, который, что бы они ни говорили, всегда будет шпионить за ним, и теперь ждет его реакции, что тот сделает. Что, если бы в первый же отчет напрямую содержал слова о ненадежности самого номера Пять? Здесь Дерик вспомнил еще одну особенность их экспедиции. У номера Пять была большая команда помощников. И вот буквально за день до его отъезда у всех резко начался отпуск, и его, относительно слабого ученика, включили в команду. И только его. К чему бы это?

-   А почему нас всего двое? - Спросил молодой человек, и номер Пять одобрительно посмотрел на него. «Быстро соображает. Это либо помочь ему в грядущих ... сложностях, либо, может быть, доведет его до могилы сильно раньше срока. Что бы ни случилось», - неожиданно подумал номер Пять: « Скажу-ка я ему всю правду, и посмотрим, что получиться».

-   У нас с тобой совершенно секретная миссия, - объяснил он, глядя в сторону. Дерик даже побледнел от этих слов. - Наш босс хочет найти нечто… вроде свитка или книги. Никто посторонний не должен об этом знать. - И посмотрел в глаза новоиспеченному помощнику. Тому с трудом удавалось встретить взгляд, не переменившись в лице. «Наш босс», - отметил Дерик. Не «нам нужно», а «хочет наш босс». Теперь понятно, почему он, Дерик, получил такие странные инструкции, почему этот ... «босс» так хочет знать о планах номера Пять. Похоже, он подозреваете номера Пять, но в чем? «Да что я, на самом деле?» - раздраженно подумал Дерик: «Не хватало мне еще заиграться в их игры! Они там, у себя дома прекрасно знают друг друга, как яйцо - скорлупу. Шли бы они со своими ловушками, мне-то уж точно вокруг них нюхать нечего», - решил он и позволил себе лишь вежливо улыбнуться.  Номер Пять кивнул и пошел прочь. «А еще телохранителя с собой таскает», - вдогонку подумал молодой человек, отступая в сторону. Ай да номер показал всем номер Пять! Он никому не говорил, что возьмет с собой еще кого-нибудь. А может, это одна из его «работ»? Маловероятно, ведь амулет никак не отреагировал на присутствие Стаафа, а этот амулет был очень чувствителен к любому проявлению магии, независимо от того, была ли она в данный момент активна или рассеяна. «Но я напишу об этом», - подумал напарник-шпион. Это даже уже интересно. Нужно будет как-нибудь попытаться поговорить со Стаафом лицом к лицу. Г-н Безил наблюдал, как буря эмоций катится по лицу его партнера, и тихо посмеивался про себя. Вот уж из кого точно не выйдет хорошего шпиона. Вообще не умеет скрывать свои мысли мальчишка. Вероятно, он захочет поговорить со Стаафом наедине. Г-н Безил представил себе эту сцену и чуть не рассмеялся.

-   Куда мы идем? - спросил в конце Дерик. - Маршрут мне так и не сказали.

-   Сначала вдоль берего Терра Гранда, - коротко поъяснил Пятый, -  затем свернем сильно к югу. -  Он оценил озадаченное выражение лица молодого человека.

-   Что мы там забыли, на юге? - Никак не мог понять Дерик.

-   На юге? Да ничего, конечно, -  и лицо номера Пять стало серьезным. - Но не советую упорно думать об этом. Мало кто знает истинную цель нашей поездки, и не стоит расспрашивать о ней напрасно. На протяжении всего нашего маршрута, найдется немало тех, кто хочет «услышать» твои мысли. -  Дерик удивленно приподнял брови, но сразу все понял и благодарно кивнул. На самом деле, поскольку они попадают в любое место инкогнито, неуместно проявлять любопытство. Затем они приехали в первую точку своего путешествия, где с немалой выгодой продали большую партию мехов. И болотного мха, ценного алхимического реагента, большой редкости повсюду кроме Лаахланда, который прочно держал природную монополию на это ценнейшее сырье. Алхимики обязаны уважать Империю хотя бы по этой причине. После того, как их судно отправилось к своей следующей остановке, на него обрушился неожиданный шторм. Который вмешался, подтвердив утверждение, что в мире не происходит ничего случайного.