Дневник коллектора

9

Как только нога Мирона ступила за порог родного спортивного зала, у него защемило в сердце от наплывших воспоминаний. Сколько времени, сил и энергии он потратил, занимаясь в этих стенах. Хотя он и отсутствовал год, коллектив остался тот же.

            Братство спортивного клуба окружило чемпиона, здороваясь и обнимая его.

            - Как там, в армии, Мирон? Много картошки начистил?

            - На половину Ульяновска хватит, - улыбаясь, отвечал тот. – А где Петрович?

            - У себя в каморке.

            - Блин, ничего не меняется.

            Тренер заполнял какие-то документы, когда на пороге показался Мирон.

            - Здорово, чемпион! - пожилой пузатый мужчина, в красно-белом спортивном костюме снял очки и с улыбкой спросил. - Много картошки в армии начистил?

            - Михаил Петрович, в армии кроме картошки еще много чем другим занимаются.

            - Мне можешь не рассказывать. Я как-никак три года в морфолете отпахал. Рад видеть тебя. Пришел грушу помолотить или можно уже к турниру тебя готовить?

            - Пока только помолотить.

            - Это правильно. Мозги похлеще алкоголя прочищает.

            Одни прыгали на скакалке, другие тягали железо, третьи участвовали в спаринге. Мирон же смотрел на все это, как об ушедшем времени. Сейчас он не хотел становиться чемпионом мира, покорять международные турниры. Ему просто хотелось размяться и позабыть о насущных проблемах.    

            «Действительно самое время подумать. Что дальше, чемпион? Работа на телефоне? Личная жизнь? Может жениться и завести детей? Или вообще махнуть в другой город или страну? Столько открытых дорог. Надо выбрать свой путь. А дальше видно будет».

            Он одел перчатки, включил песню «Сектора Газа», бомбящую в наушниках. Размеренными ударами Мирон начал постукивать по груше, все сильнее и сильнее нанося удары.

Было хорошо, было так легко,

Но на шею бросили аркан.

Солнечный огонь, атмосферы бронь

Пробивал, но не пробил туман.

И мёртвый месяц еле освещает путь,

И звёзды давят нам на грудь не продохнуть.

И воздух ядовит, как ртуть,

Нельзя свернуть, нельзя шагнуть.

И не пройти нам этот путь в такой туман.

***

Она сидела на скамье, наслаждаясь осенним ветром. Медовые лучи скользили по ее рубиновой прическе. На Майе были черные очки, молочная футболка и зеленый кардиган. Девушка, которой на днях исполнилось тридцать, была уже много лет слепой. Но шаркающие шаги своего супруга могла отличить от миллиона других звуков, окружающих ее каждодневно.

Математик только присел на скамейку, она уже почувствовал, что это он:

- Как прошел день?

- Всегда удивлялся, как ты это делаешь? - даже не видя выражение его лица, Майя «услышала» улыбку в голосе Сергея.

- Ты разбираешься в математике, а я в звуках и запахах. И уж тебя ли мне не знать, дорогой. Даже секундная стрелка на твоих часах ходит по-другому.

- Пока прохожу Welcom-тренинг, но думаю, в этой компании нужен такой, как я. Как мне сказали, что они выдают деньги четырем миллионам людей по 2% в день, так у меня уже зашевелились извилины. Вычисления денежные потоков в такой компании одно удовольствие.

- Такой, как ты нужен везде. Только не у всех хватает мозгов это понять.

- Как тебе город?

- Пахнет вишнями и водой. Гораздо вкуснее, чем в Москве, и звуки приятнее. Я устала от столицы. И это даже хорошо, что ты уволился с прошлой работы.

- Можем переехать в какую-нибудь глушь и там жить. Я буду учителем математики, ты будешь преподавать уроки фортепьяно и вокала...

- Я бы с удовольствием. Но тебе нужно покорять мировые рейтинги, миллионы вычислений, нобелевская премия в области математики и прочее. Обучение детей тебе пока не по силам.

Как только темы разговоров касались детей, то наступало молчание. Они были в браке уже семь лет, но до сих пор не было ребенка. Возможно, из-за неполноценности Майи он не затрагивал эту тему. Хотя сам Сергей просто жаждал пополнения. Он всегда хотел трех детей, но за время супружеской жизни так и не получилось заделать и одного.

«Пусть все идет своим чередом», - думал Математик про себя. Тем временем, будучи еще в Германии в одной из командировок он проверился в дорогостоящей поликлинике, где получил уведомление, что полностью здоров. Но попросить супругу сделать тоже самое не хватало духа. Этому бородатому бруталу не хватало сил поговорить с супругой о будущем семьи. Порой он ненавидел себя за эту слабость, понимая, что недомолвок в семье быть не может. Но это был не тот случай.

Хотя он корил себя за свою трусость, но, взяв себя в руки, умиротворенно добавлял: «Пусть все идет своим чередом».

- Это прекрасный город... - этими словами она нарушила молчание. – Думаешь, мы найдем свое счастье здесь?

- Если брать статистику провинциальных городов, то вряд ли, - усмехнулся Сергей.

- Тогда, как математик проведи сначала корреляцию на слово «счастье» и только потом сравнивай ее с другими показателями.

- Я тебя обожаю.

- Тебе досталась умная жена, с прекрасным чувством юмора.

Он поднял ее на руки и понес домой. Их квартира располагалась в красной высотке, расположенной напротив реки Волга. А с 18 этажа открывался просто ошеломляющий вид, как на реку, так и на город. Они были счастливы, чувствуя и видя улыбки друг друга. Но у каждого из них был свой скелет в шкафу,  и никто из них не собирался раскрывать его.