Кольцо со змейкой

....

Телефонный звонок прозвучал неожиданно и резко, смяв размышления Артема Брагина, терзающие его весь этот вечер. Он с раздражением взял трубку и застыл от неожиданности – это была мать. Мать никогда раньше не звонила ему на Московскую квартиру сама – звонил Герман, а потом ей передавал трубку. Брагин почувствовал, что произошло нечто экстраординарное и не ошибся.

•      Сынок. Приезжай. Галю убили, - раздался плачущий женский голос.

•      Как убили!? – Артем формально уже воспринял смысл сказанного, но еще не ощутил реальность смерти близкого человека. Галя была его первой настоящей любовью, а впоследствии женой единственного родного брата. – Кто убил? – Трагическое известие постепенно просачивалось в сознание, вызывая в груди ноющий холод, лишая сил.

•      Не знаю, сынок. Милиция разбирается. Бызов. Ну ты его знаешь. А ее нашли в реке. Но она не утонула. Ее зарезали. Приезжай быстрей, сынок.

Мать всхлипнула и невнятно запричитала.

•      Герман как?

Артем знал, как брат любил Галю и боялся за него, тем более позвонил не он сам, а мать. Значит сам не мог.

•      Лежит без движения, не ест ничего. Почернел весь. - Мать вновь всхлипнула.

•      Не волнуйся, мама. Завтра буду.

Артем медленно положил трубку. В комнату вошла сонная Наташа, его не венчанная жена разбуженная поздним звонком.

•      Кому не спится в ночь глухую…, - зевнув, продекламировала она, одергивая ночную сорочку. – Что-нибудь стряслось, ковбой?

•      Беда, Наташа. Галю убили.

Артем расслабленно опустился на диван и закрыл глаза.

С Наташи в один миг слетел сон. Галя когда-то была ее соперницей в любви и, несмотря на то, что вроде бы все утряслось - она с Артемом, а Галя вышла замуж, Наташа продолжала потихонечку ревновать, считая, что Артем не полностью остыл и где-то в глубине его души любовь к Гале продолжает тлеть и готова вновь разгореться жарким костром, если ее раздуть. Да так оно и было. Поэтому девушка почувствовала, что независимо от трагизма случившегося, она радуется смерти вечной соперницы, пыталась одернуть себя, вогнать эмоции в соответствующее русло, но этот фокус ей не удался.

«Вот какая я гадина!», - подумала она. –«Ну и ладно. Бывают ситуации, когда можно отпраздновать и тризну». Придется делать хорошую мину при плохой игре. Но Артема на похороны одного отпускать нельзя – наворочает там дел. Надо ехать с ним».

•      Ты когда едешь? – Наташа подсела рядом и обняла его за шею.

•      Завтра, - бесцветным голосом проговорил Артем. – Надо будет туда братву прихватить – неизвестно, что понадобится.

•      Я тоже с тобой поеду, – жестко заявила Наташа. Она понимала, зачем может понадобиться братва. – Заодно с твоей родней познакомлюсь, а то ведь не была ни разу.

•      Повод для знакомства конечно хороший, - сказал Артем подрагивающим от внутреннего напряжения голосом. – Езжай, если считаешь нужным, договаривайся с газетой, со своим… как его…  Жеребцовым. Там, я чувствую, одним днем не обойдется.

Петру Мостыло, своему бывшему сослуживцу и другу, Артем позвонил утром в психбольницу, где тот работал санитаром. Но Петр в этот день не дежурил, о чем сообщил неприятно-скрипучий мужской голос. Артем представил говорящего и перед ним возник образ крючконосого морщинистого старика с клюкой.

•      Вы должны его немедленно найти… - начал Артем.

•      Ничего я никому не должен, - нагло перебили его на том конце провода. – Завтра позвоните.

•      Это Артем Брагин. Мостыло тебе башку отвернет, если ты его не позовешь. Не ищи на свою задницу приключений, - без паузы продолжил Артем, давя невидимого собеседника морально и не давая ему положить трубку.

•      Брагин… - вновь проскрипело в трубке, а потом  возникла длинная пауза. – Да, Петр предупреждал, что если Брагин будет звонить, то его нужно сразу же найти.

В интонациях говорившего пропала всякая спесь. Видимо он побаивался огромного Петра и не хотел с ним связываться.

Мостыло прорезался через полчаса и, узнав, в чем дело, сказал, что немедленно выезжает.

•      Найди Сергея. Он тоже с нами. Поедем на моей машине. Когда будете? – спросил напоследок Артем.

•      Часа через два.

«Чеченская братия – никогда не подведет», - подумал Артем. Со всеми членами своей полукриминальной структуры он так или иначе сталкивался на Чеченской войне и полностью доверял только им.

Весенняя солнечная погода внезапно испортилась, создав мрачную декорацию, соответствующую отвратительному настроению Артема. Ветер с южного сменился на северо-западный и приволок клочковатые  тучи, периодически извергающие из себя заряды дождя. А потом небо и вовсе затянуло глухим облачным покровом, вызывающим чувство безнадеги и желание забиться куда-нибудь в нору и спать.

Всю дорогу ехали молча. Даже Наташа не проявляла обычной разговорчивости, а тихо сидела на заднем сиденье, глядя на мелькающие пейзажи, и постоянно поправляла черный траурный платок. Артем находился впереди, рядом с Сергеем, ведущим машину. Сергея привел Мостыло, сказал, что больше ни до кого не удалось дозвониться.

Артем непрерывно думал о Гале, вспоминал прошлое, и чувство скорби постепенно перешло в нетерпеливую злобу к неизвестному убийце.

«За что же ее!? Кому она плохо сделала? Ладно, разберемся постепенно».

В город А… приехали к обеду. Перед глазами замелькали знакомые с детства пейзажи: монастырь, обрамленный свежей весенней зеленью, мост через реку, парк, кинотеатр, гостиница…

•      Стоп! – неожиданно сказал Артем. – Разделяемся. – Он обернулся к сидящему рядом с Наташей Мостыле. – Вы с Сергеем селитесь в гостинице. Вас здесь никто не знает. Прикинетесь туристами. Со мной вы с этого момента не знакомы. Пообщайтесь с местными, вынюхайте что к чему и за мной со стороны присмотрите. Общаемся по телефону. Кстати, он здесь работает? Как там называется… Роуминг! Во! – Артем вынул «мобильник» и набрал номер брата. Ответила мать. - Я приехал, мама. Через пятнадцать минут буду. – Он вновь обернулся к Мостыле. – Работает.

Петр похлопал себя по карману, проверяя, на месте ли телефон, понимающе кивнул, выскочил из машины и, пригибаясь под усиливающимся дождем, побежал к гостинице. Сергей последовал за ним.

Артем перебрался за руль.

•      Далеко еще? – подала голос до сей поры молчавшая Наташа.

•      Здесь все близко, - буркнул Брагин и надавил на газ.

Когда он подъехал к дому Германа, то увидел мать, сиротливо стоящую на крыльце. Ворота были открыты. Артем на скорости проскочил во двор и резко затормозил возле ступенек. Женщина от неожиданности вздрогнула, но узнав Артема, натужено улыбнулась и спустилась к машине.

Артем коротко обнял мать и представил ей Наташу. Женщина обвела ее оценивающим взглядом с головы до ног.

•      А что… Хороша. Пойдемте в дом.

•      Галя там? – тихо спросил Артем.

•      Еще не привозили. В морге она. Да и потом… Смотреть там не на что. Надо быстрее хоронить, - медленно проговорила мать, внимательно глядя на сына.

•      Кто занимается похоронами?

•      Мормон ребятишек своих прислал – они уже все заказали.

Брата он обнаружил на кухне. Герман сидел, облокотясь на стол и зажав голову между ладоней. Перед ним стояла пустая бутылка водки и наполовину наполненный стакан. Услышав шорох за спиной, он обернулся и уставился помутневшим взглядом на Артема. Тот молчал, не решаясь первым начать разговор.

•      Ну здравствуй, брат, - наконец проговорил Герман. – Горе у нас. – Он повис у Артема на плечах и задергался всем телом, с трудом сдерживая рыдания. – Вот ведь как получилось!

•      Ничего, брат. Мы найдем эту суку, - процедил Брагин-младший. Взгляд у него был пуст и страшен.

Решив, что от брата он на данный момент ничего толкового не добьется, Артем поехал к Бызову, чтобы как-то прояснить ситуацию. Дежурный по городу, сидящий в застекленной будке, как рыба в аквариуме, сказал, что начальник УГРО на совещании у начальства, а после совещания сразу же уедет. Артем вернулся в машину и стал ждать. Бызов появился на выходе из особняка через полчаса в окружении двух сотрудников и направился к милицейскому газику, не глядя по сторонам. Артем окликнул его через открытое окно своей машины, а потом быстро выскочил наружу. Бызов на секунду задумался, а потом двинулся ему навстречу.

•      Нам надо поговорить, Коля…, - начал Артем, коротко кивнув в качестве приветствия, но милицейский лейтенант его перебил, заранее предвидя содержание разговора.

•      Надо поговорить. Но только позже. Приезжай к вечеру сюда. Только сами ничего не предпринимайте – наломаете дров.

•      Я хочу помочь, - тихо сказал Артем. – У тебя есть версия?

•      У меня их с десяток, - зло усмехнулся Бызов. – Давай до вечера.

Артем вернулся в машину и задумался.

«До вечера далеко, а время заметает следы. Нужно что-то делать. Главное, с чего-нибудь начать».

Он постоял еще немного, а потом поехал к гостинице. В сквере, расположенном позади, он обнаружил Басалека. Кочегар играл в шашки со своим другом детства одноногим Фимой. Вместо отсутствующей конечности у Фимы стоял несгибаемый протез, поэтому он сидел на пне, неестественно отбросив ногу в сторону. На коленях у него стояла шашечная доска. Басалек примостился рядом на корточках. Он находился под привычным хмельком, но разума не терял и, судя по недовольным возгласам Фимы, выигрывал.

Артем медленно въехал под деревья и заглушил мотор. Басалек на это никак не отреагировал – он привык, что возле гостиницы постоянно разъезжают машины. Брагин-младший молча подошел сзади и стал наблюдать партию. Почувствовав человека за спиной, кочегар обернулся и удивленно вскинул брови.

•      Темка! Ты всегда появляешься как снег на голову, - вскричал он, но внезапно осекся, вспомнив, по какому поводу тот мог приехать. – Знаю, знаю и соболезную.

•      Нужно поговорить, - коротко бросил Артем.

•      Сейчас. Только доиграю. Партия «на интерес», на бутылку пива.

•      Я компенсирую.

Артем положил на доску денежную купюру. Басалек тут же ее прибрал.

•      Извини, Фима, но у него козырь выше, - сказал он своему партнеру.

•      Ничего, ничего, - примирительно проговорил тот. – Как разговор закончишь, приходи – по новой сыграем.

Они отошли к сторону и устроились на останках теннисного стола. Артем не случайно обратился к Басалеку, хранителю городских традиций и собирателю всяческих сплетен и слухов. Мол, что-нибудь да расскажет. Брагин не ошибся в выборе источника информации и уже через пять минут знал о содержании разговора кочегара с начальником уголовного розыска Бызовым.

•      А почему он ими интересовался? Хотя, и без тебя понятно. – Артем на некоторое время задумался. «Плеер фирмы «Сони»… А ведь у  него был такой. Геру ограбили и Бызов рыл ограбление… Или у******о? В любом случае этих кентов не мешало бы найти и побазарить по душам. Хотя таких плееров сейчас развелось как грязи…». – Слушай, Басалек… Опиши мне этот плеер. Было в нем что-нибудь особенное?

•      Особенное… - Басалек задумчиво ковырнул мизинцем в носу. – Наклейка на нем была: девка на пляже под зонтиком и надпись «Кока-кола».

•      Понятно. –  Артема пропали всяческие сомнения – это был плеер брата, а наклейку сделала Галя, когда он приезжал в прошлый раз. - Ты говоришь, что эти трое наркоманы, ширяются… А кто у нас в городе наркотой банкует?

•      Ты что, Темка, хочешь меня под монастырь подвести!? Без башки останусь, - испугался Басалек. Хмель моментально вылетел у него из головы

•      Я не скажу, кто навел, а башку я тебе могу и сам отвернуть. Давай, говори.

•      Знаю я одного то ли цыгана, то ли молдавана на рынке, - как бы вспоминая начал Басалек. - Кличут его Гладыш. Слышал я краем уха, что у него берут. Да только к нему так просто не подъедешь, а исключительно по рекомендации.

•      А ты эту рекомендацию можешь дать?

•      Ей-богу не могу. – Басалек перекрестился. – И не знаю, кто может. Да ты же сам крутой. Может тебе и даст. А ты что? Начал баловаться?

•      Не начал. Где мне найти этого Гладыша?

•      Кафе там открыли недавно, возле рынка. В помещении бывшего овощного склада. Не помню как это заведение называется, но Гладыш обычно там чалится. Черненький такой, худенький… На головешку похож. Найдешь, если захочешь.

Артем сплюнул и, не прощаясь, двинулся к машине, подумав.

«Интересно все-таки, по какому поводу Бызов здесь рыл? По ограблению или убийству? Надо найти этих ширяльщиков по любому. А там разберемся. Может быть с Мормоном посоветоваться? Неизвестно как он к этому всему подвязан… Да вроде бы наркотой он не занимался. Ладно, попробуем сами. Главное – неожиданно наехать».

Достав мобильный телефон, он созвонился с Мостылой.

•      Как вы там?

•      Нормально. Поселились в двухместном номере с душем. Наташа к нам заходила, но мы ее сразу же развернули. Что-нибудь не так?

•      Все так.

«Это они правильно сделали, что выпроводили Наташу, - подумал Артем. – Нечего светиться. Зря я ее сюда взял. Организовал себе слабое место. Неизвестно, как еще все развернется».

•      Слушай. Я вот чего звоню. На рынке, в кафе, там поймешь в каком, оно одно, сидит Гладыш. Молдаван такой, худенький и черный. Надо бы с ним поговорить. Только добровольно он не захочет…

•      Куда его доставить? – моментально отреагировал Мостыло.

•      Я поставлю машину в проулке, сбоку от рынка. Там азеры оптом луком торгуют. Увидишь гаражи с открытыми воротами, набитые сетками с луком. Я  возле этих гаражей и поставлю машину… - Артем взглянул на часы… - в четырнадцать тридцать. Только аккуратней с ним. Он наверняка под прикрытием.

•      Все понял, командир. Сработаем.

В кафе под игривым названием «Только у нас» все столы были заняты, а у стойки бара нетерпеливо клубился народ. Взмыленный бармен не успевал выполнять заказы. Конец базарного дня, поэтому постоянные обитатели рынка стекались сюда, чтобы перекусить, выпить по сто грамм и обговорить текущие дела: освободившиеся торговцы, валютные менялы, карманные воры и прочая публика, делающая свой мелкий бизнес на доверчивых покупателях. Большинство из них нещадно курила, но постоянно жужжащие вентиляторы поддерживали в помещении кафе сносную атмосферу.

Гладыш тоже курил, сидя за маленьким столиком в углу. К нему никто не подсаживался, зная, что бесполезно – моментально, как «двое из ларца» появлялись угрюмые телохранители Гладыша и прелагали найти другое место. Он действительно был молдаванином, покинувшим свою взбаламученную Родину во время военного конфликта и обосновавшимся в городе А…. Здесь он наладил привычный бизнес – торговал «планом», маковой соломкой, а в последнее время открыл героиновый канал. Наркоманов в городе было мало, но Гладышу на жизнь хватало. Работал он с оглядкой, только по серьезным рекомендациям, поэтому до сих пор не попал в поле зрения милиции. Тем более его прикрывал негласный хозяин рынка Ахунов, с которым он делился наваром.

Сегодня Гладыш успел пообщаться с постоянными клиентами и отдыхал, поглядывая на прибывающую публику, состав которой устоялся и новые лица появлялись редко. Поэтому ему сразу же бросился в глаза огромный детина в джинсовом комбинезоне, который вошел в кафе. Он находился явно подшофе и имел агрессивное настроение, судя по тому, как пробирался к стойке бара, безапелляционно расталкивая посетителей. Взяв кружку пива, детина осмотрелся и, заметив одиноко сидящего Гладыша, направился к нему, по дороге выдернув стул из-под пьяноватого парня. Тот оказался на полу, сначала было дернулся в сторону своего обидчика, но увидев его могучие плечи, смирился с оскорблением, морщась и беззвучно ругаясь матом.

Детина поставил кружку под носом у непривыкшего к подобной наглости Гладыша и с размаху плюхнулся на стул, широко расставив мускулистые ляжки.

•      Здорово, кореш. Хороший у вас город – пиво здесь дешевое и бабы тоже. – Верзила сделал большой глоток, утерся ладонью, смачно рыгнул и уставился на Гладыша мутным взглядом. – А ты, кореш, неразговорчивый. Балдеешь что ли?

Мостыло, а это был он, нарочито набивался на скандал, как и было задумано. Он понимал, что Гладыш здесь не один и ожидал реакции, которая не замедлила последовать. На плечо гиганта легла чья-то рука и холодный голос вежливо произнес.

•      Здесь занято, мужик. Перейди в другое место.

•      Мужики быков шинкуют, - небрежно бросил Мостыло и брезгливо стряхнул с плеча чужую руку. Он внутренне сосредоточился, понимая, что конфликт только начинается, и подобрал под себя ноги, чтобы при резком вставании сохранить устойчивое равновесие.

•      Ты чо, не понял, мужик!?

Его взяли под руки с двух сторон и надавили на загривок.

•      Я все понял, сейчас, сейчас…

Мостыло медленно поднялся и резко отработал локтями назад, отбросив невидимых пока противников. Отскочив и обернувшись, он увидел двух крепких стриженых парней, один из которых целил ногой ему в грудь. Петр успел перехватить летящую на него ногу, дернул ее на себя и нападавший, своим телом сметя стол и сидящего за ним Гладыша, оказался на полу. Сам Мостыло тоже не удержал равновесие и угодил своей широкой задницей в тарелки с салатами, а чтоб не пролететь дальше, обхватил за плечи двух молодящихся женщин, кому эти салаты принадлежали. Те завизжали от страха и стали призывать какого-то Пашу, чтоб разобрался. От стойки отделился массивный мужик с вислыми усами, но получив пинок в живот, отлетел обратно, повыбивав выпивку у клиентов, толпящихся возле бара. Один из них, молодой импозантный мужчина, брезгливо взглянув на свои кремовые брюки, облитые томатным соком, молча добавил кулаком в лоб еще не очухавшемуся Паше. Тот сполз вниз по стойке и сидел, очумело хлопая глазами.

Тем временем двое телохранителей Гладыша попытались одновременно напасть на вставшего в боксерскую стойку Мостылу, но одному из них кто-то из клиентов поставил подножку, растянув его на полу, а второго успокоил сам Петр ударом кулака в переносицу. Обернувшись, он оценил обстановку: дралось все заведение. В лучших традициях американских вестернов. Клиенты мутузили друг друга без разбору чем попало под аккомпанемент стонов и густого мата. Потом он заметил Гладыша, уже добравшегося до выхода из кафе и намеревавшегося проскочить на улицу, и еще Сергея, который перекрыл ему дорогу.

«Все идет по плану», - подумал Мостыло и тут же получил пивной кружкой по голове. Сознание помутилось и он медленно опустился на пол с чувством выполненного долга. Через несколько секунд очнувшись, Петр провел рукой по волосам и обнаружил на пальцах кровь. «Череп раскроили, говнюки», - весело подумал он и, взревев разъяренным бизоном, бросился в гущу драки.

Вскоре к кафе подъехала машина с ОМОНом. Похватали несколько участников импровизированного побоища, кто первым попался под руку,  и повезли их в милицию для разбирательства. Остальные как-то сразу успокоились. Жизнь заведения пошла привычным чередом. Петр тоже угодил в сети ОМОНа. Получив профилактический удар дубинкой по спине, он не стал возмущаться, а лишь тяжко вздохнул и с покорностью овцы полез в зарешеченный фургон.

«Какой-то придурок. Бешеный. Надо линять отсюда», - думал Гладыш, пробираясь к выходу. Он не любил излишнего шума и старался избегать контактов с милицией, которая с минуты на минуту неминуемо должна была появиться. Возле двери ему неожиданно перегородил дорогу темноволосый широкоплечий парень. Он отогнул полу куртки и Гладыш с ужасом увидел наставленный на него ствол.

•      Иди вперед, - жестко прозвучала команда. – И не рыпайся. Пристрелю под шумок – никто и не заметит. Давай, пошел.

Гладыш понял, что с ним не шутят. В ходе своей криминальной деятельности он научился чувствовать конъюнктуру.

•      Куда идти? Что от меня надо.

•      К боковому выходу. Где азеры луком торгуют. Быстрей!

Они вышли за ворота и приблизились к черному «БМВ», стоящему неподалеку. Гладыша усадили на переднее сиденье, а его провожатый устроился сзади.

•      В Москве и Питере меня знают как Барса, - проговорил небрежным тоном Артем, сидящий за рулем. – И здесь кое с кем знаком. Например с Мормоном. Знаешь такого?

•      Кто ж его не знает, - сказал несколько успокоившийся Гладыш, осознав, что предстоит цивилизованная «разборка».

•      Сейчас ты мне ответишь на вопросы и гуляй себе. Только не финти и не гони пургу. В ментовку я тебя не сдам, не бойся. Но если наврешь, то достану и накажу. А потом все равно правду скажешь. Все понял?

Голос говорившего звучал ровно и спокойно, но в нем ощущались натянутые стальные струны. Гладыш поежился. Он понял, что является для этих людей, мелким насекомым, которое, в случае неподчинения, безжалостно раздавят. Но они не будут ломать ему жизнь и бизнес, если он, Гладыш, выполнит, что его просят. Про милицию он даже и не думал – такие ментам не сдают.

•      Что нужно? – буркнул он.

•      Где ты берешь героин?

•      Если нужно ширево, то я и сам дам. Со скидкой или просто так, для знакомства. – Гладыш понимал, что не стоит без необходимости «светить канал» – чревато.

•      Отвечай на вопрос.

Гладыш посмотрел на незнакомца и уперся в холодный взгляд убийцы.

•      У Насти, землячки. Она в поселке живет. А откуда у нее… Не знаю.

•      Это мы сами узнаем. Давай адрес. Тебе это ничем не грозит – ты не при делах.

Гладыш назвал координаты Насти.

•      Иди и забудь о нашем разговоре, - последовала команда.

•      Уж постараюсь.

Молдаванин вылез из машины и, не оглядываясь, быстрым шагом двинулся прочь от рынка, считая, что легко отделался.

•      Что-то Петра нет, - задумчиво проговорил Артем.

•      Его наверное в ментовку забрали, - предположил Сергей.

•      Наверное. Автобус с ОМОН проехал. Видел я их… Маски – шоу! – Брагин завел мотор. – Ничего. К вечеру отпустят. У него документы в порядке. Ну что, поехали в гости к  героиновой Насте?

•      Прямо сейчас? – удивился Сергей.  – Скоро стемнеет.

•      Нет, не сейчас. Сразу после похорон. Завтра же похороны Гали.

Машина выехала на центральную улицу и повернула в сторону дома Германа. Проезжая мимо здания милиции, Артем увидел как из зарешеченного фургона под надзором автоматчиков в масках, вылезают задержанные на рынке. Среди них выделялась могучая фигура Мостылы. Брагин посигналил, но никто не обратил на это внимания.

Начальник УГРО не цеплялся за субординацию и к нему свои сотрудники не просились на прием, а заходили просто так. А если он был сильно занят или не хотел никого видеть, то запирал дверь на ключ и не реагировал ни на какие стуки. Об этом знали и попусту не стучались. «Начальство думает», - шутили не попавшие в кабинет и глубокомысленно тыкали пальцем в небо. Бызов умел концентрироваться, анализируя механизм преступления, но при этом его раздражали любые посторонние шумы и он их подавлял всеми способами: выключал постоянно журчащий радиоприемник, закрывал форточку и зажимал ладонями уши, чтоб слышать только телефонные звонки.

Но в это утро Бызову спокойно поразмыслить не дали. Сначала его вызвал к себе Обухов для участия в пустопорожнем совещании в присутствии представителя из области, а потом начали дергать по телефону все, кому не лень.

«Секретаршу что ли завести, - раздраженно думал старлей, очередной раз снимая трубку. – Она бы фильтровала звонки. Но не положено по штатному расписанию. Да информация идет в основном пустая или… сплошное разочарование».

Узнав у Басалека номер машины, он, как только прибыл на службу, сделал запрос в ГИБДД. Ответили практически сразу же – машина принадлежала некоему гражданину Акинфиеву, проживающему в Поселке. Он немедленно выслал туда оперативную группу, но Акинфиев оказался не при чем. Номера с его стареньких «Жигулей» свинтили какие-то хулиганы около двух недель назад, а сама машина была «не ходячая» – еще с осени стояла у подъезда в полуразобранном состоянии.

«Этого следовало ожидать. Дураков в зеркале ищи», - уныло подумал Бызов, встал и отпер дверь. Скрежет ключа послужил сигналом о начале приема и в кабинет тут же зашел молодой парень в звании лейтенанта. Вошедший несколько минут смотрел на зарывшегося в бумаги начальника, пока тот не махнул рукой, мол, проходи, садись.

•      Что, нашлась девица? – спросил Бызов вместо приветствия, оторвав глаза от разбросанных по столу документов.

•      Нет, но прорезались любопытные вещи, - бодро доложил лейтенант и раскрыл принесенную с собой папку.

Несколько дней назад в милицию поступило заявление от некоей гражданки Гарбусевой. У нее пропала восемнадцатилетняя  дочь Катя. Женщина пояснила, что девчонка хоть и «отвязанная», погулять любит, на ночь где-нибудь задержаться, но не на неделю же. Заявление приняли, но отнеслись к нему вяло – мало ли девиц загуливает, а потом выплывают как ни в чем не бывало.

•      Что за такие вещи? – Бызов вновь уткнулся в бумаги.

•      Последний раз эту Катю видели на рынке с каким-то парнем. Видела их соседка по подъезду. В этот же день девица домой не явилась. Соседку усадили за компьютер и составили фоторобот этого парня. И ты знаешь… - лейтенант сделал многозначительную паузу. – Этот фоторобот похож на фигуранта, проходящего по делу об ограблении Брагиных. На него тоже есть фоторобот – от деда Тимофеева. Случайное сходство маловероятно. Брови уж больно у этого типа знатные. Вот, посмотри!

Лейтенант положил папку перед носом Бызова. Глаза у того загорелись неподдельным интересом, ноздри хищно затрепетали. Он быстро сравнил две компьютерные распечатки и поднял глаза на подчиненного.

•      Похоже, что ты прав. Это интересная информация. – Бызов на некоторое время задумался, нервно барабаня пальцами по крышке стола. Потом заговорил медленно, как будто процеживал слова сквозь зубы. – Вот что… Ограбившие Брагина – гастролеры. Если этот… - Он ткнул пальцем в один из фотороботов, - … из их банды, то он на чем-то уехал из города. Что твоя свидетельница по этому поводу сообщила? Он был на машине?

•      Да нет, говорит, что пешком они с девицей ушли. По направлению к вокзалу.

•      Вот там и пошарь. На вокзале. Покажи эту рожу кассирам, таксистам на стоянках, съезди на автостанцию, ну… сам знаешь, кому показывать. Давай, прямо сейчас займись.

«Интересный сюжет закручивается», - подумал Бызов, когда лейтенант ушел.

И не ошибся. Буквально через час раздался звонок и возбужденный голос доложил, что фигуранта, который на фотороботе, опознал один из таксистов со стоянки, что возле кинотеатра. Он отвез его в пансионат «Солнечный». Девица с ним не поехала, а осталась в городе.

«В пропаже девицы он может и не замешан – случайное совпадение… Вроде бы… Но грабил-то точно он!

•      Давай сюда этого таксиста. Прямо сейчас. Да наплевать, что он не хочет! Какие еще клиенты! Приводом доставим и задержим на сутки – больше потеряет.

Допросив таксиста, Бызов вызвал машину, решив немедленно ехать в пансионат. Выйдя из здания милиции, он столкнулся с Брагиным-младшим. Прекрасно осознавая, что от него хочет Артем, он вновь отложил разговор.

«Сам рыть начнет, - при этом мрачно подумал Бызов. – И ведь не помешаешь. Да и нужно ли мешать!? Он в своей правоте».

Поездка в пансионат немедленно дала результат. Преступников по фотороботам опознала кастелянша, да к тому же один из них оказался официально зарегистрированным – некто Иконников Валерий Николаевич, проживающий в Поселке.

«Это просто подарок судьбы, - удовлетворенно вздохнул Бызов. – Надо будет доложить начальству, что один из грабителей установлен.

Обухов взял дело об ограблении под личный контроль и требовал немедленно информировать его о любых сдвигах в расследовании.

•      У Вас есть, откуда позвонить? – спросил Бызов у кастелянши.

•      Только от директора, - ответила та, странно поглядывая на начальника УГРО.

•      Вы что на меня так смотрите? Что-нибудь не так?

•      Я думала, что Вы уже знаете про этого Иконникова. Разве Галя Вам не звонила? Она должна была позвонить.

•      Какая Галя? – Бызов насторожился.

•      Брагина Галя. Она здесь была около двух недель назад. Зашла ко мне и сказала, что трое наших постояльцев их ограбили. Потом взяла паспортные данные этого Иконникова и пошла звонить Вам. Что-нибудь случилось? – Кастелянше не понравилось внезапно изменившееся лицо старлея. Это было лицо хищника, почуявшего добычу: рот, полуоткрытый в нетерпеливом оскале и жесткий, безжалостный взгляд.

•      Случилось, – сказал Бызов, уперев глаза в свою собеседницу. – Галя была убита примерно в это же время, а завтра похороны.

•      Как это!? – опешила кастелянша. – Она же пошла звонить…

•      Да видно не дошла, - перебил ее Бызов. – Давайте быстро и с деталями. Когда пришла, зачем пришла, куда потом отправилась…

Спустя несколько минут он знал все подробности о посещении Галей пансионата и сделал вывод.

«Эти дела явно тяготеют друг к другу. у******о и ограбление – близнецы-братья. Но все крайне запутано. Как Галя сумела выти на преступников? Загадка… И при чем здесь эта пропавшая шлюшка по имени Катя!».

Бызов отправился к директору пансионата и вызвал дополнительно двух сотрудников, чтоб опросили обслуживающий персонал. Потом, прихватив с собой кастеляншу, он прошелся по предполагаемому маршруту Гали. По возвращению его ждала дополнительная информация. Ее дал сторож, которого местные называли Федотычем.

•      А кто их знает… На блатных похожи. Пили-гуляли, я им рыбу жарил. Девку с собой привезли молоденькую, в сауне с ней развлекались…

•      А как девку-то звали?

•      Катей кажется, не помню точно. – Сторож страдал похмельем и туго шевелил мозгами. – Да, Катей. А парни называли друг друга «Нос» и «Бур». Третьего не знаю как… Дурные какие-то. Один, который Бур, здесь второй раз отдыхает. Первый раз тоже с бабой был. Но с другой. Все они бляди! – в сердцах закончил свой рассказ Федотыч и молящим взглядом больного животного посмотрел на Бызова, после чего был отпущен и пошел искать на опохмелку.

«Все смешалось в один клубок: ограбление, убитая Галя, эта пропавшая девица Катя…  - думал Бызов на обратном пути в город. - Надо искать концы. А для начала послать людей по адресу этого Иконникова и сделать запрос в центральный банк данных. Нос и Бур… ».

Ответ на запрос пришел в тот же день. Освободившихся из мест заключения и носящих кличку «Нос» обнаружилось аж пять человек, но по приметам проходил только один – Михальчук Борис Викторович, три  месяца назад освободившийся из Соликамских лагерей, где отбывал шесть лет за грабеж.    

С кличкой Бур нашлось двое, но оба в настоящий момент отбывали срок в разных зонах и по приметам даже близко не приближались к фигуранту.

«Значит не сидел», - резюмировал Бызов.