Забава повернулась к нему. На секунду ей захотелось просто ударить его по этому лоснящемуся лицу. Она ненавидела его за этот снисходительный тон, за бегающие жадные глазки, которые видели в ней лишь инструмент для достижения цели.
— Я вам не «подарочный набор», — процедила она, нащупывая ручку двери. — И если вы думаете, что я собираюсь спать с генеральным директором ради того, чтобы выкрасть ваши бумажки...
Гребенкин внезапно рассмеялся — жирным, клокочущим смехом. Забава подавила приступ тошноты и острое желание выскочить из машины прямо сейчас.
— Хорошо. Я изучу материалы и дам знать, когда буду готова действовать, — бросила она, нажимая на ручку.
Короткие, толстые пальцы Гребенкина мертвой хваткой сомкнулись на её локте. Он дернул её на себя. Дыхание мужчины стало прерывистым, когд
