Влад опустил меня на обледенелые ступеньки заправки, и я едва не вскрикнула. Боль в стопах была такой острой, будто я наступила на раскаленные угли, хотя ноги были проморожены насквозь. Мы ввалились внутрь, принеся с собой вихрь колючего снега и тяжелый запах мороза. Я стояла, пошатываясь, и ослепшая от яркого люминесцентного света, который больно бил по глазам.
Работники за кассой замерли, глядя на нас. Сначала в их глазах плеснулся первобытный ужас — мы действительно напоминали выходцев с того света: лица в инее, безумные взгляды, какой-то нелепый кокон из пледа. Потом пришло недоумение, и, наконец, тихая человеческая жалость.
Влад почти дотащил меня до пластикового столика в углу. Я рухнула на стул, и в голове предательски загудело, а перед глазами поплыли серые пятна. Не успела я даж
