ㅤ
Я не знала что это такое быть на седьмом небе от счастья, мне казалось это эфемерным и не поддающимся здравому смыслу, ведь физически этого быть не может.
Но я там была!
Буквально несколько минут назад меня спустили с того самого места и, о боги, я бы отдала бы часть себя что бы еще раз оказаться там. На вершине самого неизведанного мною.
Я наблюдала за ним – всегда, на аукционах, когда он поднимал свою табличку в желании купить картину или же просто из-за соревновательного интереса.
Когда он играл в покер с моим отцом и всегда в левой руке перебирал фишку.
На вечерах подобных этому, он постоянно стоит в стороне, редко отпивает дорогую жидкость со стакана и никогда не закусывает. Он часто жертвует в благотворительность несколько миллионов и мне кажется даже не слушает куда именно пойдут эти деньги.
Его лицо всегда выражает сдержанность, задумчивость и некую загадку. Может, я покажусь странной для других, но меня привлекало в нем это.
Мне нравилось наблюдать за ним, отмечать некогда отличительные реакции его тела, то как он дышит, когда напряжен, и как расслабляется его лоб – когда он спокоен.
Как он ходит держа осанку и как расстёгивает пуговицу пиджака когда садится.
Его будто выточили из камня в лучшей мастерской мира. Ровный прямой нос, высокий лоб с густыми бровями и полосками серьезности. Красивые губы окружены подстриженной щетиной, круглый подбородок придает правильных черт его лицу, и впадины на щеках ярко подчёркивают его скулы. От них я была без ума.
6'2 фута идеальности.
До сих пор не могу отойти от нашего танца, я не сильна в этом, но я и мысли не допустила об отказе. Оказаться настолько близко к нему, дотрагиваться, смотреть в его глаза и представлять что в мире остались только мы.
Я бы этого хотела! Остаться только с ним, вдвоем.
ㅤ
ㅤ
— Рори! Зайди ко мне. - кричал отец с первого этажа.
— Пап! - кричу ему в ответ переодевая в своей комнате. У меня нет настроя на разборки, я рассчитывала что они будут завтра.
— Сейчас же, я сказал!
Прекрасный вечер - закончился. Закатив глаза, понимая, что сейчас примерно минут пятнадцать мне будут читать морали, я быстро переоделась и спустилась вниз.
Пусто. Странно, мама всегда после таких вечеров на кухне наливала себе бокал красного, а сестры, на кухне подъедая еду что оставила экономка, обсуждают кого-то из былого вечера.
Но сегодня тут устрашающе пусто.
Кабинет отца на первом этаже справа по коридору от кухни и столовой, туда всегда закрыта дверь, но сегодня день удивительных вещей, я в этом не сомневалась, открытая дверь и неяркий свет, что проникал в коридор как бы приглашал меня. Но это в пустом, на первый взгляд доме, это было словно приглашение к казни.
— Ты звал? - зайдя в кабинет я обнаружила отца за его столом со стаканом виски и откупоренной бутылкой рядом.
— Дверь закрой. - он сказал лениво и тут же вставил в зубы сигару.
Я ненавижу когда он курит, и дело вовсе не в запахе табака, наоборот мне кажется этот аромат придает некой харизмы. Но отец курил только, когда очень зол, так он сбавлял агрессию, выдыхая густые клубки дыма успокаивался на переговорах или когда были проблемы в бизнесе.
Я остановилась недалеко от его стола, и терпеливо подождала пока он зажжет коричный сверток.
— Хуууу. - густо выдохнул он в сторону. — А теперь, Рори. Поведай-ка мне, что это такое было на вечере?
— Ты о чем?
— Я о танце с Морелли. - его спокойное лицо не выражало эмоций, но я уверена, внутри у него буря.
Молчу.
Не хочу что бы этот шквал вылился на меня раньше времени.
— Ты забыла наш уговор?
— Это был просто танец.
— ЭТО БЫЛ ТАНЕЦ С МОРЕЛЛИ! - крик смешался с ярым стуком кулака отца по столешнице его дубового стола. Я подпрыгнула ровно так же как и его блокнот на краю стола.
Он в ярости! И даже сигара не покроет его злости на меня. Но я не вижу ничего криминального в танце, мы не были близки настолько что бы папа сейчас так себя вел.
— Он – тварь поганая! И он прикасался к тебе... Как ты думаешь? Это будет по нраву Веллингтону?
— К вашим делам в бизнесе я не имею никакого отношения. - все же мой протест выдался в словах.
— ЭТО И ТВОИ ДЕЛА! - он вновь стал кричать, и даже подался телом вперед. — Микель Веллингтон твой будущий муж!
— Я не давала своего ...
— ДА Я ПЛЕВАТЬ ХОТЕЛ НА ТВОЕ СОГЛАСИЕ! - отец решительно встал со стула отбрасывая в сторону сигару. — РЕШЕНИЕ ПРИНЯТО! - упер руки в стол нависая над ним, словно выдавая приговор: меня, к пожизненному заключению.
Хотя замужество с Веллингтоном я так и воспринимала.
Не став ждать еще гвалта я быстро развернулась в сторону выхода.
— Куда собралась?!
— Пойду в свою привычную золотую клетку!! Пока меня в другую не пересадили! - резко ответив даже не глядя на отца я бигом выбежала с его кабинета.
Я знала что у отца есть ключи от всех дверей в этом доме, но все равно вбежав свою комнату заперлась на замок и пригнула в застеленную кровать, лицом втыкаясь в покрывало кричала что есть духу срывая голосовые связки, глуша свой крик беспомощности.
В нашем доме все строилось на иерархии отца, он, на вершине правления. А ми, его дочери и мать, под ним. Мама имеет право слова, но чаще соглашается с отцом и поддерживает только Эли и Габи. Правильно, мои сестры не перечат так часто отцу, подлизываются когда что-то требуется и главное – следуют всем его правилам.
Элеонора уже помолвлена с сыном Граванно, они с мамой целыми днями обсуждают предстоящую свадьбу.
Этот союз принесет нашей семье превосходство на южных берегах, а еще откроет порт. Папа был так рад когда Эли даже носом не повела от этого странного наследника Граванно, его очки в толстой оправе хоть и прикрывали часть его прыщей на лице, но все равно выдавали в нем остатки пубертатного периода, который несколько затянулся, лет так пять. В прочем, главе Борелис было плевать на то как выглядит парень, он видел в нем даже не человека, а возможности и выгоду.
Габриэлла пусть в первое время и была недовольна тем что ее выдадут замуж за толстосума с пивным животом и самомнением высотой с небоскреб, позже, все таки увидела выгоду и для себя. Он импотент с частыми командировками за границу и огромным домом, что переполнен персоналом. Старшая сестра и не скрывала что будет ему изменять в браке, ей было важно финансовое положение Скольрезе и отсутствие работы по дому. А отцу – перспектива легализовать торговлю за границу. Условием было лишь чтобы ее не поймали на измене, но зная Габи, она уж точно не попадется.
Ну а я?..
Непослушная младшая дочь.
Не могу сказать что я была в корне недовольна Веллингтоном, нет, он вполне достойный парень, мужественный, сильный, умный. В свои двадцать пять он уже управляет филиалом компании отца. Показывает хорошие результаты в бизнесе и поддерживает семью во всем.
Но...
Я его не люблю.
Как странно, что в семье наполненной только разговорами о деньгах и ресурсах, выросла дочь, что верит в любовь без условностей.
Верю в стихию любви и желаю покориться ей. Стать частью жизни любимого человека и быть ему всем, как и он будет всем для меня.
Любовь для меня – мечта.
И...
Кажется, я уже люблю!
Кассио Морелли.