Ты скажешь мне «да», Крошка

Обняв колени трясущимися руками, я сижу на кровати и бездумно смотрю в экран телевизора. Показывают новости. Сюжет про задержание моего отца. Я слабо улыбаюсь, наблюдая, как люди в форме выводят его из офиса, как грубо толкают к машине. Его лицо невозмутимо, как и всегда. Но я знаю, что он в бешенстве – это видно по уголку его губ, который то и дело дёргается в сторону. Мечты сбываются. Главный злодей, который портил жизнь мне и моим сестрам, наказан. Только вот цена за это оказалась слишком высокой. Меня утешает лишь то, что Ника и Лера теперь в безопасности. А я… оказалась в лапах одного из самых опасных людей в городе. Так меня наказал отец. Узнал, что я подставила его и пообещал испортить мне жизнь. — Как ты могла, Марина? — вспоминаю его рассерженный, полный гнева голос, льющийся из динамика телефона и покрываюсь неприятными мурашками. — Я знаю, это была ты. Ты отдала папку! Что ты, что твоя мамаша – подлые твари. Вы ВСЕ твари! Тогда я лишь молча слушала его. Знала, что отца вот-вот заберут, но сердце все равно уходило в пятки. Мне казалось, что он вернется. Что в ту же секунду зайдёт в дом и заставит меня пожалеть о том, что я сделала. — Ты расплатишься, Марина, — обещал отец. — Я сделал все, что нужно. Он тебя не пощадит. Жизнь в родном доме тебе покажется раем. Почти сразу после его звонка в дом ворвались какие-то люди в масках. Я и пискнуть не успела, как меня схватили, затолкали в машину и увезли. Вот так просто, без проблем. Всего пара минут – и меня нет. Теперь я нахожусь в незнакомом доме. Меня приволокли в какую-то комнату и оставили одну. Что дальше – понятия не имею. И это пугает больше всего. Неизвестность. Я знаю, что тот, кто похитил меня – опасный человек. И явно ненормальный. Боюсь даже представить, что ему от меня нужно и на хорошее даже не надеюсь. Я здесь, потому что меня продал отец. Хотя нет, он продал моих сестер, а меня просто отдал. Как вещь, которая не принесла ему пользы. Негромкий стук в дверь заставляет меня встрепенуться. Судорожно вздохнув, я выключаю телевизор и пытаюсь взять себя в руки. Последнее, чего я сейчас хочу – это выглядеть испуганной. Не дождутся. Поднявшись с кровати, я делаю глубокий вздох. — Войдите. Дверь тихонько открывается и я встречаюсь взглядом с невысокой женщиной средних лет. На ней черная униформа. Волосы собраны в гладкий пучок. — Добрый вечер. Роман Дмитриевич просит вас спуститься на ужин. — Она протягивает мне бумажный пакет бордового цвета и продолжает. — Вам лучше надеть это. — К-кто? — хмурюсь я. — Роман Дмитриевич, — терпеливо повторяет домработница. — Хозяин этого дома. Он приехал. — Я не спущусь, — слова срываются с губ прежде, чем я успеваю подумать. — Что? — хлопает ресницами женщина. — Я. Не. Спущусь. — повторяю уже более уверенно. — Но как же? — теряется она. — Я не стану ужинать с тем, кто меня похитил, — с этими словами я отворачиваюсь и ухожу к окну, дав понять, что разговор закончен. Как только дверь закрывается, я отхожу от окна и вытряхиваю из пакета все содержимое. На кровать падает длинное, черное платье с разрезом и… белье. Красный бюстгальтер с кружевами и крошечные стринги. Я закрываю глаза, пытаясь сосчитать до десяти, чтобы успокоиться. Но не успеваю закончить, потому что дверь в комнату снова распахивается. Резко, бесцеремонно. И на этот раз без стука. Вздрогнув, оборачиваюсь и пытаюсь проглотить ком в горле. Потому что вижу на пороге высокого, темноволосого мужчину в черной рубашке и брюках. Здоровый, подтянутый, мускулистый. Он излучает предупреждающую, тяжелую энергию. Каждая клетка моего тела шепчет, что с ним лучше не шутить. — Добро пожаловать, — голос уверенный, немного хрипловатый. Лицо с правильными чертами и темной, аккуратной бородой. — Меня зовут Роман. Отец говорил тебе обо мне? — Нет, не говорил, — скрещиваю руки на груди я. — И мне плевать, как вас зовут. Но когда ловлю внимательный, слегка удивленный взгляд серо-зеленых глаз, будто в пропасть проваливаюсь. Сердце начинает сходить с ума. То ли от страха, то ли от волнения. То ли от всего вместе. — Интересное у нас выходит знакомство, Крошка, — сощурив глаза, хмыкает мужчина. Я молчу и напряженно наблюдаю за ним. Еле сдерживаюсь, чтобы трусливо не шагнуть назад. — Ты отказалась спуститься, — отмечает Роман, не сводя с меня долгого, изучающего взгляда. — Хочешь сразу к делу? — В смысле? — выдыхаю я. Он усмехается и неторопливо шагает ко мне. Плечи свободно расправлены, шаг ровный, уверенный. Не выдержав, я все-таки пячусь к окну и, вцепившись деревянными пальцами в подоконник, замираю, когда мужчина останавливается напротив меня. Наклонившись ко мне, он опирается руками о подоконник. И его ладони при этом оказываются рядом с моими. — Ты красивая, — говорит негромко и хрипло, гипнотизируя меня своим взглядом. — Фигура, сиськи, бедра. Мне нравится. — Что? — еле слышно выдыхаю я. Воздух между нами пропитывается ароматом табака и миндального ореха. Запах теплый, немного тяжелый. И… приятный. — Лицо естественное, без вмешательств, — невозмутимо продолжает мужчина. Коснувшись моей нижней губы, он заглядывает мне в глаза и медленно проходится по ней большим пальцем. — Губы не пухлые, но и не тонкие. Как надо. Я даже пошевелиться не могу. Просто стою и напряженно наблюдаю за каждым его действием. Даже не моргаю. Время будто останавливается. — Но знаешь, что самое главное, Крошка? — уголок губ Романа тянется вверх. Глаза смотрят проникновенно, будто гипнотизируют. Я судорожно сглатываю. — Что? И вздрагиваю, когда он, бесцеремонно задрав юбку моего платья, касается меня там, где ещё никто никогда не касался. — Самое главное, что ты девственница, — наклонившись к моему уху, отвечает мужчина. Прочертив большим пальцем вдоль моей промежности, он убирает руку. А я едва не валюсь с ног от шока. Меня крупно трясет. Лицо пылает. — Так сказал твой отец. Надеюсь, это правда. Иначе он пожалеет. — Ты… как ты… смеешь меня трогать?! — округлив глаза, выпаливаю я. — Еще не раз трону, — обещает Роман. И в глазах его вспыхивает порочное пламя. — И попробую. В самых разных позах. — Да что ты несешь? — меня переполняет ужасом. От волнения еле держу себя в руках. — Ты будешь моей женой, — немного отстранившись, сообщает мне мужчина. Так невозмутимо, будто говорит о чем-то несущественном. — И родишь мне ребенка. — Нет! — потрясенно выдыхаю я. Меня переполняют эмоции. Самые разные. Быстрые, яркие, сумасшедшие. Я с ума схожу от происходящего. Это будто какой-то кошмарный сон! — Ты издеваешься, да? Отец отдал меня тебе, чтобы ты издевался? — Что ты, Крошка, — расслабленно усмехается Роман. — Я не издеваюсь над девушками. Может, иногда шлепаю и связываю, но они не против, поверь. — Ты похитил меня! — напоминаю ему я. — Не я, а мои люди, — пожимает плечами он. — Какая разница?! — возмущаюсь я. — Ты держишь меня здесь насильно! И трогаешь… лапаешь… ты извращенец! — О, да, — хмыкает мужчина. К моему ужасу и стыду его рука крепко обхватывает через ткань брюк кое-что твердое и продолговатое. — Я тот ещё извращенец. И ты мне очень понравилась. — Уходи! Немедленно! — краснея, как рак, кричу я. — А лучше верни меня домой! — Секс будет, что надо, — изучая меня задумчивым, слегка насмешливым взглядом, отмечает он. — Ты горячая штучка. На секунду я замолкаю. Да что он несет? Какого черта?! — Ты слышишь, что я говорю? — Еще как, Крошка, — вздыхает он. — Ты же не говоришь, а орешь. Прямо мне в лицо. — Верни меня домой! — скрестив руки на груди, снова требую я. — Не могу, — разводит руками Роман. Заметив у него пистолет за поясом, я приоткрываю рот. И меня будто ледяной водой окатывает. — Что такое? — хмурится он. И, поймав мой испуганный взгляд, усмехается. — А, это. Я не трогаю слабый пол, говорю же. — Боже… — закрыв лицо руками, я дрожу. — За что… — За все хорошее, — служит мне ответом. — Пожалуйста, — снова взглянув на Романа, прошу я. — Умоляю. Верни меня домой. — Ты теперь моя, — бесстрастно отвечает он. — Твой отец отдал мне тебя безвозмездно. — Выбери другую, — отчаянно предлагаю я. — Найди ту, которая будет с тобой по доброй воле. — Мне нужна девственница, — заявляет мужчина. — Чистая и нетронутая. Но ходит слушок, что папаша твой лживый пес, поэтому я проверю твою чистоту. На всякий случай. Мое сердце пропускает удар. Я уже не могу нормально соображать из-за потока информации. Мне просто не верится в происходящее. В голове не укладывается. — Что это значит? — выдыхаю я. — Тебя осмотрит доктор, — предупреждает Роман. — Анализы сдашь. Если твой отец меня наебал, я достану его даже за решеткой. — Я не согласна, — отчаянно качаю головой я. — Нет! Слышишь? Я. Не согласна! Он снова наклоняется ко мне. Слишком близко. Так, что я вижу его мятные, потемневшие глаза, наполненные предупреждением. — Тебя никто не спрашивает. — Козел, — сдвинув брови на переносице, шиплю я. — Чтоб ты провалился. — А вот грубить не советую, — усмехнувшись, Роман огибает мою шею горячими пальцами и слегка сжимает. Так, что немного кружится голова. — Иначе оттрахаю прямо сейчас. На этом подоконнике.