Кая + Алета Беловы

28

Часть 28. Кая.

Моя душа завела себе Инстаграм!

Моя душа хочет славы… любой ценой. ⠀

Чтоб заценили все её крупный план,

Селфи пости́т и фоткается нагой. ⠀

Ах как бы так, чтоб сексуальный вид?

Ах как бы так отфильтровать детали,

Чтоб этот новый шрам, депресняк и стыд

В кадр не попали? ⠀

⠀ ⠀ ⠀

Рвётся из тела душа — это просто шок!

Исхудала совсем — превратилась душа в доску.

А для ссадин она использует фотошоп,

Тони́рует память, выщипывает тоску.

⠀ ⠀

Моя душа — как будто бы не моя.

Моя душа душу за лайк продаст.

Такая умная… Требует, чтоб и я

Вам показала грудь! Но пока я пас. ⠀

⠀ ⠀

Вот уж и первый подписчик, друг, ротозей.

Комментов больше и лайков день ото дня.

Всё — удаляю душу я из друзей.

Пусть позорит она меня без меня... ⠀ ⠀

Marika Nova.

- Саш выйди, мне нужно поговорить с дочерью.

Глядя в глаза отца, не захотелось его переубеждать в том, что от Саши тайн у меня быть нет и не должно быть.

- Ты пришел говорить о коронации? - это звучало так нелепо из уст маленькой девочки в синей пижаме в полутьме комнаты.

- И да и нет.

Отец привычным жестом откупорил принесенную бутылку виски и налил в стакан. Хорошо хоть мне не предлагал.

- Я о твоем брате, - прищурил глаза так, словно я без дальнейших слов должна была все понять, но мой воспаленный мозг не переваривал ровным счетом ничего, кроме того что он хочет спать.

- Ты ведь знаешь о Степане, моем брате?

Отец не часто упоминал о своем младшем брате, я видела его на фото, но никогда в живую. И даже по средствам связи не общалась никогда.

- Да, конечно.

- Он мой брат.

Очевидная вещь.

- Братья и сестры, не всегда самые близкие люди в жизни, Кая.

К чему он клонит, черт побери!

Я заглянула в родные голубые глаза. Отец редко боялся и уж тем более, никогда не тушевался. Но сейчас ему было не по душе говорить со мной об этом.

- Кая, я о том, что Паша все равно будет выдвигать свою кандидатуру.

Он просит меня придать его же собственного сына, моего брата? Да, нет! Бред!

- И что делать мне?

- Кая, это его ошибка. Паша должен понять, что жизнь не сахар.

- Да, куда там! - я подлетаю на месте, - Они сегодня потеряли ребенка, где здесь сахар?

- Кая! - отец повысил голос. И хорошо, что здесь не было мамы. Ее голоса бы я точно не выдержала, - Кая, ты думаешь мне легко с тобой об этом говорить? Это мой сын, Кая. Мой единственный сын. Но если у власти будет он, всем нам придется плохо.

Я затрясла головой. Его сын, мой брат, мое сердце. Я так хотела бы, чтобы всего этого не было. Может, не было бы меня и не стало бы всей этой кутерьмы? Я была лишним близнецом.

- Что мне делать?

- Кая, сядь! Не мельтеши! - но не тут - то было, я так и застываю посреди комнаты, - Хорошо, - отец смирился с моим характером очень давно, еще в детстве, - ты выдвинешь свою кандидатуру. И сделаешь все, чтобы убедить старейшин в этом. Кая, Паша взбешен. Он ранен и ранен серьезнее, чем ты. Я отвечаю за этих людей. Поверь, я научился этому не сразу, спустя долгие годы правления. Но я полюбил это место. Я в ответе за Тоню и за всех в этом доме. Черт, я никогда не думал, что стану таким. Но мне действительно не наплевать на них. И доверь я все это твоему брату, мои старания падут крахом!

Отец не произносил длинных речей. Не в его духе, было толкать проповеди. Но сейчас я была под впечатлением.

А была ли любовь в его душе, по отношению ко мне или я была просто клеточкой на широком поле казино.

Скаковой лошадкой.

- Но он мой брат! - все еще делала попытки защищаться.

От кого, от родного отца? Но Владислав Белов, действительно из тех людей, которые не вытирают слезы своим детям. Этот человек делает меня сильнее. Его характер заложен в моем сердце, моей силе духа.

- И мой сын, верно? Но мы не убивать его сговариваемся, Кая. Вас двоих в равной мере готовили к правлению. Разве нет? Твоим выбором была поездка в Лондон и все добровольно ждали десять лет. У Паши было на десять лет больше возможностей, подготовится к этому. Не скрою, это было и моей ошибкой. Нужно было отпустить его как и тебя, может тогда…. В общем, это уже не важно.

Из его груди выпорхнул рваный выдох. В моей застрял протяжный вдох. Мы так и смотрели друг на друга абсолютно пустыми синими глазами, ловя неизбежное.

- А что если он не простит меня?

- Возможно. Но у вас длинные жизни, чтобы это проверить.

Не так ли, что родители должны подбадривать своих детей, говорить им, что все будет хорошо? Но Влад не был таким отцом.

- Вы с мамой уезжаете послезавтра, при любом раскладе?

- Да, Кая.

Хотелось осудить их. Мол, что за родители такие. А потом, я даже начала улыбаться. Мои родители будут счастливы. Мама страдала не мало, отец так вообще не первую сотню лет в мире землю топчет. Им отдых нужен больше чем мне. И хотя бы за двух людей я смогу быть спокойна.

Мне же меньше головной боли.

- Я рада за вас.

- Ты знаешь, - отец сделал еще глоток обжигающей жидкости из стакана, - Тоня первым делом сказала мне о том, что у меня, - еще глоток, - у нас, будет дочь. И лишь потом, что вас будет двое. Это судьба. Ты вперед брата, ты сильнее и ты важнее для всех нас, девочка.

Хмурюсь. Это уже слишком. Я хочу спать и слишком сильно раздавлена морально, для такого рода речей.

- Мне и правда пора, котенок, - отец встал и коротко поцеловав меня в лоб, вышел из комнаты, прихватив за собой недопитую бутыль. Хорошо, что вампиры не спиваются.

Слезы пытались зажечь глаза, но я сдерживалась. Я из-за всех сил сдерживалась. Нельзя плакать, нельзя давать волю чувствам, все потом, все после завтрашней церемонии. А сейчас я сильная ровно на столько, чтобы спокойно, даже не дожидаясь Сашу лечь спать. В сон, без сновидений.

Прилетевший с другой планеты ужасно странен:

Он как человек – на вид,

Но говорит с деревьями и цветами,

Только с людьми – молчит.

Он идёт по Москве, завернувшись в лучи, как в плед,

Ниоткуда взявшись,

И берёт-надевает солнечный свет,

На детей озябших.

Ты не веришь мне, верно? Подумаешь! Верь, не верь,

Только тот, прилетевший, заходит и в нашу дверь.

И душой наклонившись к спящим, как головой,

«Потерпите!» - шепчет. – «Ещё не пора домой».

Marika Nova.