Кая + Алета Беловы

16

Часть 16. Кая.

Не размышляя о праве и правоте,

Строя добрые лица,

Злые люди ищут добрых людей,

Чтобы нажиться.

Раз пять за ночь просыпаются в темноте

Злые люди, без сердца,

Вечно дрожат и ищут добрых людей,

Чтобы согреться

В их старомодной, вязаной доброте.

И, согревшись впервые,

Злые люди любят добрых людей.

Значит, они незлые…

Marika Nova.

Я сидела так уже битый час, свесив ноги с кровати и смотря немигающим взглядом в одну точку.

- Никита, ты можешь идти. Ты и так много времени на меня тратишь.

Не хватило смелости на то, чтобы поднять взгляд на крестного. То, что я устроила в родительской душевой, выходило за рамки моего и их понимания. Я конечно рада тому, что огонь вернулся ко мне и теперь я не такая беспомощная, но что делать с контролем, до сих пор вопрос.

- Могу. Но остаюсь здесь. Тебе нужна поддержка хоть одного разумного в этом доме существа.

Поразительно, он еще пытается шутить.

- Я могла навредить им, - железный тон, по которому и не скажешь, что я вся трясусь от страха изнутри. Слишком многое по приезду в моей жизни перевернулось с ног на голову.

- Здесь каждый может навредить друг другу.

Я сконцентрировала свой взгляд на его молодом лице и ужаснулась от того, сколько нежности там было к такой неблагодарной особе как я. Только ради того чтобы не пасть в его глазах, я должна была взять себя в руки.

Не обмануть ничьих ожиданий.

- Да, могут. Но каждый с большей или меньшей вероятностью.

- Что остановило тебя?

Хмыкнула.

- Саша. Он стоял слишком близко.

Никиту тоже позабавил это факт.

- Я даже не сомневался. То есть тебя не смутил тот факт, что там были твои родители, твой брат, моя дочь и все мы. Только Саша?

- Мне сейчас должно быть стыдно что ли? Думаешь, я могла в тот момент анализировать свое поведение и выбор?

- Я никогда не любил Машу на столько. Это даже странно, мы с ней столько лет вместе. Но когда я представляю, что могу погибнуть, жальче всего мне расставаться с тобой и дочерью.

С минуту мы смотрим друг другу в глаза не отрываясь. Этот человек для меня больше чем отец, или старший брат. На счастье у меня есть и тот и другой, но никто из них так меня не понимает.

- Когда я умирала….

Пришлось откашляться, слова застревали в глотке.

- Когда я умирала на месте аварии, я видела всех вас. И лицо Саши было последним. Я не хотела думать о нем, не хотела потому что тогда умирать было бы еще болезненнее.

- Я завидую ему маленькая, так редко кого - то любят так сильно. Он большой дурак, что столькие годы отталкивал тебя. Но и его можно понять, он был всю свою жизнь влюблен в твою мать.

- Это смешно и горько, Ник. Он любит так мою мать, а я его. И в итого это не счастье! Это дьявольски запутанный клубок судеб!

- Ты не видишь, как он на тебя начал смотреть. С тех пор как ты вернулась, все изменилось.

Занимаюсь тем, что переплетаю свои пальцы туда - сюда. Ник сидит в кресле напротив и кажется вполне расслабленным. Нельзя давать словам такую надежду!

- Вижу, я глупа, но не слепа Ник. Но что это меняет? Он просто хочет меня, наши словесные баталии это причина для секса, но не для любви. Саша всегда будет любить только одну женщину. И это произошло еще до меня. И даже если ему самому однажды покажется, что его чувства переменились, это будет лишь временное помешательство. Я понимаю, что он никогда ее не разлюбит.

Ник смотрит на меня с жалостью во взгляде, вот что я ненавижу так это то, когда меня жалеют. Потому что это автоматически делает меня слабой в глазах других людей, а для верховной ведьмы ковена, это недопустимо!

- Не надо.

Он тут же понимает о чем я, слишком хорошо меня изучил.

- Порой я разговариваю с тобой, как со Светой, совершенно забывая кто ты. Ты права, жалеть тебя не стоит. Кого угодно, но не тебя.

- Тебе пора к жене.

Так не хочется его отпускать, но и держать его, я не имею права. Он не принадлежит мне, это я эгоистка привязываю к себе людей.

- Здесь я нужнее.

- Нет, Ник! Маша и так недолюбливает меня, она ревнует, понимаешь? Ни к чему обострять конфликт. На ее месте я бы тоже злилась, что своей жене ты уделяешь меньше внимания, чем мне.

- Это лишено смысла, ты мне как дочь.

Закрываю уши руками, при этом стискивая голову. Кто сказал, что я должна поступать правильно? Почему любовь отца с матерью должна делиться на еще и брата, почему я не могу иметь и Влада и Сашу, почему я не могу вот так все вечера напролет проводить с Никитой, не думая, что у него есть своя жизнь и отдельная от меня семья?

Потому что это неправильно, говорит внутренний голос и остается надежда на то, что я еще не совсем зло в чистом виде.

- Это женские инстинкты, тебе не понять. К тому же, как бы мне этого не хотелось, но крестили меня не по христианской вере и ты мой крестный и между нами могут быть отношения.

Смотрит на меня так, будто я ребенка при нем хладнокровно застрелила.

- Ты думаешь, Маша так считает?

Искренне порадовалась недоумению в его голосе, потому что самой от этой темы мне было откровенно некомфортно.

- Не думаю, я уверена в этом Ник. Ты мужчина, я женщина. Между нами нет кровного родства. Ты выглядишь на тридцать и так же как и я будешь еще долгие-долгие годы таким молодым. Что мне может мешать? При этом я веду себя как довольно распутная девушка, ты носишь меня на руках, проводишь со мной время, непозволительно много времени, Ник.

Опускает взгляд в пол и его смешные кудряшки соскальзывают на еширокий лоб. Нельзя назвать его красивым. Обычные черты лица, большой нос, тонкие губы, узкое лицо. Худощавый, высокий, горбится. Но я понимаю, что Маша в нем нашла, так как этот мужчина умеет окружать заботой, не умеет больше никто.

- А ты? Ты так считаешь? - он почти мямлит, я обидела его.

Забыла, что передо мной взрослый мужчина, у которого дочь моя ровесница и он воспитывал меня наравне с ней. И в жизни и в своем сердце. Но слов назад не забрать, эта тема с его женой, должна была рано или поздно всплыть между нами.

- Нет, конечно. Ты ближе мне, чем отец и ты это знаешь.

- Кая? - он поднимает взгляд и мне становится совсем дурно на душе, - Мне кажется, я больше не люблю ее, так как любил.

- Машу?

Блядь, да зачем я уточняю, ему и так нелегко даются эти слова. Это признание.

- Да, Машу. Мы вместе тридцать лет. Это весь твой возраст и даже больше. Но я устал от нее. Она всегда пилит меня, запрещает что - то! Я должен выбирать она или ты, она или Тоня, она или все вы. Я должен быть только ее. Дело не в тебе даже. С тобой мне легко, общаться с дочерью мне легко. Вы родные для меня люди. Причем с тобой мы толком не виделись последние десять лет и слава Богу ты не стала мне дальше, чем была. А вот с ней я тридцать лет и она не стала ближе.

Этот разговор явно шел не в ту сторону, в которую мне хотелось, я не хотела слушать об их с Машей жизни и вообще ни о чьей жизни кроме своей собственной.

Эгоистичная дрянь, подкинул рассудок и я дала ему пинка!

- К чему ты ведешь?

- Не знаю, я все чаще начал думать о разводе. Но Света только стала такой счастливой, я не хочу причинять ей боль. Да и Маше тоже. Что если это просто кризис в отношениях? Да, сильно затянувшийся, но что если его можно пережить? А я возьму и все порушу?!

Я представила, что было бы со мной, разведись мои родители? Папа и мама, как два столпа земли. И поняла, что быть такого не может. Папа жизнь за нее отдаст, мама умрет из - за него. Это попросту невозможно разделить этих людей. Чего не скажешь об отношениях Маши и Ника. Мы все взрослые люди, Света должна понять, что главное, чтобы оба родителя были живы, а все остальное их личное дело и их жизнь, они вправе распоряжаться ей как хотят.

- Света взрослый человек.

- Кая, я не знаю, что мне делать.

Никогда не думала, что настанет день, когда Ник попросит моего совета, а не я его. Хочется утешать его, но знать бы как? Я не умела жалеть людей и меньше всего на свете мне хотелось жалеть этого светлого человека. Маша полная дура, что не смогла удержать его и сохранить брак. Может быть, я и не права в том, что мгновенно перекладываю вину на нее, а не на крестного, но вот так. Смешно, она не смогла удержать, а я не могу даже получить.

- Если не любишь, уходи. Это твоя жизнь и я как никто другой хочу чтобы ты был счастлив.

Да, я резка. Я всегда была такой, я никогда бы не смогла жить с нелюбимым и издеваться над собой и над ним. Может я была так категорична, потому что не представляла, как могу разлюбить Сашу.

- Света возненавидит меня. А Маша тебя. Потому что это лишь подтвердит ее догадки, что у нас с тобой все, так как она думает. Это бред, бред для нас с тобой, но в ее голове совместиться факт твоего приезда и моего желания подать на развод.

А он был прав. Терять подругу я бы хотела меньше всего, да и Машу я уважала. В свое время она не мало помогла моей маме и неблагодарной меня назвать сложно.

- Подумай еще, Ник. Попробуй поговорить с ней, объяснить что чувствуешь. Она хорошая девушка, я в нее верю.

Улыбается, вымученно, но улыбается.

- И вообще сегодня вечеринка у нас в клубе, пойдем. Я давно всех не видела и нам с тобой не мешает отвлечься.

- В клуб? - почти выплюнул он, - я не был в клубе лет пятнадцать.

- Ага, поздравляю! Собирайся.

Я вытолкнула его за дверь, дав ценные указания как не попасться под горячую руку Маше, а сама кинулась к шкафу. Это хорошая идея, рядом с Ником можно расслабиться и откинуть мозг прочь! Выбрав узкие брюки голубого цвета и темно синий топ я натянула такого же цвета кеды. На вид мне действительно лет шестнадцать и это не радует.

Маленькая собачка всегда щенок.

- Готова? - Ник сменил только рубашку на футболку и так и остался в потертых джинсах.

- Готова, - подхватив его под руку, потянула вниз по винтовой лестнице. Главное никого не встретить на пути, в особенности Машу ее брата или боже упаси Сашу!

Пять часов спустя.

Это надо было так напиться. Я висла на руках бедного Ника, как тряпичная кукла и еле переставляла ноги. И естественно, ну естественно, несла полный бред.

- Напилась я пьяна, не дойду я до дома! - орала что есть силы заплетающимся языком и кусала за пальцы Ника, который пытался меня заткнуть.

- Тише, час ночи! Тише ты!

Не помогло, вначале из зала вышел гогочущий отец, со словами что это, наконец его пьянчужные гены во мне проснулись. Потом и мать вышла из спальни. А за ней понеслось, Влад, брат со Светой, Маша, Слава и под конец из рабочего кабинета вышли очень недовольные Саша и дед.

Ой, что сейчас будет.

И кажется, пытаясь помочь, я сделала Нику только хуже.

Крепче цепляюсь за руку крестного, он у меня умный, он сейчас всем расскажет какая я несчастная и напилась я именно с горя, а не чтобы позлить тут всех.

- Никита, - первой опомнилась Маша и если бы взглядом можно было вынести приговор, меня бы уже казнили на месте, - ты где был с этой?

Ну все, началось. В открытую со мной в конфликт Маша никогда не вступала! Никогда до этого момента. Видимо, накипело.

- Маша, не начинай.

Вот с этих самых слов, наверное, начиналась каждая бытовая ссора. И это отвратительно. Мне так и хотелось заткнуть ей рот и сказать, что мужик должен хотеть тебя, а не хотеть сбежать от тебя.

Взгляд Саши хотелось перекрестить и показать ему крест с солью. Страшный до ужаса!

- Кая, милая, иди к себе.

Да с удовольствием мам, только если я отпущу руку дяди, тут же рухну на пол. А еще не хочется оставлять его наедине с этими мегерами. Но тут я заметила выражение лица Светы и что - то в нем было не так. Она на меня никогда не смотрела со смесью негодования и сожаления одновременно.

- Влад, забери ее, - спасибо Нику он передал меня с рук на руки и утонув в тепле Влада, даже захотелось заснуть.

Зевок.

- Ну ты и заварила девочка, - шепнул Поляков на ухо и понес наверх. А к хорошему быстро привыкаешь, особенно когда носят на ручках.

Влад бережно разул меня и усадил в кресло.

- Я пойду?

А что ты хотел, милый? Я пьяная, но не распущенная!

- Да, нужно уже закончить этот день!

В лавке пахнет колдовством и чаем.

Продавец – мой вечный визави.

Взвесьте мне изысканной печали,

Но немного меньше, чем любви.

Покупатель робкий и нечастый,

Из тумана – музыку творю!

Взвесьте чуда, солнца! Взвесьте счастья!

Я его кому-то подарю.

Взвесьте лета, воздуха и моря!

Но не надо взвешивать слова.

И разлуки, и – на пробу – горя!

Взвесьте, взвесьте! Раз уж я жива..

Marika Nova.