Добровольное подчинение

Если бы я с детских лет не возненавидела свою фамилию, со мной не случилось бы того кошмара, в котором я нахожусь сейчас. Виталия Брониславовна Жменя — именно так я зовусь благодаря своим родителям. Я смирилась с Виталией, и даже несколько гордилась редким отчеством. Но — Жменя? На юге так называют, например, умещающуюся в кулаке порцию жареных семян подсолнечника — жменя семечек. Быть такой жменей мне не хотелось. И фамилию, доставшуюся мне от отца, я терпеть не могла. В старших классах даже закатила матери истерику: - Господи, ну почему ты не оставила девичью фамилию? Виталия Крещенская звучит куда благороднее, чем какая-то там Жменя! - Виточка, деточка, мне и в голову не приходило, что ты станешь так из-за этого страдать! Я очень люблю твоего папу и никогда не ощущала обузой его фамилию. - А вот я ощущаю! - прокричала я матери в лицо и убежала в свою комнату, хлопнув дверью с такой силой, что задрожали оконные стёкла. Отца своего я тоже любила. Но смириться с его «деревенской» фамилией никак не могла… Поэтому я рано начала мечтать о том, как выйду замуж — непременно за мужчину видного, с благозвучной фамилией. Но надо мной словно рок какой-то висел. Внешностью и умом меня бог не обделил, но почему-то не складывалось у меня отношений с мужчинами. Обходили они меня стороной, как заговорённую. А если и знакомились, то исчезали после пары-тройки встреч, оставив неудовлетворённым моё любовное томление. Вы не смейтесь, но к двадцати семи годам я оставалась девственницей. И уже рисовала в панических мыслях будущее старой девы, окружённой котиками и обозлённой на весь белый свет. А потом на корпоративе, посвящённом десятилетию фирмы, куда я устроилась бухгалтером по окончании института и как-то неожиданно приработалась, я вдруг выиграла путёвку на отдых в Сочи. Коллеги морщили носы и обзывали управляющего жмотом («Ну что за выбор? Море там грязное! Хотя бы в Турцию людей отправили, а то — Сочи...»), но я была откровенно счастлива от того, что наконец-то вырвусь куда-то одна, сменю атмосферу и — как знать! - встречу своего принца. И я его встретила. Именно такого, что приходил в мои сны: высокого, атлетически сложенного, с прямыми чёрными волосами, зачёсанными назад, и пронзительно-синими глазами. Меня немного насторожило, что эти прекрасные глаза оставались льдисто-холодными даже когда Денис улыбался. Но я заткнула рот внутреннему голосу и таяла каждый раз, когда новый знакомый касался моей руки. - Денис Владимирович Успенский, - представился он мне в день нашего знакомства. И вы же понимаете, что я тут же примерила на себя эту фамилию. Виталия Брониславовна Успенская звучало волшебной музыкой после неприглядной отцовской Жмени. Я была очарована. Нет, скорее околдована. Не замечала или не хотела замечать прорывающуюся временами властность и жёсткость в общении Дениса с обслуживающим персоналом. Со мной-то он был исключительно мил и предупредителен. И вовсе не торопился перевести наши отношения на горизонтальный уровень, хотя я уже вся сгорала внутри. Нет, он выжидал. Загонял меня, как птицу в расставленные силки. И я с радостью в них шагнула. Не подозревая о том, что под личиной Прекрасного Принца скрывается Настоящее Чудовище.