На вершине мира

14

—       Я так рад, что вы согласились пойти со мной, — искренне произнес Бэнк, улыбаясь находящимся рядом с ним друзьям.

Он вместе с Каптаном и Пэрисом сидел на трибуне болельщиков «Висакхы» с нетерпением ожидая начала матча, в то время как друзья явно не понимали, что здесь делают и со скучающим видом оглядывались вокруг, пытаясь поймать что- то интересное для себя, тем самым, привлекая к их персонам еще больше внимания, что, в общем-то не нравилось и без того нервничающему музыканту, но он был готов стерпеть, что угодно ради людей, общение с которыми точно не хотел потерять.

После того самого момента, когда Пэрис принял решение не общаться с Джеем и оборвал с ним все связи, прошел почти месяц. В течение этого времени Бэнк практически не виделся со своими друзьями, просто потому что те, упорно игнорируя и без того дерьмово себя чувствующего ДжейДжея, оставляли не удел и Бэнка, а ведь он был вынужден находиться поблизости с другом и банально не мог его бросить, тем самым становясь все дальше и дальше от Каптана с Пэрисом.

Идея позвать друзей на первый волейбольный матч в сезоне пришла ему спонтанно. Во-первых, у музыканта не получалось пойти с отцом, ведь родители улетели в Париж по путевкам, что специально для них купил Бэнк, чтобы они наконец-то отдохнули и отметили двадцатипятилетие своей совместной жизни.

И, во-вторых, просто не прийти на матч или пойти в одиночку Бэнк не мог, боясь, что как в первом случае, так и во втором, Рю не оставит его в покое, кидая ему по тысячи сообщений в минуту. А, если он в перерыве вдруг решится и подойдет к нему — это вообще будет за гранью и без того расшатанной психики Бэнка.

—       Я же сам позвонил тебе, нам нужно было поговорить, — пожал плечами Каптан, внимательно разглядывая разминающихся на площадке парней, в то время как до матча оставалось всего несколько минут, — не понимаю, конечно, почему мы пришли на волейбол, но, впрочем, это не так важно. Ты все равно должен нам ужин, там и поговорим.

—       Вы ведь знаете, что я фанат волейбола, — спокойно произнес Бэнк, при этом очень надеясь, что его щеки сейчас не предательски красные и не выдают настоящую причину того, почему сегодня все они оказались на трибунах, — кроме того, сегодня играет «Висакха» — моя любимая команда. У меня наконец- то появилось свободное время, и я не мог не прийти сюда.

—       Что ты находишь в этой игре? — скривился Пэрис. — Я ни разу не был на матче, хоть Каптан и звал, когда приходил на игры с Тором, но я пытался смотреть волейбол по телевизору и это до безумия скучно.

—       Ты просто ничего не понимаешь, — фыркнул в ответ Бэнк, даже не пытаясь скрыть обиду в голосе, — кроме того, вживую все намного круче. Вот увидишь.

—       Зато парни красивые, — расплылся в хитрой улыбке Каптан, стоически игнорируя упоминание имени Тора и внимательно оглядывая разминающихся на площадке парней. — И кстати, Бэнк, как ты достал билеты? Я позвонил тебе в среду, ты предложил пойти на волейбол, и я полез в интернет, чтобы заказать нам три билета, но уже все места были распроданы. Как я понял — это первый матч в сезоне, еще и столичное дерби, народа тьма. Кроме того, у тебя нестандартные билеты, обычно такие дают команде и персоналу для их семей и друзей. Когда я ходил со своим бывшим, — нахмурился Кэп, завуалировав под «бывшим» Тора, — нам билеты всегда передавал его дружок из «Эйр Форс», так вот — они выглядели точно также.

Бэнк сделал глубокий вдох и закусил губу, стараясь ничем не выдать свое настоящее состояние, уже похожее на панику и неподдельный ужас от мыслей, как он в очередной раз облажался. К своему стыду, Бэнк настолько обрадовался, что друзья согласились не просто встретиться с ним, но и пойти на матч, что полностью расслабился и даже не подумал о том, что Каптан может задать подобный вопрос, особенно с учетом того, каким сообразительным и дотошным иногда, особенно, когда не нужно, мог быть этот парень.

И сейчас, находясь под пристальными взглядами своих друзей, Бэнк чувствовал себя смущенно и неуютно, ведь билеты ему прислал с курьером именно Рю, положив в конверт помимо четырех билетов, записку: «Все билеты уже раскупили, но ты возможно захочешь прийти, мой воробушек», тем самым заставляя Бэнка глупо улыбаться, при этом мечтая задушить одного конкретного невозможного идиота, вызывающее в нем все больше и больше пугающих и давно забытых чувств.

С того самого дня, когда Рю ночевал у него и был виновником главного позора в жизни Бэнка, прошла целая неделя. Неделя, в которую они ни разу не виделись, потому что Рю был безумно занят на тренировках перед возобновлением сезона, а сам Бэнк безуспешно пытался придумать песню и почти все свободное время проводил с Джеем, что стал тенью себя самого и просто не позволял Бэнку оставить его, пускай и чувство досады съедало музыканта изо дня в день, когда он писал еще двум своим друзьям, но не получал в ответ ничего кроме холодного молчания.

Каптан позвонил ему в среду. Сам. Не извинялся за молчание почти в три недели, не объяснял свое поведение, а просто предложил встретиться и поговорить, сказав, что так продолжаться больше не может. Бэнк был полностью с ним согласен, именно поэтому и позвал парней с собой на волейбол, рассудив, что начинать разговор сразу же будет крайне неловко, а так они хотя бы снова смогут привыкнуть друг к другу, расслабиться и настроиться на разговор.

Парни, кажется, действительно немного расслабились и даже улыбались, чего нельзя было сказать о самом Бэнке, который совершенно не подумал о том, что друзья не знают и не должны узнать о его настоящей причине такого ярого желания попасть на матч. И этой причиной был тот самый мальчишка, что сегодня выглядел непривычно хмуро, зыркал на всех зло, разминая руки и совершенно точно не напоминал музыканту того Рю, которым он привык его видеть.

О том, что что-то не так Бэнк догадался еще с утра, потому что Рю привычно написал ему: «Доброе утро, воробушек», а после пропал, так и не ответив на несколько язвительных сообщений Бэнка, жаждущего поднять себе настроение перед матчем общением с этим придурком. И теперь, глядя на его потускневшее и напряженное лицо, Бэнк поймал себя на мысли, что он волнуется. Очень.

—       Ты вообще с нами, парень? — щелкнул пальцами прямо перед его носом Каптан, заставив Бэнка вздрогнуть и выплыть из своих мыслей.

—       Все хорошо? — тут же подключился Пэрис, внимательно глядя на притихшего музыканта. — Ты какой-то странный сегодня: то краснеешь от наших вопросов, то уходишь в себя.

—       И кто из этих самцов твой поклонник? — ехидно поинтересовался Каптан, хитро щуря глаза.

—       Да пошел ты, — отмахнулся от него Бэнк, нервно смеясь, — сейчас игра начнется, поэтому просто сядь и успокойся.

—       Кстати, а почему мы именно на этой трибуне? — не унимался Каптан, заставив Бэнка обреченно закатить глаза. — Я, конечно, не слежу за матчами, но «Эйр Форс» — чемпионы, да и парни у них горячее. Поэтому объясни мне, как мы оказались среди лузеров?

—       Говори потише и не привлекай к себе внимания, — шикнул на него Бэнк, — и так из-за тебя к нам уже раз десять подошли и попросили фото с кем-то из нас. Я хочу просто посмотреть матч, а не быть обезьянкой для фотографий. А что касается команды, наверное, мы на этой трибуне, потому что я болею за

«Висакху». Не думал об этом?

—       Так обоснуй почему, — гнул свою линию Каптан, славящийся своим упрямством и умеющий любому, даже самому спокойному человеку на свете (к которым вовсе не относился Бэнк), к чертям снести всю нервную систему всего за несколько минут.

—       Кэп, неужели ты думаешь, что я выбирал себе команду просто по принципу, кто успешнее, богаче и красивее? — выгнул бровь Бэнк, заставив сидевшего рядом с Кэпом Пэриса хрипло рассмеяться, тем самым немного расслабляясь и становясь похожим на прошлого себя.

—       А разве не так становятся болельщиками? — ухмыльнулся Каптан, заставив музыканта в очередной раз закатить глаза.

—       Все, успокойтесь, — шикнул на них Пэрис, как только загудели трибуны и послышался голос комментатора из динамиков, — раз уж мы тут, то я хочу погрузиться в матч. Мне стало интересно, что Бэнк находит в этой игре.

—       Это очень опрометчивое решение, — хмыкнул Каптан, показав другу язык и заставив Бэнка невольно улыбнуться от осознания, что он до безумия скучал по этим придуркам.

Никогда раньше они не расставались так надолго. Да, могли не видеться несколько месяцев из-за турне Бэнка или из-за модельных показов Пэриса и шоу Каптана, что частенько проходили в других странах, но они постоянно переписывались, созванивались по видеосвязи и были всегда вместе. Именно поэтому, после того как Пэрис принял решение перестать общаться с Джеем, а заодно и с Бэнком, музыкант чувствовал себя разбитым и потерянным, от чего сидеть сейчас рядом с этими парнями было до безумия тепло и приятно.

—       Ты хотя бы правила почитал, прежде чем сидеть здесь и делать умное лицо, — ехидно произнес Каптан, глядя на сосредоточенного Пэриса, что внимательно следил за происходящим на площадке.

—       Отвали от него, Кэп, — шикнул на друга Бэнк, к своему собственному ужасу глядя не на левую сторону площадки, где сейчас находились игроки «Висакхы», а на правую, при этом, внимательно разглядывая лишь одного человека и беспокоясь за него все сильнее и сильнее.

Бэнк не раз приходил на трибуны, когда «Висакха» играла против «Эйр Форс», кроме того, несколько раз он был на матчах Сборной, поэтому успел изучить поведение Рю на площадке и помнил, что обычно этот парень расслабленный, нахальный и спокойный.

Сегодня все было не так. И не только с ним, а вообще со всей командой. «Эйр Форс» были дерганные, несыгранные и какие-то злые друг на друга и это неимоверно напрягало хотя бы потому, что игроки данной команды всегда славились своей наглостью, надменностью и легкой долей самолюбования. Они любили не просто выигрывать, а еще и морально унижать соперника, отвешивая шуточные поклоны, показывая языки и ведя себя, как клоуны.

Однако теперь унижали их и не смотря на то, что «Висакха» вела в счете, Бэнк заметно нервничал, не понимая, что происходит с соперником его любимой команды и какого черта Рю разыгрывает такие откровенно слабые подачи, а его партнеры по команде не отбивают далеко не самые сильные мячи.

—       Какого черта творят эти горячие парни? — выгнул бровь Каптан, в то самое время, когда подходил к концу уже второй сет матча, а «Эйр Форс» так и не смог найти свою игру, в то самое время, как Висакха наоборот показывала высочайший уровень.

—       Мне бы тоже хотелось понять, что с ними такое, — закусил губу Бэнк, пытаясь осознать, почему вместо радости за свою любимую команду, он ощущал только опустошение и ничем не убиваемое чувство тревоги.

Парни буквально парили по площадке, отбивая большинство подач и направляя через сетку сопернику убойные, не берущиеся мячи, в то время как игроки Эйр Форс заметно нервничали и не могли собраться с духом, при том, что не помогали ни замены, ни тайм-ауты.

Два раза Бэнк даже порывался написать Рю и спросить, что происходит, потому что волновался, не понимал, какого черта с ними твориться и, честно говоря, очень хотел поддержать поникшего и находящегося явно не в своей тарелке волейболиста. Но в тоже время он осознавал, что вряд ли Рю в перерывах между партиями вообще возьмется за телефон, а после матча, если все так и закончится проигрышем «Эйр Форс», ему точно будет не до какого-то там Бэнка.

—       Черт, какие же горячие мужчины, — не унимался Каптан, заставляя Бэнка с Пэрисом синхронно переглядываться и закатывать глаза, — слушайте, я такой идиот!

—       Мы это уже поняли, — громко произнес Пэрис, тем самым немного расслабляя и успокаивая еле-еле сдерживающегося Бэнка, который всячески пытался радоваться за свою обожаемую команду и не показывать друзьям, что он переживает за одного конкретного мальчишку, накручивая себя тем, что игра Рю может быть как-то связана с ним самим.

—       Нет, просто я несколько раз ходил на игру «Эйр Форс», — фыркнул Каптан, пропустив его слова мимо ушей, в то самое время, когда вторая партия завершилась и объявили перерыв во время которого Бэнк сидел и думал о том, что его любимый счет 3:0, с которым порой выигрывала «Висакха», сейчас может стать его личным кошмаром, — и не обращал внимания на парней на площадке, глядя на этого самодовольного мудака рядом со мной. Теперь у меня как будто бы второе дыхание открылось и глаза распахнулись!

—       Кэп, мы пришли игру смотреть, а не выбирать тебе мужа, — хохотнул Пэрис, пихнув хитро улыбающегося Каптана в бок.

—       Я вообще-то не только о себе забочусь, но и о вас тоже, — не унимался тот, пристально вглядываясь в лица волейболистов, которые сейчас окружили своих тренеров и что-то горячо обсуждали.

При этом Бэнк стоически старался не смотреть в сторону скамеек «Эйр Форс», где Рю пил воду в стороне ото всех, Терд — их капитан, о чем-то спорил с тренером, а двое доигровщиков переругивались между собой. Подобная атмосфера не сулила команде ничего хорошего и означала одно — игра у них совершенно точно не шла и теперь они всячески пытались найти виноватых.

—       Кстати, Бэнк, — вновь вторгся в тяжелые мысли музыканта насмешливый и игривый голос, нашедшего свою волну Каптана, — что это за самец у «Эйр Форс»? — добавил парень, заставив Пэриса громко рассмеяться, а самого Бэнка вздрогнуть и посмотреть на человека, на которого указывал палец друга.

—       Это Джосс, — усмехнулся Бэнк, думая о том, что Каптан все-таки неисправим, — он диагональный у Эйр Форс.

—       Это крутое амплуа? — продолжил допытываться Каптан, от чего Бэнк подумал, что привел друзей не на игру, а на смотрины.

—       Какая разница, Кэп? — пожал плечами Бэнк, не понимая, к чему клонит друг.

—       Как какая? — выгнул бровь Каптан, наградив Бэнка таким взглядом, будто бы музкант спрашивал какую-то несусветную чушь и не понимал по истине важных вещей. — Если, например, мы выберем его для Пэриса, он должен соответствовать всем моим запросам.

—       Эй, какого черта?! — вмешался в разговор и сам Пэрис, который, как ни странно, не на шутку увлекся происходящим на площадке и почти не реагировал на тот бред, что время от времени говорил Каптан. — Как мой выбор может быть связан с твоими запросами?

—       Я о тебе забочусь, неужели не понимаешь? — с обидой в голосе произнес Каптан, обняв покрутившего пальцем у виска Пэриса. — Ну так что, Бэнк?

—       Диагональный нападающий — самая востребованная позиция в профессиональном волейболе, — с улыбкой ответил Бэнк, понимая, что лучше сдаться, чем потом выслушивать нравоучения от Каптана и прочую чушь, которую тот нес всегда, когда музыкант решался с другом все-таки поспорить, а не просто дать ему ответ на любые, даже самые идиотские вопросы, — это, как правило, самые результативные и высокооплачиваемые игроки. Джосс — не исключение. Он уже несколько лет играет в Сборной и вполне неплохо себя зарекомендовал.

—       Вот видишь, Пэрис, — расплылся в улыбке Каптан, потирая руки, — мой глаз наметан на перспективных мужчин.

—       Ну еще бы, — хмыкнул Бэнк, вспоминая придурка Тора, но заметив, как помрачнел Каптан, добавил: — ты не забыл, что мы сидим на трибуне

«Висакхы»? Если и хочешь капать слюной, то на кого-то из них.

—       Эй, оставь за мной право выбора! — хохотнул Каптан, окончательно расслабляя Бэнка, уже успевшего отвыкнуть от смеха друзей и от той чуши, что преимущественно нес их горячо любимый Кэп. — Тут, если только на капитана посмотреть можно, хотя знаешь, у него такой взгляд будто бы он готов оторвать голову любому, кто ему улыбнется. Поэтому… Я лучше выберу того самца.

—       Кэп, просто заткнись и не мешай нам смотреть игру, — шикнул на него Пэрис, заставив удивленно выгнуть бровь не только самого Каптана, но и Бэнка, который явно не ожидал, что подобный вид спорта может понравиться его другу.

—       И с каких пор тебе стали нравятся высокие потные мальчики? — ухмыльнулся Каптан, явно не желая затыкаться. — Хотя знаешь, с учетом того, как мощно они прыгают. У них такая растяжка. Ты только посмотри на этого длинного из

«Висакхы», мне кажется, он мог бы всю жизнь носить меня на руках. А в сексе, наверное…

—       Блять, Кэп, заткнись! — все же не выдержал Бэнк, ударив друга по голове и получив в ответ болезненное: «Ой».

—       Полностью поддерживаю Бэнка, — кивнул Пэрис, даже не пытаясь скрыть улыбку, за что был вознагражден громким фырканьем Каптана и обиженным: «Да пошли вы».

***

«Эйр Форс» проиграл со счетом 3:0 по итогам трех партий. Это вызвало бурю негодования не только у болельщиков, ожидавших потрясающий игры от чемпионов последних трех сезонов, но и у самих игроков команды, которые чуть ли не устроили драку на радость Каптану, что даже хлопал в ладоши, глядя на то, как Мью — диагонального «Эйр Форс» оттаскивали от Купера — доигровщика «Висакхы», когда тот, больше на эмоциях, чем от реального желания унизить соперника, после финального свистка стянул с себя футболку и показал средний палец парням из «Эйр Форс».

На Рю в тот самый момент Бэнк старался не смотреть и, в общем-то, делал все правильно, так как на финальных рукопожатиях отличился уже он, опустив свою руку через сетку не для того, чтобы пожать в ответ протянутую ему руку капитана «Висакхы», а для того, чтобы посильнее его пнуть. В итоге, для обоих команд все закончилось дисквалификацией Купера и Мью сразу на два матча и устным предупреждением для Рю, самолюбие которого и без того было задето и явно не выдержало бы подобного исхода событий.

Честно говоря, первый раз в жизни после победы своей любимой команды, Бэнк чувствовал себя настолько странно и пусто. Да, он был безумно рад, что эти парни достойно играли и смогли обыграть лучшую команду Таиланда с таким издевательским счетом, но в тоже время он видел, что волейболисты из «Эйр Форс» не были похожи на самих себя, чувствовал какое-то тяжелое напряжение между ними, а самое главное — он видел глаза их связующего и думал о том, что единственное, чего бы ему сейчас хотелось — это подойти и крепко-крепко обнять Рю, чтобы хоть немного успокоить этого взрослого, но до сих пор остающегося ребенком парня.

—       И все же, Бэнк, откуда у тебя билеты на матч? — вновь завел неудобный разговор Каптан, когда им наконец-то удалось отбиться от фанатов и выцепивших их репортеров, и ретироваться в машину к Пэрису, что тут же рванул с места, как будто бы боясь того, что кто-то из фанатов Бэнка сможет броситься им в погоню.

—       Мой знакомый общается с одним из волейболистов Эйр Форс, — тут же соврал Бэнк, стараясь сильно не краснеть, чтобы развернувшийся с первого сидения и прожигающий его взглядом Каптан, ничего не заподозрил.

—       Этот твой «знакомый» — ты сам? — ехидно поинтересовался тайский Шерлок Холмс, заставив музыканта на несколько секунд даже возненавидеть этого придурка.

—       Кэп, отвали от Бэнка, — пришел ему на спасение Пэрис, за что брюнет был безумно благодарен своему другу, — даже если он и общается с кем-то из команды, какое тебе до этого дело?

—       Он что-то от нас скрывает, — сузил глаза Каптан, — ты видел, как он краснел, смущался и переживал весь матч? При чем переживал он не за свою команду, а за «Эйр Форс», а значит — за кого-то из тех парней. Так что Бэнк, рассказывай, из-за кого ты предал идею своей любимой «Висакхы»?

—       Кэп, не выдумывай, — шикнул на друга Бэнк, начиная раздражаться, — кстати, я видел Тора, он тоже пришел на матч, — добавил музыкант, тут же выдыхая.

Взгляд Каптана изменился, и он наверняка уже даже думать забыл об издевательствах над другом, переключая свои мысли на совсем другого человека. Да, Бэнк знал, что это запрещенный прием и изначально не собирался рассказывать только пришедшему в себя после расставания с Тором Каптану, о том, что он видел его бывшего на этом матче, но в тоже время брюнет знал, что друг все равно об этом узнает и нет смысла скрывать очевидное, а так хотя бы это был самый действенный способ на какое-то время успокоить вцепившегося в него словно пиранья Кэпа.

—       В смысле? — тут же нахмурился Каптан, погружая машину в неприятную и тяжелую атмосферу, состоящую из его эмоций, мешанину из которых Бэнк до сих пор не смог расшифровать.

—       Мы видели его, когда ходили в туалет в перерыве, — поддержал Бэнка Пэрис, за что парень был ему безумно благодарен, — решили не говорить тебе сразу просто для того, чтобы ты не нервничал всю игру.

—       Да плевать, — отмахнулся от друзей Каптан, расплываясь в улыбке, при этом Бэнк успел заметить, как его глаза наполнились грустью и болью, — наверное, пришел посмотреть на своего мелкого придурка. Черт, Пэрис, ты видел его рожу, когда они проиграли? Честно говоря, я до последнего надеялся, что они затеют драку. Наконец-то увидели бы, как Рю получает по своей самодовольной морде.

В ответ на его слова Пэрис только кивнул и рассмеялся в то время, как Бэнк напряженно замер, всем телом ощущая, как неприятно и даже противно ему слушать подобные слова друзей потому, что он совершенно с ними согласен. Да, Рю местами был раздражающим — этого не отнять. Он, как и все парни из «Эйр Форс» вел себя развязно, самодовольно, да и корона ему явно жала, но в тоже время этот парень всегда был открытым, искренним и целеустремленным.

Эти качества заставляли Бэнка, как минимум, его уважать. И теперь, слыша подобное от своих друзей, музыканту очень хотелось шикнуть на Каптана и заткнуть ему рот лишь для того, чтобы не ощущать, как огромный мерзкий червяк, состоящий из его отрицательных эмоций и переживаний, сейчас с явным аппетитом сжирал его глупое сердце, что совершенно сбилось с ритма, стоило только увидеть лицо Рю, покидающего площадку.

Тот выглядел совершенно разбитым и растерянным, но при всем при этом очень злым, как будто бы он до сих пор не осознал, что произошло, но прекрасно понимал причину происходящего. Именно поэтому, Бэнк и переживал за него, боясь, что мелкий на эмоциях может натворить что-то плохое и еще больше испортить свои отношения с командой.

—       Да что с тобой сегодня такое?! — вывел его из своих мыслей раздраженный голос Каптана. — Я же вижу, что ты расстроен из-за игры и это при том, что твоя команда победила. Бэнк, что происходит?

—       Я… — брюнет закусил губу, стараясь взять себя в руки и не выдавать свои настоящие эмоции, — просто расстроен тем, что «Эйр Форс» так быстро сдались, — тут же нашелся парень, очень надеясь на то, что его бред хоть немного похож на правду, — я хотел увидеть достойную борьбу, но в итоге их избили, как детей. Еще и дисквалификация для Купера и Мью. Пускай я и не люблю «Эйр Форс», но это не самый позитивный исход матча.

—       Слушай, а это было весело, — рассмеялся Каптан, искренне улыбаясь, — особенно в конце. Я так ждал, кто кому врежет. Но черт, судьи, как всегда, вмешались. И почему дисквалифицировали не только этого твоего Купера, но и придурка из «Эйр Форс»? Мне кажется, любой бы среагировал на средний палец, показанный в сторону его команды. Странно, что капитан не вступился, хотя видел я этого коротышку, наверное, он испугался за свое здоровье.

—       Это неспортивное поведение, — с улыбкой пояснил Бэнк, — кроме того, Мью что-то кричал все время, полагаю, не на ужин Купера приглашал. Поэтому так. А что касается капитана — Терд просто имеет мозги в голове, чего не скажешь об остальных парнях из «Эйр Форс».

—       Жалко мелкого не дисквалифицировали, — злобно ухмыльнулся Каптан, — приятно, что он хоть раз проиграл. Все время, когда мы ходили с моим бывшим,

«Эйр Форс» обыгрывал все команды, а тут впервые пошел с вами и они проиграли 3:0. Бэнк, может быть ты, как кукла Вуду для «Эйр Форс»?

—       Вот что ты за идиот? — выгнул бровь Бэнк, с недоумением глядя на друга, что совершенно по-детски показал ему язык и наконец-то развернулся корпусом обратно к Пэрису, тем самым дав музыканту небольшую передышку от этого чудовища.

—       Кстати, Кэп, прекрати заменять имя Тора на «мой бывший», — не удержался от шпильки Бэнк, — это звучит очень тупо.

—       Отвали, — отмахнулся от него парень, но при этом хрипло рассмеялся, заставив музыканта немного расслабиться и улыбнуться.

—       И да, парни, — все же решился произнести Бэнк, понимая, что не может больше делать вид, что все прекрасно, — спасибо, что согласились пойти со мной, правда. И что ты сам мне позвонил Кэп, за это тоже спасибо. Я немного зол на вас из-за того, что вы меня бросили, но прекрасно понимаю причину этого, поэтому и не хочу выяснять отношения. Просто… Я по вам ужасно соскучился.

—       Мы по тебе тоже, Бэнк, — улыбнулся в ответ Каптан, вновь поворачиваясь к нему лицом и небрежно потрепав музыканта по волосам.

—       Бэнк, мы действительно очень рады, — вмешался в их разговор Пэрис, сосредоточенно ведя машину, — а еще, спасибо и тебе.

—       За то, что не ору на вас из-за того, что вы меня бросили на три недели?

—       Из-за того, что ты остался с ним, — хрипло ответил Пэрис, заставив брюнета вздрогнуть, вновь закусить губу, а потом улыбнуться краешком губ просто от мыслей о том, что он все сделал правильно.

На душе сразу стало намного теплее и спокойнее, наверное, сейчас Бэнк бы даже смог почувствовать себя самым счастливым, если бы не мысли об одном конкретном волейболисте, что до сих пор так и не ответил на его сообщения, заставляя музыканта нервничать, злиться и безумно переживать за человека, что уже давно занимал не только свое место в его шкафу на тех самых плакатах и фотографиях, но и в его сердце.