Не сказка

ГЛАВА 2. ПРАВИЛА ЧУЖОГО МИРА

Прогулка помогла обрести относительное спокойствие, освобождая разум от лишних мыслей. Ходьба сквозь дремучий лес — это вам не прогулка по аллее в парке.

Мимо проскочил жирный заяц, заставив меня подпрыгнуть на месте и едва не напугав до смерти — чуть лукошко не опрокинула.

— Тьфу ты… — отодвинув ветку, норовившую выколоть глаз, крикнула: — За-Алет! Я пришла!

— Слышу. Всю живность мне распугала. Чем питаться будем? — старушка уже сидела на крыльце, перебирая травы.

Как всегда.

Будто ничего не изменилось.

Будто в мире не существовало площадей, на которых…

Я сжала пальцы на корзине и опустилась рядом.

— И чего так долго? — она даже не посмотрела на меня. — Неужели ухажёра нашла?

— Угу. Нашла. Венса Серого, — выдохнула я и невольно передёрнулась, вспомнив его руки.

За-Алет вскинула бровь.

— Неужели не побрезговал? — удивилась искренне. И тут же, уже тише: — На него не похоже…

— Ты это… — она прищурилась, — ты с ним поаккуратнее. Ты не для него. Слишком… — взгляд её скользнул по мне, — тебе бы к нелюдям.

Как всегда.

Опять она про своё.

Я вспомнила о своём намерении рассказать о случившемся. Единственное, что останавливало — незнание, как начать такой разговор с пожилым человеком. О таких вещах, как групповуха, с бабушками не разговаривают. По крайней мере, в моей семье это считалось неприемлемым.

Хотя… чего это я сравниваю с прошлым миром.

Не обращая внимания на её последнее замечание, решила начать издалека.

Я вдохнула глубже. Надо было сказать. Сразу. Пока не передумала.

— Там, в деревне…

— Мм? — За-Алет не отрывалась от трав.

— Там толпа мужчин… — слова застряли. — Они… одну женщину…

— И? — она даже не подняла головы.

Я моргнула.

— За-Алет… её… — пришлось выдавить, — её там… все. По очереди.

Пальцы у меня похолодели. Я всё ещё видела это перед глазами.

— Нужно идти. Ей нужна помощь.

Старушка наконец подняла на меня взгляд. Спокойный. Слишком спокойный.

— Зачем?

— Как зачем?! — я не выдержала. — Ты же знахарка!

— Если у неё отбор, зачем ей знахарка? — спокойно уточнила она. — Она звала?

Я уставилась на неё, не понимая.

— Она не могла… — слова давались с трудом, — у неё… рот…

— И?

Я резко вдохнула.

— Все её отверстия были заняты. Она не могла позвать!

Тишина. Казалось, даже лес вокруг притих.

Я смотрела на За-Алет и ждала — возмущения, гнева, хоть какой-то реакции.

Хоть чего-то человеческого. Она ведь тоже женщина. Как можно быть такой бесчеловечной?

Она вздохнула и указала пальцем на окно. Там, на старой раме, висел небольшой зелёный бутыль. Он едва заметно светился.

— Видишь?

Я кивнула.

— Не горит, — спокойно сказала она. — Значит, моя помощь не нужна.

У меня внутри что-то оборвалось.

— Ты… — я не сразу нашла слова, — ты серьёзно?

— Балда, — беззлобно сказала она и щёлкнула меня по лбу. — Я ещё не выжила из ума.

Я отшатнулась. Не от боли — от непонимания.

— Она сама на этом настояла.

— Что?..

— Во время смотрин каждой женщине надевают охранный браслет, — продолжила За-Алет, будто объясняла очевидное ребёнку. — Камень в нём связан с домом ближайшего лекаря. В нашем случае — со мной.

Она кивнула на бутыль.

— Загорится — значит, нужна помощь. Не загорится — всё идёт, как задумано.

Я смотрела на неё и не понимала. В моей голове это никак не укладывалось.

— Ты хочешь сказать… — голос предательски дрогнул, — она сама?

— Конечно, — пожала плечами старушка. — Кто ж за неё выбирать будет?

По спине пробежал холод. Картинка на площади снова встала перед глазами. Одна женщина. Толпа суетливых мужиков. Их движения. Те же руки.

И вдруг у меня в голове как будто кто-то повернул линзу. Она была не жертвой, а выбирающей.

Я сглотнула. Абсурд какой-то.

— Зачем?.. — только и смогла выдавить.

За-Алет усмехнулась.

— Ты всё ещё думаешь, что твой мир — единственный правильный?

Я промолчала.

— На Элтаэ одна женщина на пятерых мужчин, — продолжила она спокойно. — А если учитывать другие расы — ещё меньше.

Она вернулась к травам, будто речь шла о погоде.

— Так что да. У женщин здесь есть выбор.

Выбор.

Я сжала губы.

— И они… вот так?..

— А как им ещё выбирать? — пожала плечами старушка. — По глазам смотреть? Или по тому, как он корову доит?

Я нервно усмехнулась. Смех вышел пустым — скорее нервным.

— Понравился — остаётся с ним, — продолжила она. — Не понравился — идёт дальше. Раз в пять лет можно сменить покровителя.

Пять лет. И так каждые пять лет… Мать моя женщина.

Я медленно провела ладонью по лицу.

— И это… нормально?

— Это — наш мир, — спокойно ответила За-Алет.

Наш. Не мой. Я отвернулась.

В голове всё путалось. Картина на площади уже не казалась такой однозначной. Но легче от этого не становилось. Наоборот. Становилось хуже. Потому что если это не насилие… то что это тогда?

Я вспомнила, как она лежала. Как двигалась. И не сопротивлялась. Молчала. Даже в тот момент, когда к ней подошёл охотник Венс. И не смогла ответить себе на этот вопрос.

— У других рас иначе, — будто между делом добавила За-Алет. — Драконы и змайсы, например, собственники. Их женщины выбирают долго. Очень долго.

Она покосилась на меня.

— Ты бы к ним подошла. С твоим-то характером.

Я не ответила. Слова застряли где-то внутри.

— Ошибёшься — мучиться будешь всю жизнь, — продолжила она. — У них не убежишь. Запрет.

Она вдруг замолчала. И взгляд её на мгновение потускнел.

— Как у моей Ма-Анэт…

На имени дочери старушка тяжело вздохнула. Она искренне была убеждена, что её запер муж — и поэтому та так долго не приезжает. За всё время, что я жила со знахаркой, её дочь ни разу не объявилась. Ни письма. Ничего.

Я даже думала, что никакой дочери нет… пока не нашла аккуратно сложенные письма в шкатулке. За-Алет иногда доставала их из прикроватного сундука и перечитывала.

Я посмотрела на неё. На морщинистое лицо. На руки, которые вдруг замерли. Её дочь, которая не приезжает. Которая, возможно… Я отвела взгляд.

В груди неприятно заныло. Мы сидели молча. Слишком долго. Мысли сами потянулись туда, куда я все эти годы старалась не смотреть.

Дом. Мама. Она ведь тоже ждёт? Пишет? Надеется? Я стиснула зубы. Нет. Хватит. Не буду думать. Я сама сделала выбор — не жить прошлым. Но почему тогда сейчас так… Пусто?

Я опустила взгляд на свои руки. Грязные. Чужие. Не такие, как раньше… ухоженные.

И вдруг очень чётко поняла: Я здесь чужая. Не просто по телу. По всему. По мыслям. По тому, что для меня нормально, а что — нет. По тому, что я не могу принять то, что видела на площади.

И, возможно… не приму никогда.