Остывающий после дневной жары асфальт вечерней трассы мелькал перед глазами Юли. Девушка сидела на заднем сиденье чужой машины и застывшими от страха глазами смотрела в окно. На мужчин, сидевших впереди, ей смотреть не хотелось. О том, что они с ней церемониться не собираются свидетельствовали синяки на ее предплечьях.
Так девушку пересаживали из машины в машину, когда доехали до окраины города. Там этих здоровенных мрачных мужиков дожидался дожидался другой автомобиль, видимо тот, на котором они и приехали.
Юля пересаживаться не хотела и пыталась протестовать. Никогда она не козыряла своими близкими отношениями с Остряковым, но сейчас не было другого выхода.
— Вы знаете Виталия Владимировича Острякова? Это его машина, и я не чужой ему человек, — пискнула она, когда ей приказным тоном в
