Гарун дочитал письмо молодого султана Самарканда, аккуратно положил его на стопку других бумаг и усмехнулся.
Пусть тот занял престол при непосредственном участии Гаруна, однако не собирается быть послушной ручной собачкой Багдада.
В письме султан в самых что ни на есть вежливых выражения отказывал Гаруну в уменьшении пошлины для багдадских судов в своих портах.
«Молодец, не позволяет взять старой дружбе верх над государственными интересами. Хорошо, если он так же будет противостоять и другим влияниям… Например, чиновников, подкупленных Золотым драконом».
Гарун испытывал за него почти отеческую гордость, как и за всех своих протеже. Пусть султан и не во всем будет следовать воле Багдада, он станет хорошим правителем, а главное — уже запретил р*****о в своей стране.
Дверь приоткрылась,
