Жена на Выживание

Юля Строгие стены, высокие потолки и спертый неприятный воздух - это состояние кабинета декана моего университета, которое с годами не меняется. Напротив, ухудшается с каждым днем все больше. Этот мужчина, словно вампир (что не так далеко от правды, ведь он прилично вылакал кровушки как из своих подчинённых, так и студентов) закрылся в стенах своего детища, полностью оградившись от дневного света. На улице солнечная весна, а в кабинете - мрак и сырость. Проветрить бы комнату и чувствовать она себя станет намного лучше. Ерзаю задницей по бархатной обивке стула, на котором сижу уже минут десять, ожидая появления Метелкина. Мужчина застрял в приёмной, шлифуя чрезвычайно высокое мнение своей секретарши. Первое время я прислушивалась к тем крикам, которые доносились из соседней комнаты, но быстро потеряла к ним интерес. Хлопок двери за спиной заставляет меня подпрыгнуть на месте от неожиданности. Метелкин, пыхтя и кряхтя от ярости, пронесся по своему кабинету и тяжело опустился в кожаное, потресканное кресло. Свет тусклой настольной лампы бросил тени на лицо старика, сделав его более угрожающим и зловещим. Так вот, почему он хранит вокруг себя такую гнетущую атмосферу! Все для поддержания этого злодейского антуража, перед которым даже самые стойкие преподаватели дрожат. — Вызывали? – подаю сигнал тонким голоском, пытаясь не выдавать того факта, что у самой от ужаса коленки трясутся. Метелкин был занят прокручиванием списка проклятий из собственного сборника ежедневных фраз и не обращал на меня внимания. Взгляд тёмных, практически чёрных глаз, устремляется на меня и на край стола летит какая-то бумага. — Я подписал бумагу о временном отстранении от учебного процесса, поэтому можешь забирать ее и идти. – ответил мужчина и стал заниматься раскладыванием бумаг по стопкам, тогда как я не понимала, о чем он вообще говорит. — Простите, но я вас не понимаю. Я отстранена от занятий? За что? Последний вопрос получился с долей возмущения, ведь я была примерной ученицей, пары не прогуливала и принимала активное участие в жизни нашего учебного заведения. Идея пойти по стопам покойной матери, воодушевила меня на усердие и упорство, чтобы достичь цели и стать точно таким же высококлассным фармацевтом как и она. — Что за глупые вопросы? Об этом сегодня лично просил твой отец – дать тебе небольшой отпуск по семейным обстоятельствам. Я его тебе даю. Смотрю на мужчину и совершенно не вникаю в диалог. Мы либо говорим на разных языках, либо находимся в разных мирах, пытаясь подстроить друг друга под законы своего. — Но мне не нужен отпуск. Я не просила. На носу практика и я не хотела бы пропускать... — Юлия Анатольевна, – грозно рявкнул декан и хлопнул по столу ладонью так, что стакан с письменными принадлежностями завалился, разбросав рядом содержимое. – Вам лучше этот вопрос обсудить с вашими родителями. Я не стану разбираться в том, что вам нужно, а что – нет. А теперь идите. Меня ждет работа. Поднимаюсь с места и, схватив в руки бумагу, выхожу из приёмной. Декан прав и в первую очередь мне нужно разобраться именно с родителем. Набираю номер отца, но в ответ глухие длинные гудки. Не берет трубку. — Чего он от тебя хотел? – возникла рядом с расспросами Римма. Концентрирую взгляд на девушке и произношу: — Да отец что-то начудил и попросил для меня отпуск от учёбы. — Что? Сейчас? – удивилась подруга. – Вы куда-то летите в отпуск? — Да если бы я только знала. – застонала я. – Меня же никто в известность не поставил. В общем, поеду-ка я домой разбираться что к чему. Прощаюсь с подругой, которая отправляется на последнюю лекцию, и бегу на остановку. К нашей трёхкомнатной квартире путь лежал недолгий и его я предпочитала проходить пешком, особенно в такие тёплые, солнечные, весенние дни. Сегодня традицию пришлось нарушить, так как мне нужно было как можно скорее попасть домой и выяснить причину такого поступка от человека, которому я всецело доверяла. Моего единственного родителя дома не было, тем не менее, присутствовала его новая супруга со своим сыном. Я всеми силами старалась принять выбор отца, поэтому свое раздражение и отвращение к новоиспеченным родственникам старалась переживать заранее. Сделала дыхательную программу и заглянула на кухню, где мачеха пыталась накормить строптивого Игоря, который напрочь отказывался есть еду из доставки. — Если ты это не съешь – значит будешь голодным до конца дня, – грозно произнесла брюнетка, зыркая на родного ребенка колючим грозным взглядом. – И телефон тогда я у тебя отберу. Услышав угрозу лишиться самого ценного, что у него сейчас было, ребенок оттолкнул от себя тарелку и стал колотить ладонями по столу. Визг стоял просто оглушительный, но мачеха на него никак не реагировала. Так истерики Игоря могли продолжаться по нескольку часов, но сейчас Маша заметила меня и спровадила орущего ребенка прочь, заперев за ним дверь. — Позже няня его накормит, – сказала брюнетка и окинула меня взглядом. Между нами разница в возрасте была не такой огромной, что значительно усиливало напряжение. Маше тридцать и она выглядит все еще свежо и молодо. Когда мы стоим рядом, едва ли у кого-то возникнет мысль о том, что между нами ущелье длиной в одиннадцать лет. – Ты все еще не готова? Я думала, что ты была на макияже и причёске. — Нет, я была на учёбе. – отвечаю и прохожу к кухонному столу, желая перехватить что-то, чтобы заморить червячка. Беру кусок ветчины и бросаю в рот, тщательно пережевав. Только после продолжаю говорить, – А с чего бы мне делать макияж и прическу? У нас какой-то праздник? Оглядываюсь на женщину, а она смотрит на меня так, словно я сболтнула несусветную глупость. Во взгляде появилось осознание и Маша тяжело вздохнула. — Неужели Толя тебе ничего не рассказал? — О чем не рассказал? Отец, без моего на то ведома, попросил для меня отпуск в учёбе. Может ты знаешь к чему это? Мы куда-то едем? — Тц... – цыкнула женщина и прошлась по комнате, остановившись около окна. Она прислонилась пятой точкой к подоконнику и, сложив руки замком на груди, стала тарабанить пальцами по предплечью. Нервничает. – Не знаю о чем думал Толя, но пусть он сам тебе все расскажет. Мы сегодня едем к нему на корпоративное мероприятие, которое устроил его босс. Именно туда ты и должна была сделать причёску и макияж. Тебе лучше поторопиться, так как времени осталось совсем мало. За нами скоро должен заехать его друг, так что давай, начинай. И платье приличное надень. Подойдёт то, в котором ты была на Новый Год. — А если я не хочу никуда ехать. – решила попытать удачу я, хотя прекрасно знала – не прокатит. Дороже будет после слушать нравоучения отца, нежели сейчас покориться его воле. — Это не то, от чего ты можешь отказаться, – ответила быстро Маша и пулей вышла из комнаты, так как ее сын стал крушить квартиру, если судить по звукам. Я должна была удивиться тому факту, что отец не посвятил меня в собственные планы, касающиеся его дочери, но я знала его слишком хорошо. После смерти моей матери, мужчина был сам не свой. Часто забывал о праздниках, парочку раз пропустил мой день рождения и говорил о важных вещах в самый последний момент. До сих пор помню случай, когда отец с криками ворвался в пятом часу утра в мою комнату. Мужчина причитал по поводу того, что мы опаздываем на самолет, который должен был нас отвезти в долгожданный отпуск. Конечно же в его планы я посвящена не была. В тот день я стала рекордсменом по высокоскоростному сбору чемоданов. Сейчас была аналогичная ситуация и мне ничего другого не оставалось, кроме как поплыть по течению. На самом мероприятии я уже смогу спросить у родителя о причинах его поступка. Я должна продолжать учёбу и сейчас не заинтересована в отдыхе, каким бы чудесным он не был. Причёску сделала не самую сложную – просто собрала волосы в пучок, а пару передних локонов подкрутила утюжком. Косметикой решила не грешить, нанося только масло для губ и слегка подправив контр бровей. Из всех праздничных нарядов, что у меня имелись в наличии, было то самое, упомянутое мачехой платье, которое я и надела. Оно было коротеньким, но обладало своим шармом и изысканностью. Я потратила на него свой первый гонорар с фриланса и любила этот наряд как что-то действительно ценное. На ноги надела туфли и вышла в коридор. В меня тотчас полетела волна негодования от Маши, которая, не смотря на старание бьюти мастеров, выглядела не так ослепительно. Друг отца, а так же постоянный гость в нашем доме – Олег, приехал за нами с опозданием. Нас доставили к офису компании, где мой родитель занимал довольно престижную должность, и оставили около входа. Дальше я позволила себя вести Маше. Она часто отца сопровождала на подобные мероприятия, поэтому лучше знала дорогу. Небольшой зал, в который нас пропустили без лишних вопросов, я вошла с волнением в груди. Меня окружили со всех сторон незнакомые мне люди и именно в этот момент я в самой безобидной ипостаси почувствовала зависть в адрес Маши. Новая жена отца держала спину ровно и приветствовала проходящих мимо женщин, чувствуя себя, как рыба в воде. — Ну наконец вы приехали! – раздался голос отца рядом и беспокойный родитель схватил меня за руку с упреком посмотрев на свою жену, – Маша, почему так долго? — Так ведь Олег задержался. Мы здесь ни при чем. – пыталась оправдываться женщина, но отец ее уже не слушал. Меня потащили к центру зала за руку и именно в это время я решила спросить: — Пап, ты зачем мне отпуск оформил по учёбе? — Сейчас не время, милая, – перебил меня мужчина и, остановившись, уверенно посмотрел на меня. На его губах появилась улыбка. Та, которая бывает, когда мастер доволен шедевром, который произвёл на свет. – Ты обязательно ему понравишься. — Кому? – успела спросить я, но ответ получить не успела. Перед отцом расступилась толпа мужчин, во главе которых был его босс. Огромный, высокий, широкоплечий мужчина, смерил меня своим пронзительным взглядом и обратился к отцу: — Это она, Анатолий? – раздался слегка хриплый, колышущий воздух голос. — Да, это моя дочь – Юлия. – отвечает мой отец, крепко сжимая мою ладонь. – Для меня было бы огромной честью, Ринат Артемович, если бы вы включили ее в списки претенденток на роль вашей будущей жены...