Рассвет нового дня над обновлённым Нидусом был пронизан не только ожиданием великого ритуала, предвкушением открытия Древнего Тоннеля, но и хрупкой, непривычной для этих мест радостью. Впервые за долгие годы, а возможно и десятилетия, над центральной площадью, где когда-то царила лишь скорбь и пламя, где проливалась кровь и звучали проклятия, должна была прозвучать клятва верности.
Рядом с местом, где через несколько часов будет открыт Тоннель Между Мирами, раскинулась небольшая, но тщательно подготовленная площадка. Её украсили не пышными цветами Аквита, которых здесь было ещё мало, а свежей зеленью, только начавшей пробиваться сквозь каменистую почву Нидуса, и золотыми листьями Древа Света. Это был символ их любви- любви, рождённой на пересечении двух миров, двух культур, двух некогда в
