ТЕБЕ НЕ СПРЯТАТЬСЯ

Глава 1 «Уважаемые пассажиры, наш самолет идет на посадку. Прошу вас пристегнуть ремни безопасности», — доносится до меня из динамика, и я резко распахиваю глаза. Минуты две я пытаюсь прийти в себя и избавиться от жуткого страха. Я возвращаюсь в семью, туда, где меня не ждут, но другого выхода просто не вижу. Я приемная дочь Сары Меркут, звезды телеведущей и самой знаменитой семейной пары в нашем городе. Когда-то давно в операционной палате Сара должна была родить долгожданную дочь, так как у нее уже было трое сыновей. Это должно было стать знаменательным событием. Однако при родах произошло сильное кровоизлияние, и ребенок запутавшись в пуповине задохнулся. На самом деле в нашей семье это не вспоминают, но я с самого детства чувствую себя тенью их мертвой дочери. Сара не могла выйти в свет с такой новостью. По тем временам карьера была для нее превыше всего. Директор сразу обозначил: «Ты должна выйти из больницы со здоровым малышом, иначе наш контракт будет разорван». Так получилось, что моя настоящая мать в роддоме отказалась от меня, и я попала в семью Меркутов. Когда мне исполнилось семь лет, мне сообщили, что моя родная мать много пила и чуть ли не наркотиками занималась, и только тогда я узнала, что я приемная дочь. Я трясу головой и выныриваю из воспоминаний. Как только я закончила школу, меня отправили во Францию на долгие пять лет. Там я училась и взрослела одновременно. От той маленькой напуганной девочки не осталось ничего. Мне 21 год, и я успешный переводчик. Работаю практически без выходных и получаю приличную зарплату, не считая гонораров. «Девушка, вы выходите?» — спрашивает меня стюард. «Да, конечно, простите». «Ничего страшного, просто вы задерживаете эконом-класс». Все, как и подобает, на публике я — дочь Меркутов, и летать я обязана только бизнес-классом. А по сути, я нелюбимая дочь и сестра, так как с самого детства я отшельник в этом, как мне кажется, чужом доме. У Сары три сына: Ростислав — самый старший и самый ненавистный для меня сводный брат, Кирилл и Тимур. С Кириллом я не общаюсь вообще, он всегда относился ко мне с презрением, даже в школе обходил стороной. А вот с Тимуром мы дружили. Он единственный, кто не считает меня отбросом и приемышем, и относится ко мне с теплотой. Даже эти долгие пять лет разлуки не повлияли на наше общение. Мы созванивались практически каждый день, и только ради него я уступила матери и возвращаюсь домой. Они вырвали меня из привычной жизни, не объяснив ничего. Просто поставили перед фактом.—Лили, ты возвращаешься домой и это не обсуждается», — сказала мать мне в трубку, — «вылет завтра в 9.00, билеты уже куплены». После чего она просто положила трубку, оборвав разговор. Первой мыслью моей было спрятаться, выкинуть телефон и просто исчезнуть. Затем перед взглядом пронеслась ехидная ухмылка Ростика. Он звал меня ущербной и всячески пытался указать на мое место. «Куда бы ты не убежала, ущербная, куда бы ты не спряталась, тебя все равно найдут. Меркут- это не просто фамилия, это карма на всю жизнь», говорил он. И что самое страшное, я его боялась. Его ледяные глаза казалось заглядывали прямо в душу. Он читал меня как открытую книгу, и я краснела, бледнела и вела себя как последняя идиотка. А еще он не забывал каждый раз намекать мне на мой внешний вид. Мои зубы были всегда неровными, передние торчали в разные стороны, что приносило дискомфорт. К пятнадцати годам у всех одноклассниц уже была грудь, а я собой представляла ужасное зрелище. Плоская, высокая с торчащими зубами. Со мной дружили, как мне казалось, лишь из-за ненавистной мне фамилии. С лучшей и настоящей подругой я познакомилась во дворе самого бедного района, куда частенько сбегала после школы, чтобы меня не нашли. Брекеты я сняла год назад, волосы отросли и обьемными кудрями спускались до талии, плоская грудь приобрела формы, не слишком большие, но меня устраивало. Я ступила на трап и подхватив за ручку свой увесистый чемодан пошла на выход. — Воу воу, полегче, — доносится мне в спину, и я оборачиваюсь. Мы одновременно проходимся глазами друг по другу, медленно спускаясь вниз и снова к глазам. — Черт, Лили, я не верю своим глазам. Ты ли это? Я в это время проглатываю свой язык и с жадностью рассматриваю Тимура, своего сводного брата. Вот это красавчик. Он высокий, сильно сложенный, с густыми черными волосами и глубокими карими глазами, которые словно проникают сквозь меня. Я чувствую, как мое сердце начинает биться быстрее, а лицо покрывается легким румянцем. — Да, Тимур, это я, Лили, — мой голос звучит немного дрожащим от волнения. — Как давно мы не виделись! Он улыбается, и я могу увидеть в его глазах искру радости. — Действительно, Лили, это было слишком долго. Я так рад тебя увидеть, — он подходит ко мне и крепко обнимает меня. Я чувствую его силу и тепло, и это заставляет меня еще больше потеряться в этом моменте. Мы стоим так некоторое время, наслаждаясь этим объятием, прежде чем разъединяемся. — Ты выглядишь потрясающе, Лили, — Тимур произносит это с таким искренним восхищением, что я не могу сдержать улыбку. — Спасибо, Тимур. Ты тоже не изменился, — отвечаю я, чувствуя, как моя щека начинает покрываться краской. Пока мы едем к особняку, обмениваясь новостями и воспоминаниями, я улыбаюсь. Всплывают давно забытые моменты нашего детства, когда мы проводили летние каникулы вместе, и смеемся до слез. Я чувствую, как наша связь восстанавливается, словно никогда не прерывалась. — Ты не против, если я тебя на какое-то время украду? — вдруг произносит Тимур. — Что значит «украдешь»? — Я конечно очень хочу увидеть лицо Ростика, когда ты предстанешь перед ним. Думаю, он подавится своей желчью, — смеется Тимур, — но давай посидим где-нибудь. Я не хочу тебя пока ни с кем делить. Я немного ежусь под его пристальным взглядом. Столько времени прошло, я кажется отвыкла от общения даже с Тимуром. Эти наши постоянные созвоны ни идут ни в какое сравнение с тем, что я ощущаю сейчас. Он мой сводный брат, напоминаю я себе. — Да, конечно, давай где-нибудь попьем кофе. Вскоре мы оказываемся в маленьком уютном кафе, где заказываем кофе и сидим за столиком напротив друг друга. Я наблюдаю за Тимуром, как он разговаривает с официанткой, и замечаю, как она не может отвести от него глаз. Меня охватывает непонятное чувство ревности, которое я пытаюсь подавить. — Так, Лили, расскажи мне о своей жизни. Что ты делаешь все эти годы? — спрашивает Тимур, привлекая мое внимание обратно к себе. Я начинаю рассказывать ему о своей работе, о своих увлечениях и достижениях. Он слушает меня внимательно, задавая вопросы и проявляя искренний интерес. В его глазах я вижу гордость и уважение, и это наполняет меня невероятной радостью. — Лили, ты такая удивительная. Я горжусь тобой, — говорит Тимур, беря мою руку в свои. Я чувствую, как между нами возникает особая связь, которую никакие слова не могут описать. Наше общение становится все более интимным, и я понимаю, что что-то меняется в наших отношениях. Жар, который я ощущала вначале, только усиливается, перерастая в нечто более глубокое. Но в то же время я чувствую смешение и страх. Мы сводные брат и сестра, и эти чувства, которые я начинаю испытывать к Тимуру, кажутся неправильными и запретными. Но как же я могу сдерживать свое сердце, когда оно так сильно жаждет его прикосновений? Я погружаюсь во внутренний конфликт, пытаясь найти решение, которое не причинит боль ни ему, ни мне. Но пока что я решаю наслаждаться этими моментами с Тимуром, не думая о будущем. За душевными разговорами мы забываем о времени. Телефонный звонок выводит из состояния покоя. Тим достает из кармана свой телефон и нахмурив брови снимает трубку. — Да, Ростик, что-то срочное? — Ты забрал ущербную? —мать интересуется. Тим пытается прикрыть трубку, плотно прижав к уху, но я слышу каждое слово. — Она со мной, что-то еще. — Вези ее скорее домой и пусть она не думает, что ей можно делать, что вздумается. Родители накрыли стол и ждут вас к ужину. Передавай привет страшиле, братик, от меня пламенный.