В ненастную ночь 3
2588 Words
Ненастье за окном и не думало стихать. Время от времени сердито ворчал гром. Под монотонный шум дождя Эла клонило в сон, и он, сидя за столом, устало тёр глаза.
Гулкий стук в ворота моментально привёл атамана в чувство. Звук в ночи раскатился набатом, разбудив и напугав всех, кто уже успел угомониться. Ворон прибавил огня в лампаде, легко поднялся и бесшумно приблизился к окну.
В ворота снова кто-то загрохотал с силой. Эл слышал, как сердито заворчал пёс, забившийся от ливня в конуру.
Из-за ширмы выползла суровая хозяйка, бледная, как полинялая шаль, в которую она куталась. Следом появились три перепуганных рожицы – беременная молодка да пара ребятишек, таких белобрысеньких, словно Альда была им родной мамкой.
Вся компания атамана тоже уже была на ногах.
– Никак гости к Вам, хозяюшка? Кого это принесло среди ночи? – ядовито хмыкнул Эл.
– Кабы я знала, милорд, – чуть слышно пролепетала Данушка.
И Ворон почти поверил ей на этот раз.
– Может, это мужики ваши вернулись? – вмешался Наир.
– Чего бы им средь ночи назад вертаться? Чужой это кто-то… – хозяйка в страхе покосилась на дверь и окна и скороговоркой забормотала обережную молитву.
Но новый стук оборвал её на полуслове. Всполошились все всерьёз. Альда прижимала к себе детей, словно наседка. Настя вздрогнула и невольно взялась за рукоять клинка. Да и рыцари заметно напряглись.
Едрить, да что же такое творится в этом доме?! Ворон ненавидел быть в неведении.
И не только он. Далард посмотрел на перепуганных баб и решительно двинулся к выходу со словами:
– Что гадать? Пойдём поглядим или хоть спросим!
Вот тут, неожиданно для всех, путь ему преградила старая хозяйка и зашипела, вытаращив блеклые глаза:
– Нет! Нельзя на улицу! Дверь не открывайте! Нет!
– Да ты что, баба, умом тронулась? – возмутился Первый рыцарь.
– Не ходите, милорд, Светлыми Небесами заклинаю!
Эливерт стиснул зубы, борясь с непреодолимым желанием взять противную тётку за грудки и хорошенько встряхнуть. К счастью, его успели опередить более тактичные приятели.
Даже добродушный Наир начинал злиться:
– Эрра Данушка, хватит нас за нос водить! Чего Вы так боитесь? Говорите как есть!
Эхом ему вторил Кайл:
– Что Вы скрываете? Мы должны знать.
Но бабку не проняло.
– Ничего не скрываю! Просто, ведь мы не ждём никого. Так пошто открывать? Разве ночью добрый человек придёт? Нет. Пущай обождут до утра!
У Ворона кончилось последнее терпение – сколько можно дуру из себя строить!
Он бесцеремонно отодвинул в сторону и Ушастика, и полукровку, а затем прорычал в посеревшее лицо хозяйки:
– Слушай, ты, старая безголовая курица, не буди во мне зверя! У тебя сейчас один единственный шанс всё рассказать честно! Соврёшь – шею сверну, клянусь!
– Как же это? – тётка побледнела ещё сильнее, но всё-таки не поверила в его угрозу: – Вы – рыцарь благородный. Вам не положено сирых да убогих обижать…
Благородного нашла! Дать бы её сейчас в лоб хорошенько!
– х**н тебе, а не рыцарь! Разбойник я! Разбойник с большой дороги, – процедил Ворон зло. – Сечёшь? И законы мне не писаны. Жить хочешь – выкладывай!
Вот тут бабку проняло, она бросила затравленный взгляд на Альду, а та лишь кивнула, виновато пожав плечами.
И тут старуха, вместо того, чтобы признаться, возмущённо запыхтела:
– Ах, вот оно что! Так я не зря пускать вас не хотела! Это всё ты, девка! Задурила мне голову! Рыцари, рыцари…
– Ну, всё, сама виновата!
Ворон не успел сделать и один шаг, как к нему метнулась Альда, вцепилась в плечи и заголосила, моля о пощаде. Эхом ей вторили старуха и дети. У атамана на мгновение пропал дар речи от этого сумасшествия.
Особенно, когда молодка выкрикнула сердито, обернувшись на бабку:
– Да скажите им, матушка! Чего дальше тянуть? Всё равно уж поздно! Тепереча деваться некуда – или нас спасут, или сами голову сложат…
Повисла мёртвая тишина. Только дождь шумел невозмутимо.
– Твою ж! – выдохнул Ворон. – Ну, бабы! Ну, дают!
Впервые в жизни Эл пожалел, что не бьёт женщин. Так хотелось сейчас вмазать от души! Атаман развернулся и спешно отошёл в дальний угол, чтобы не зашибить кого-нибудь ненароком.
Вот знал ведь, чуял нутром, что-то тут не так! Провалиться, ну почему же не заставил всех уехать отсюда подальше?!
– Во что вы нас втянули? – спросил Кайл таким голосом, что даже Ворону стало не по себе.
Данушка вздохнула и начало объяснять устало, а Эливерт слушал издали, скрепя зубами, и поверить словам её не мог:
– Нечисть у нас в деревне завелась. Кажное полнолуние людей жрёт. И никакого сладу нету! Уже шесть домов заела в Заринке. И никто ничего не видел, не знает. Всех разом, от младенцев до стариков. Ни один ещё не выжил…
Теперь и Альда осмелилась заговорить:
– Мужики наши сейчас это чудище выслеживают. Старейшина думает, оно с древнего заброшенного погоста приходит. Это тут, недалече, в лесу. Там ещё пещеры рядом. Есть, где днём укрыться. Сегодня луна полная, вот они и пошли. Засаду там устроят и ждать будут…
Друзья ошарашенно переглянулись.
– Вот дурни! Нечисть по домам людей жрёт, а они в лесу сидят, караулят, – презрительно хмыкнул Первый рыцарь.
– А может, они и не так пустоголовы? – у Эла сейчас иная картинка в голове нарисовалась, когда он немного остыл от этаких новостей. – Полнолуние пройдёт, охотнички эти в лесу отсидятся. Потом вернутся, всплакнут, похоронят, что осталось, а в следующее полнолуние снова в лесу сныкнутся.
– Чегой-то ты такое говоришь? – Данушка отодвинулась от атамана на всякий случай, но за своих вступилась. – Мужики наши не такие вовсе. Храбростью Дух-Создатель не обделил!
Поспорить с вредной старухой Ворону не удалось – в ворота снова застучали, да пуще прежнего.
Надо что-то делать. Притвориться, что они спят и не слышат? А если таинственный гость найдет способ перемахнуть через забор и проникнуть в дом?
Да и выяснить не мешает, откуда ждать угрозы, и что там такое в ночи разгуливает…
– Что же вы раньше не сказали? – вздохнул Наир.
– Так вы бы тогда сбежали! И про ненастье не вспомнили… Лучше в грозу промокнуть, чем так помирать! – откровенно выдала хозяйка.
Молодку, казалось, совесть заела сильнее. Она, виновато пряча глаза, призналась:
– Так я её и убедила вас пустить. Как поняла, кто вы, двое, так и сказала, мол, это рыцари короля. Это точно не нечисть. Надо их, матушка, на ночь оставить. Если чудище к нам сунется, на них вся надежда – глядишь, спасти смогут, а больше никто не одолеет лихо проклятое.
Вот и кто они после этого?
– Говорил я, все бабы – змеи! – не сдержался Эл.
– А что нам делать прикажите? Жить-то всякому хочется, – огрызнулась Данушка.
– Ох, ма-а-а-ать! – Ворон задохнулся от бессильной ярости. – Тебя сейчас спасает только то, что голова твоя седа. А тебя – твоё пузо!
Разве нельзя было по-человечески всё объяснить и помощи попросить. А теперь они тут как звери в ловчей яме – не выбраться, не обороняться невозможно толком. И времени совсем нет, чтобы придумать дельный план.
– Тише! – Кайл вскинул руку. – Слышите?
Голос. Точно! Женский голос. Едва различимый, сквозь рёв бушующей стихии.
– Данушка! Альда! Да откройте ж! Вы живые? Это я! Данушка!
– Чтоб ей пусто было! – растерянно выдала хозяйка, всплеснув руками. – Это ж соседка наша! Эулина. Ну, та… Вдова беспутная. Так и есть. Что её ночью-то принесло?
Все выдохнули разом.
Кроме Эла. Он пока не видел повода для радости – х**н знает, что там за соседка, и она ли это.
– Так иди, запусти соседку! – велел Далард, прислушавшись к далёкому зову. – Она там промокла теперь насквозь.
Данушка сперва послушалась, а потом вдруг заартачилась, ей тоже пришло в голову, что это может оказаться вовсе не Эулина.
– По части притворства до вас ей ещё далеко, – съязвил Эливерт.
– Простите нас! – совестливая Альда не смела поднять глаза.
Зато Кайл был само терпение:
– Если бы вы сразу сказали, мы были бы готовы. Мы бы подумали, как защищаться, откуда ждать беды.
– Скажите хоть, как оно нападает? – задал главный вопрос Наир.
Оказалось, что тварь выедает сердца и перегрызает горло…
Какой милый неведомый зверёк! Как раз такой напасти им и не хватало… Особенно, если вспомнить, что у Ворона спина только-только заросла малость.
Призывные крики с улицы отвлекли Эла от невесёлых размышлений.
– Данушка! Вы живые? Это я, Эулина! Соседушка, открой скорей!
– Чего стоишь? – усмехнулся Эл – злость превращалась в шальной задор. – Иди – открывай!
Хозяйка готова была от ужаса умереть прямо на месте.
– Не пойду! Хоть режьте!
Взгляд атамана ясно дал понять: ещё немного – и он это сделает с радостью.
Но бабка только затряслась сильнее, а с места не сдвинулась. Однако сейчас ждать милосердия от атамана не стоило, он развернул Данушку силой и подтолкнул к выходу, приказав:
– Всё, хватит! Запусти уже эту несчастную, пока она не охрипла!
Неожиданно на помощь Ворону пришёл Кайл, подгоняя упиравшуюся женщину к выходу, он уговаривал душевно:
– Ступайте, ступайте! Это же соседка ваша. Стоит под проливным дождём. Промокла до нитки. А вдруг за ней нечисть голодная гонится? Нельзя так! Впускайте скорее! А мы рядом будем…
Первый рыцарь тем временем уже отпирал тяжёлый засов.
У Данушки не осталось выбора.
Кайл шагнул следом за ней на крыльцо.
Сквозь шум дождя с трудом различались причитания двух женщин. Никаких криков или рычания. Похоже, страхи были напрасны – действительно соседку нелёгкая принесла среди ночи.
Но лишняя осторожность не помешает.
– А ну-ка, за ширму все, махом! – вдруг велел Эливерт и своим, и встревоженной Альде.
Блондинка юркнула вместе с детишками беспрекословно. Без лишних слов туда же отправились Далард и Ушастик. Эл хотел укрыть и Настю.
Но тут Кайл как раз вернулся в горницу. Он сразу понял хитрость Эла.
– Кому-то остаться надо, – заметил полукровка.
Ясно-понятно, в доме их вещи, посуда на столе – спрятать не успеть. Ворон собирался встречать незваную гостью сам. Но Северянин мотнул ему головой – мол, уходи. А вот Настю неожиданно удержал:
– Дэини, а ты за стол садись! Ты не выглядишь опасной. Это хорошо, это с толку собьёт.
Настя покорно кивнула, вернулась на лавку.
Вот это атаману вовсе не понравилось.
– Э, нет…
Дэини Ворон хотел спрятать в самый дальний уголок. Рисковать Рыжей он позволит!
Но утащить Настю на женскую половину он не успел. На крыльце раздались шаги. И Эливерту пришлось мигом исчезнуть за ширмой, бросив в сторону Дэини тоскливый взгляд на прощание.
***
– Уж так я испугалась! Так испугалась! Аж ноги подкосились! А потом думаю… Ну как же! Надо бежать, предупредить…
Вошедшие в дом женщины кудахтали без умолку, как наседки.
– Я побоялась отпирать! Думала, кто чужой… Сама знаешь, нонче на улицу выходить не можно.
– А ещё такая буря, сердце замирает…
Стрекотня внезапно оборвалась. И Эл едва разобрал встревоженный шёпот:
– Кто это у тебя?
– Да вот, путники… На ночлег попросились.
В щель меж занавесок атаман на миг увидел ночную гостью – невысокая, довольно ладная женщина, возраст… – сразу и не поймёшь. Выглядела она куда привлекательнее и моложе самой Данушки, оттого, видно, и репутацию недобрую заслужила. Судя по тёмным густым волосам, с которых сейчас ручьём бежала вода – северянка.
Женщина настороженно поздоровалась с полукровкой и с Рыжей.
– Это Эулина, соседка моя, – пояснила хозяйка. – Садись за стол, не стой! Сейчас утереться дам… Ишь, промокла как!
– А где твои все?
«Беспутная вдова» присела на край лавки подальше от Кайла и Насти и боязливо оглянулась. Элу пришлось отклониться, чтобы его случайно не заметили, и теперь обо всём, что происходило, он мог догадываться только по звукам.
Все остальные, кто за ширмой затаился, старались даже не дышать.
– Так спят уже, – удачно подыграла Данушка. – Ты потише! Разбудишь.
– Хвала Светлым Небесам! А то я так перепугалась за вас!
– Что же нагнало на Вас страху, славная эрра? – любезно поинтересовался Кайл.
– А Вы ещё не знаете, какая беда в Заринке каждое полнолуние случается? Нешто соседки мои не поведали? – удивилась Эулина.
– Поведали. Да только я и не такое видел.
– С Севера? – понимающе усмехнулась гостья.
Ворон не ошибся: вдова действительно оказалась уроженкой Герсвальда. Они с Кайлом отвлеклись немного, признав друг в друге земляков. Но вскоре полукровка снова вернул женщину к самому важному.
И Эулина решилась-таки поведать, зачем она прибежала к соседям в такую безумную погоду, да ещё и столь поздний час:
– Вышла я на крыльцо… А с моего порога далеко видно и дорогу, и лес, и огороды соседские. Глядь, а оно идёт… От самого леса по дороге бредёт, шатается, да так скоренько. Потом через изгородь перескочило, и прям по полю с капустой шасть, сюда значит, к дому, к сараям шмыгнуло. Я чуть на землю не рухнула, ноги так и подкосились. Потом думаю, сперва оно в сарае скот сожрёт, а потом и за Данушку с семейством примется. Надо предупредить! А соседка, как назло, не открывает… Вот я и решила, что опоздала: заела уже нежить проклятая соседей моих.
Все, кто за ширмой прятались, с лица сменились. Альда побелела как её сорочка.
А рыцарь невозмутимо продолжал свои расспросы:
– И как оно выглядело? То, что там в ночи бродило и скакало.
– Страшно! Такой ужас! Даже и не знаю, как сказать, но очень страшно. Лохматое какое-то, огромное… То ли зверь, то ли человек, не поймёшь. Зенки горят.
– Весьма размытый образ, – Кайл, видимо, россказням деревенской бабы верить не спешил. – Хотелось бы определённости. Роста какого?
– Говорю же, огромное! – Эулина уже начинала злиться.
– Насколько? Как человек? Как лошадь? Как дом?
– Не знаю я! Что я мерки с него снимала? Я как увидала, так глаза зажмурила от страха.
– Однако, куда оно пошло, всё-таки разглядели, – продолжал полукровка. – Ну а когти у него были, или клыки, или рога?
– А то! Какое же чудище без когтей и клыков? – охотно согласилась вдова. – Такие зубищи, ужас!
– Рост не разглядела, а клыки во всех подробностях…
Дотошный какой… этот полукровка! Это правильно, что он всё спрашивает, но всё равно выводить из себя. Ещё немного и эта соседка пожалеет, что пришла их спасать.
Терпение у женщины закончилось даже раньше, чем предполагал атаман:
– Пошто Вы меня пытаете? Али не верите? Данушка, чего это твой гость меня на слове ловит? Я врать не стану! Что видела, то говорю! Не веришь, ступай сам погляди, какая образина там, по огороду, разгуливает!
Хозяйка внезапно поддержала соседку:
– Он думает, мы – дурищи тёмные. От глупости своей пугалки всякие рассказываем. Не стыдно Вам, милорд?
– Поверит, когда его сожрут! Я, жизни своей не жалея, прибежала, упредить вас хотела. А вы мне, значится, не верите!
– Да что Вы, почтенная эрра, я не смею усомниться в Ваших словах! – воскликнул Северянин теперь уже со всей свойственной ему тактичностью. – Просто понять пытался, что же Вы такое узрели?
– Не знаю я, и знать не хочу! – фыркнула Эулина. – Коли интересно, ступай – покажу, где я чудище видела! Может, оно ещё там…
Эл едва не присвистнул. Ага, придумала тоже! Какой дурак сам пойдет в ночи чудовище выискивать?!
А в следующий миг Ворон решил, что его подводит слух или разум.
– А что? Верно! – хлопнул по столу полукровка. – Сидим тут: гадаем, время тратим… Идём покажешь, эрра Эулина!
– Да Вы умом тронулись, милорд рыцарь? – благоразумно ахнула Данушка. – В такую ночь из дома и нос нельзя показывать! А Вы сами в пасть людоеду этому собрались.
Тут и Настя голос подала, перепуганный до смерти голос, готовый сорваться на истеричный крик:
– Эй, эй, погодите! Я тоже против! Пусть оно там, по огородам, гуляет… Пока сюда не явилось, спасибо Великой Матери! Зачем же судьбу испытывать и самому этой встречи искать? Может, ещё обойдётся… Как говорится: не буди лихо – пока оно тихо! Кайл, не ходи, прошу, не надо!
Северянин не поддался:
– А если там, в самом деле, кто-то есть? Представь, в сарай проберётся, пожрёт наших лошадей! Что ж пешком пойдём дальше?
– Лошадей жалко, – нехотя признала Рыжая. – До слёз жалко! Но если эта тварь сожрёт тебя… Уж пусть лучше лошадок!
– Лучше, если эта тварь никого не успеет заесть. А для этого её опередить надо, пока она этого не ждёт.
Эл, вытаращив глаза, скорчил гримасу Даларду – дескать, что делать будем? Первый рыцарь развёл руками. Они уже готовы были раскрыть себя и выйти, лишь бы этого недоумка синеглазого остановить, но замешкались немного в надежде, что Кайл сам образумится.
А вот отчаянные герои ждать не стали.
– Пойдём, эрра Эулина! – поторопил Кайл. – Только смотри, коли нападёт нечисть эта, сразу в дом беги!
– Да уж не сомневайтесь, милорд – ждать не стану, – заверила ночная гостья.
Стукнул тяжёлый засов, скрипнула дверь. И стало тихо.
- Writer
