Прошла ровно неделя с того дня, как я очнулась на холодном каменном полу своих покоев. Время будто застыло, обволакивая меня тягучей, непривычной тишиной. Впервые за долгие годы я дышала полной грудью: буря мыслей и тревог, терзавшая меня прежде, наконец утихла. Мне стало совершенно плевать на окружающий мир, на людей и события, которые когда-то казались жизненно важными. Я погрузилась в состояние ледяной отстраненности и решила посвятить это время исключительно себе.
Дни напролет я проводила в гулком тренировочном зале, изнуряя тело до предела. Я стала хладнокровной; казалось, мои нервы покрылись инеем. Я подсознательно ждала появления отца, сама не понимая, чего хочу больше: поблагодарить его за этот дьявольский «Сирлекс», принесший мне покой, или вонзить кинжал ему в сердце за ту невын
