Клан Смерти

— Почему именно мне приходится тащить этот труп?— голос Брайер звучал как жалобное ворчание, а пот струился по ее лбу собираясь в капли, которые она смахивала с лица. Этот мужик весил в два раза ее самой. Но я даже и ухом не повела, облаченная в свои кожаные доспехи, я стояла и всматривалась в глубь леса. Брайер, видимо, не могла больше терпеть моего молчания. Она бросила мертвого парня на землю с глухим звуком, который отозвался в тишине леса, и еле как разогнулась, заправляя выбившуюся рыжую прядь за ухо. Ее раздражение стало заметным — я чувствовала, как оно витает в воздухе между нами. — Меня только недавно допустили к делам клана, а ты уже так надо мной издеваешься! — выпалила она, и я не могла не заметить, как ее голос дрожал от усталости и злости. Я лишь закатила глаза. Брайер была как надоедливая муха, жужжащая вокруг меня, когда мне нужно было сосредоточиться. Каждый ее вопрос замедлял дорогу к замку. Я понимала: если мы будем медлить, в этом лесу нас сожрут, и закусят трупом парня, которого мы тащили. — Если ты не заткнешься, нам придется тащить твой труп! — выпалила я, злость так и просилась вырваться наружу. Мне было с чего злиться. Я облажалась. Подвела отца и свой Клан. Мне и еще двум парням дали задание о поимке одного дурачка, рассчитывая на то, что это будет просто, я прихватила с собой еще и Брайер. Но поджигатель недоучка испугался своего наказания за сгоревший амбар и сбежал в лес. Я едва успела его догнать, когда увидела перед собой труп бедолаги. Мчавшийся по лесу парнишка совсем не смотрел под ноги — это стоило ему сломанной шеи. Дело провалено, и никаких денег за его поимку клану не видать. За спиной послышалось шуршание листвы, и я почувствовала, как Брайер положила свою руку мне на плечо. Она тоже всмотрелась в глубь леса; девчонка оказалась не промах — она бессовестно взвалила свои обязанности на парней. Солнце давно скрылось за горизонтом, и холодный ветер начинал пробираться сквозь деревья. На нашей стороне севера скоро грянут морозы — это означало, что всякая нечисть блуждать по местным лесам. Я знала, что нам следует поторопиться в замок и заняться более приятными вещами. На мгновение я представила свою любимую ванну: горячую воду и манящий пар, который окутывал бы меня, смывая усталость. В лицо тут же ударил ветер, и все мысли растаяли. Я взглянула на Брайер: девчонка вся замерзла, ее розовые щеки превратились в красные яблоки. Она умоляюще смотрела мне в глаза, намекая на то, что устала и явно как всегда хотела есть. — Поторапливаемся мальчики! — махнув рукой в сторону дома и не дожидаясь остальных, я зашагала по тропинке первой. Тронный зал, как всегда, окутан темнотой, даже днем в нем были зашторены окна, а про вечер и говорить не стоит. Воздух был пропитан тяжелым запахом восковых свечей и старинных тканей, а тени, танцующие на стенах, создавали иллюзию живых существ, шепчущих в темноте. Не успев дойти до своей комнаты, как мне сообщили что отец меня ожидает. Мой старший брат Каллум, должно быть, уже все узнал и, как верная собачка, доложил ему. В коридоре мне представилась его ухмыляющаяся рожа — эта самодовольная усмешка всегда вызывала у меня внутреннее раздражение. Собравшись с мыслями, я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, прежде чем войти в зал. Как только я переступила порог, то сразу опустилась на одно колено, не поднимая головы в знак уважения. Тишина была гнетущей, и я чувствовала на себе взгляд отца, словно он пытался прочитать мои мысли. Легкие шаги Трейнора Норта разрезали эту тишину, и я подняла глаза. Он, как всегда, был облачен в кожаные доспехи, а на его плечах покоилась фиолетовая мантия — цвет, который всегда казался мне странным для нашего Клана. Почему не синий? Он больше подходил нашей принадлежности к северу. — Я разочарован, Рианнон, — произнес отец, его голос звучал спокойно, но хмурые седые брови выдавали его истинные эмоции. В этот момент я ощутила, как внутри меня закипает гнев. — Знаю, — ответила я, посмотрев ему прямо в глаза. — Но я не могла проконтролировать его действия. Все случилось слишком быстро: он увидел меня и убежал в этот дурацкий лес. Я не отпускала след, пока не увидела его труп. Богиня. Как же я ненавидела оправдываться. Внезапно раздался стук каблуков по полу. Каллум показался из-за трона отца, он как крыса подслушивал чужие разговоры. — Я сразу говорил, что это плохая затея!— Произнес он с презрением, направив свой взгляд на меня. — Там, где Риан, всегда только разруха и не капли правильных действий. — Заткнись, Каллум! — Я мгновенно вскочила с пола, готовая броситься на него. Пресмыкаться перед этим кретином не было никакого смысла. — Каллум прав, — твердо произнес отец. Я была готова задохнуться от возмущения; такой подставы с его стороны я никак не ожидала. — Тебя давно пора отдать замуж! Ты дочь Главы Клана; нам нужно создавать союзы. Слышал... У Восточной стороны много кандидатов. —Я лишь поморщилась. Замужество меня никак не привлекало, особенно с Кланом Истерн. Об этом я и известила присутствующих. Каллум лишь громко рассмеялся. — Думаешь, мы не знаем, что ты спишь с Крейвеном? — Он подошел слишком близко и слегка потянул меня за волосы. Я раздраженно хлопнула брата по руке и отобрала прядь своих черных, как смоль волос. — Спать не значит выходить замуж!— Мои губы расплылись в злорадной улыбке. — Тем более Селестия будет против, если я отберу ее последнего жениха. Она как раз очень сильно хочет замуж. — Вы прожили целый век, а ведете себя как дети, — устало произнес Трейнор, потерев переносицу. Его голос звучал как гром среди ясного неба; в нем слышались усталость и разочарование. — Можешь идти к себе, Рианнон. На этот раз я тебя прощаю, но не забывай: перед тобой теперь долг. Я почтенно поклонилась ему. — Спасибо, отец. — А ты, Каллум, поубавь свой пыл. Найди, наконец, общий язык с сестрой!— Отец развернулся к трону; усевшись поудобнее, он махнул рукой в знак того, что разговор окончен. Не прощаясь, я направилась к себе в комнату; меня согревала мысль о горячей ванне. Не задерживаясь в коридоре и осмотревшись вокруг на предмет посторонних, я толкнула дверь в свои апартаменты. Запах родных покоев радовал. Сняв свои высокие сапоги, я ступила на пушистый ковер из волчей шкуры — блаженство, как будто сама природа обняла меня своими мягкими объятиями. Моя комната разделялась на три помещения; гостиную, спальню и любимую ванную комнату, где стояла большая каменная лохань, наполненная горячей водой и лепестками роз. В нос ударил знакомый запах барбариса — значит, она уже здесь. Обрадовавшись, я быстро помчалась к окну и обняла стоявшую девушку за талию, поцеловав ее в щеку. На лице Слоун вскоре расцвела улыбка, и она крепко обняла меня. — Мы не виделись всего лишь день, а у тебя уже проблемы, — тихо прошептала она, между ее бровей пролегла мелкая складка, но это не портило ее фарфоровой кожи. Игнорируя её слова, я направилась к своей любимой кушетке, обитой темно-зеленым бархатом, который напоминал о лесах, полных жизни. Устроившись поудобнее, вновь посмотрела на подругу, которая стояла неподвижно у окна. — Каллум — придурок! Это единственное, что я могу тебе сказать. — Я и без тебя это знаю, — усмехнулась она, заправляя каштановую прядь волос за ухо. Скрип ее кожаных доспехов напоминал о том, что она — не просто моя подруга, а воин. Слоун приземлила свой зад у кушетки, прямо на полу. Леди она казалась только с виду; на самом деле, она была одной из командующей Рыцарями Ночи. При мысли о них я горько вздохнула, это была моя несбывшаяся мечта. Нет, не быть их командиром — я лишь хотела быть одной из них. — Этот слизняк сказал отцу, что мне пора замуж!— Взглянув на подругу, я заметила, что она снова красит губы в ярко-красный цвет. —Снова помада? — Представь, что это кровь твоего брата, — ответила Слоун с улыбкой, ее голос звучал как мелодия с ноткой провокации. Вот что действительно нас объединяет — не любовь к Каллуму. Хотя все знали, что мой брат испытывает к Слоун иные чувства. — Думаю, он бы хотел, чтобы этими губами ты его целовала, а не мазала их его кровью, — пошутила я, рассмеявшись. Слоун лишь пожала плечами. — У Каллума мертвое сердце, и простыни в его спальне явно ледяные. — На губах Слоун появилась коварная усмешка. — Если сердце не качает кровь, то проблема будет не только в холодной постели. Мы снова рассмеялись, но была еще одна небольшая проблема. — Он рассказал отцу про меня и Крейвена. — произнесла я, и смешинки в глазах Слоун потухли, теперь они расширились от изумления, как будто она только что увидела призрака. — Селестия тебя убьет, — прошептала она.