Многоцветье дельфиниума

С разбега в пропасть [1/2]

— Ну всё, слезай, хватит с тебя геройства, — Рокс приобнял парня за талию, словно тот уже был его собственностью, и поставил на асфальт рядом с собой. И если в одиночку, с ноутбуком наперевес, Анкер и выглядел относительно внушительно, то на фоне широкоплечего и высокого мужчины утратил все заработанные баллы.

При виде новоприбывшего в сопровождении двух охранников леди в красном нервно попятилась, явно собираясь исчезнуть до того, как дело дойдёт до расспросов о том, кто она такая и что здесь забыла.

А в том, что незнакомка — маг, Анкер не сомневался с того мгновения, как увидел её. Он не мог объяснить это чувство, возникшее где-то на периферии его понимания самого себя, но точно знал: доверять этой женщине не следует. И она только подтвердила свою причастность, попытавшись как-то повлиять на него… Анкер так и не понял, чего именно незнакомка хотела добиться от него; всё-таки можно вывести человека из равновесия и более простыми, но действенными методами. Или все маги, как его «хозяин», отрицали существование технологий и развития?

— Нужна помощь? — тихо спросил Рокс, всё ещё поддерживая его одной рукой. — Ты только не волнуйся. На тебе только что применили одну из особых техник чтения, которая высвобождает воспоминания…

— Я в норме, — Анкер похлопал мужчину по руке. — Без понятия, что за магия, но со мной действительно всё хорошо.

— Невосприимчивость?

— Нет, — голос раздавался сверху, и все пятеро, включая охранников, подняли головы вверх, чтобы увидеть едва ли не мальчика с короткими белыми кудрявыми волосами и большими крыльями, восседающего на крыше автобуса. Из одежды на нём были только какие-то тряпки, тоже белого цвета. — Врождённая способность. Сила, дарованная ребёнку кем-либо свыше…

Опомнившись первым, Анкер задал мучивший его уже несколько минут вопрос:

— В чём её суть?

— Разве будет интересно, если я расскажу тебе? Нет-нет, необходимо, чтобы ты сам разобрался, маленький мой. В этом городе тебя радушно приняли, так что, будь добр, повесели наше ангельское общество своими неординарными проделками. Как сейчас.

— С ангелами нельзя разговаривать, — будто сама себе сообщила леди в красном, и Рокс, как ни странно, поддержал её слова едва заметным кивком.

Мужские руки легли на плечи Анкера, а их владелец явно собирался сообщить ему нечто вроде: «а теперь тебе пора домой, дальше мы сами разберёмся». Но соглашаться на такие условия означало сдаться без боя… А уже на такое парень никак не мог пойти.

— Вытащи людей из автобуса, и я не стану задавать ему вопросы, — Анкер серьёзно взглянул на Рокса. — Они не заслужили томиться под солнцем до приезда пожарных.

И когда мужчина ничего не ответил, парень повернул голову к женщине в красном… Но она уже шагала прочь, к собственной машине. Да и задерживать её у них не было причин: всего лишь очередной свидетель произошедшего. Непрямой, не знающий ничего полезного… Она могла только привлекать внимание, и этим, в основном, и занималась: как на улицах города, так и во время автокатастроф.

Анкер подумал, что ему отвратительно не свойственно было вот так вмешиваться в чужие дела, пытаться спасти кто-то, кроме себя, искать ответы на незаданные вопросы. Его жизнь ограничивалась учёбой, мелкими заказами на университетские работы, и только позже Лори показал ему намного более масштабные горизонты возможностей нелегально подзаработать. Но ни раньше, ни позже парень не интересовался жизнями окружающих хотя бы настолько, чтобы когда-нибудь пожертвовать бездомному несколько монет.

— Я не стану этим заниматься, — мужчина притянул его ещё ближе к себе, словно желая сделать частью себя, — а тебе ни за что нельзя мелькать своим личиком, если хочешь спокойно жить в городе. Сейчас мы развернёмся и медленно пойдём дальше, через мост, а все, кто видели нас, забудут об этом…

— Магия? — Анкер опустил взгляд, чтобы снова не наткнуться на ангельского мальчика.

Он знал, что ничем не сможет помочь заточённым внутри консервной банки людским существам. Возможно, им повезёт, и день закончится отлично, но… в это не верилось. В глубине души парень осознавал: все эти люди, сейчас размеренно расположившиеся на своих местах и дожидающиеся спасения, будут мертвы. Ангелы не приходят просто так… А Рокс, хоть и казался мерзавцем, точно помогал всем, кому только мог.

Иначе не смог бы он удержаться на должности какого-то там магического авторитета.

— Да, магия, — мужчина не позволял ему оглядываться. — Ты же понимаешь, Ани, эти люди обречены на смерть. Я не могу вмешиваться. Никто не может. Таковы правила игры: если появляется ангел и указывает на кого-то — тот будет мёртв, что бы ни делал. А если некий маг попытается изменить ход событий, в лучшем случае погибнет.

Это имя…

Анкер тряхнул головой, скрывая покрасневшее лицо за прядями волос. Знал же, что этот человек при случае станет пользоваться добытым преимуществом, но почему-то не сказал ни слова. И теперь послушно позволял отчитывать себя, как провинившегося школьника. Как будто парень совершил нечто ужасное попросту впервые попытавшись что-то изменить.

— Тебе не кажется, что ты перебарщиваешь с использованием конфиденциальной информации? — он вскинул голову, глядя в лицо своему спутнику.

— Вовсе нет, — выражение Рокса выдавало беспокойство и тот факт, что в нынешней ситуации они оба находятся в опасности, пока не отойдут от злосчастного автобуса на приличное расстояние, — ты ведь мой подчинённый, я имею право знать.

Парень тоскливо вздохнул. Идти рядом с этим человеком было намного легче, чем самому расталкивать толпу: один из охранников двигался впереди, расчищая путь и выбирая как можно более широкие просветы между автомобилями, а второй — позади, постоянно контролируя текущую ситуацию.

По крайней мере, люди не паниковали. Если бы все на дороге внезапно прознали, что вскоре произойдёт, избежать паники и давки не удалось бы… Такое даже представлять было страшно. И ведь давка унесёт намного больше жизней, нежели происшествие с автобусом!

— Не помню, чтобы устраивался на работу, — Анкер недовольно свёл брови, — я ничего не подписывал, ты ничего не докажешь.

— В магическом мире, — мужчина приобнял Анкера за талию, позволив себе постоянно касаться его бедра пальцами, — люди не считаются даже за самых низших существ. Если ты не имеешь способностей к магии, врождённые силы не помогут избежать презрения, которое на тебя обрушится. Они будут называть тебя продажным мальчиком, шлюхой, вещью. И поверь, у людей, по мнению магов или наших верхов, нет прав. Ты словно, скажем, крупный рогатый скот, на который нет необходимости подписывать документы.

— Да пошёл ты, — устало бросил он. — Удивлён, что у меня ещё ради формальности спрашивают моё мнение, раз уж всё так плачевно.

Они всё шли и шли. Создавалось впечатление, что пробка протянулась на много километров, но на деле для часа-пик подобное было в порядке вещей: на этой дороге людям порой приходилось и дольше дожидаться своей очереди; правда, в менее необычных обстоятельствах.

Анкер не мог бросать колкости, поскольку собеседник попросту игнорировал попытки вывести его из себя, а использовать «запрещённые приёмы», которые могли бы нанести вред самому парню, тот не решался. Не зная характера Рокса, нельзя было сказать наверняка, не стянет ли он брюки со своего «подчинённого» прямо посреди дороги, используя какие-то магические трюки, чтобы никто не видел их, или же в его понимании в порядке вещей никак не скрываться… Подобного исхода парень не хотел, потому довольствовался нейтральным молчанием.

— Вон та машина, — мужчина кивнул в сторону припаркованного у тротуара абсолютно идентичного предыдущему лимузина. Как будто никто и не бросал посреди города автомобиль, на котором обычно разъезжают какие-нибудь главы организаций или их первые помощники.

— Подождите, мы проверим, — «шкаф» едва ли не впервые подал голос, и Анкер невольно удивился тому, что охраннику в принципе платили не за разговоры с окружающими. Тот был обаятельным молодым человеком… Если бы хозяин удосужился позаботиться о достаточной длине поводка.

И пока парочка сопровождающих принялась досконально осматривать салон и двигатель, Анкер выудил пачку сигарет, зубами вытащил одну, поджёг…

Он курил только сигареты определённой марки — дешёвые, которые разбирали с витрины в первую очередь, а всё потому, что их неприятный запах напоминал ему о счастливой жизни. Деньках, когда у него была не только строгая сумасшедшая мать, но и отец, который, заявляясь домой, за ужином курил как раз такие же сигареты. Тогда ещё мальчик не переносил едкий запах дыма и странное, почти сразу накрывающее послевкусие, но зато он отлично помнил, что в те времена женщина, испортившая ему жизнь, умела звонко и весело смеяться, а человек, у которого абсолютно отсутствовал вкус в сигаретах, всеми силами заботился о своей семье.

— Что это за дрянь? — Рокс поморщился. — Я бы такое в рот не брал.

Анкер фыркнул:

— Как будто это самое худшее, что бывало у меня во рту…

Мужчина сделал вид, что его абсолютно не задело последнее высказывание. Он достал из нагрудного кармана портсигар и протянул парню.

— Я тебя умоляю, выбери какие-нибудь нормальные сигареты, ты же провоняешь этой дрянью.

— Какая тебе вообще разница, чем я воняю? — Анкер едко усмехнулся и, придвинувшись ближе к Роксу, выпустил ему в лицо колечко дыма.

Он не собирался изменять свои привычки ради одного-единственного человека, который почему-то считал, что мир вращается вокруг его потребностей. И этим до боли напоминал Лори. От мыслей о Лори курить хотелось ещё больше, только не никотиновые палочки со вкусом счастья, а другие — очень дорогие сигареты, которыми старшекурсник при случае «подкармливал» Анкера.

Однако и Рокс явно был не из тех, кому достаточно одного слова «нет».

— Я собираюсь с тобой спать, конечно, меня беспокоит, чем твои волосы будут пахнуть, — откровенно раздражённо произнёс мужчина, одним движением отбирая из тонких пальцев тлеющую сигарету.

Анкер молча наблюдал за тем, как Рокс потушил огонёк носком чертовски дорогого ботинка, а затем без лишних комментариев принял из чужих рук новую сигарету и со вздохом затянулся ею. Он уже представлял, как его будет ломать после. Как захочется снова выкурить дорогую гадость, размеренно постоять рядом со спокойным и собранным мужчиной, позволить ему поцеловать себя… Новый запах для новой влюблённости.

Однако сигарета и правда была неплохой. Стоила, вероятно, не меньше, чем целая пачка тех, которые обычно употреблял парень, но раз уж не он платил, то какая, к чёрту, разница.

— А ты не куришь? — Анкер выпустил из лёгких дых и почувствовал себя немного свободнее. Как будто «палочки счастья» на время утратили свой драгоценный эффект.

— Нет, — Рокс держал руки в карманах с того мгновения, как убрал портсигар на его законное место. — Много кто любит перекурить во время переговоров, так что завёл себе парочку подходящих, а дальше… За сигаретой беседа всегда живее.

Парень кивнул. Раньше он и сам считал, что ни за что не станет пробовать, но когда проблемы наваливались на него одна за другой, выбора попросту не оставалось. Не мог ведь старшеклассник расплакаться от беспомощности — приходилось находить иные способы. Например, курить за гаражами. Во-первых, большинство его одноклассников с удовольствием этим занимались, и это означало, что у них становилось меньше поводов приставать к выделяющемуся Анкеру, во-вторых, сигареты действительно помогали расслабиться и не воспринимать происходящее всерьёз.

Он и теперь частенько приуменьшал проблемы, но совсем не страдал от этого: если всё принимать слишком близко к сердцу, можно сойти с ума даже от самых мелких и незначительных проблем.