Крылья падшего

Глава 6

ДэнЯ проснулся от грубого тычка в бок и свалился с дивана. Перебирая в уме все известные маты, я приподнялся на локте и уставился на Эмму. Она поднесла палец к губам и метнула взгляд к камину. Я посмотрел в ту сторону. Забившись в угол, на корточках сидел шишига и таращил жёлтые глазищи, сузив продольные зрачки. Острые уши с длинными, как у рыси кисточками были тревожно приподняты. Он теребил темную густую шерсть на груди, шевеля короткими когтистыми пальцами. Я схватил подушку и запустил в нечистого.

- Пшёл вон отсюда! Когда надо не дозовёшься, а тут нарисовался х**н сотрёшь.

- Это кто?

- Шишига, он мне служит.

- У тебя домовой на посылках?

- Скот он. Время восемь утра.

Я посмотрел на экран мобильного и присел на край дивана. Ройсс засуетилась и встала.

- Мне пора собираться, не хочу опоздать на работу.

- Тебе же к часу? Ещё вагон времени.

- Мне нужно заскочить домой.

- Даже кофе не выпьешь?

- На кофе, пожалуй время есть.

- Ну, отлично, иди ставь чайник.

Я привалился спиной к косяку, наблюдая, как Ройсс хозяйничает на кухне. Она открыла холодильник и наклонилась к нижней полке. Короткая толстовка задралась, представляя моему взору подтянутые ягодицы, упакованные в чёрные трусы. Возникло естественное желание оценить остальные части тела.

- Ещё раз так нагнёшься, и я сочту это за приглашение.

Она достала кусок сыра, пачку масла и выпрямилась.

- Я обычно уведомляю лично.

Я приблизился.

- Как на счёт уведомить прямо сейчас?

- Я раньше 20:00 такими вопросами не занимаюсь. Пойду оденусь, чтобы тебя не искушать.

Я проводил Ройсс взглядом и занялся завтраком. Она вернулась спустя пару минут переодетая в своё, без намёка на сексуальность, но мысль затащить её в кровать плотно засела в голове. Ройсс намазала кусок хлеба толстым слоем масла, положила его на тарелку и поставила её на пол.

- И кого мы подкармливаем?

- Твоего питомца.

- У меня нет питомцев.

- Я имела в виду домового. Как его зовут?

- Эй-ты-иди-сюда.

Она присела на корточки рядом с бутербродом.

- Пушок. Пушок, иди кушать.

- Пушок?!

- Я же должна его как-то позвать.

- Он в жизни на такое погоняло не откликнется.

Появился этот, блин, пушок, схватил хлеб, злобно на меня зыркнул и испарился.

- Ты его избалуешь, потом уйдёшь, а мне мучайся.

- Я его с собой заберу.

- Разбежалась.

Её телефон коротко звякнул. Она взглянула на экран и посмотрела на меня.

- Такси приехало. Спасибо за кофе. Я позвоню вечером.

- Можешь просто приехать.

- Ну, ладно.

Она игриво улыбнулась. И после этого будет утверждать, что я ей не нравлюсь? Я проводил Эмму до двери, взял кофе и пошёл в гостиную. Удивлению не было предела, когда я увидел сидящую на диване Киру.

- Я смотрю, у вас всё хорошо, – она растянула губы в улыбке, но в голосе проскользнули язвительные нотки.

- А тебя благоверный из дома выгнал, не перенёс позора? И когда мне ждать картель[1]?

- Дэн, перестань паясничать.

- Я шут я паяц и что же... Так чем обязан?

- Нужно поговорить.

- Ал знает, что ты здесь?

- Нет.

- Я так и думал. Ладно, говори.

- Ты должен помириться с Алексом.

- Во-первых, я никому ничего не должен, а во-вторых, с братом я сам как-нибудь разберусь.

- Зайди и поговори с ним. Желательно без Эммы.

- А что так, она вам больше не нравится? Быстро же вы переобулись.

- Кто кому нравится совершенно ни при чём. В том, что вчера произошло есть отчасти её вина.

- Алло, Кирюш! Ты сама создаёшь себе проблемы и попутно раздаёшь их тем, кто тебя окружает. Я бы давно рассказал Алу, обратив всё в шутку и не было бы того цирка, который вчера устроила ты.

- Я устроила?! – она поднялась на ноги, поддерживая рукой живот.

- А кто? Я сильно сомневаюсь, что Эмма ни с того, ни с сего завела разговор.

- Ты уже её защищаешь? – Кира сложила руки на груди.

- Нет. Я защищаю здравый смысл и объективно смотрю на ситуацию. Ты же ещё та провокаторша.

- Знаешь, а вы друг друга стоите.

Она поджала губы и исчезла. Круто, блин, закрыл гештальт. Не следовало, наверно, так грубо, но зато доходчиво. Надеюсь, что отбил у неё всякое желание ко мне соваться. Мне хватает той, что без зазрения совести устраивает сафари в моей голове.

Я вспомнил вчерашний сеанс спиритизма. Неожиданная просьба Илоны удивила. Если бы я знал от кого защищать её дочь и каким образам. Когда Эмма отключилась, я пытался поговорить с её матерью, но конструктивного диалога не получилось. «Эмма… Ты должен…Защити…Спаси…», - как заезженный патефон повторяла она. Пришлось отпустить несчастную душу. Я поднёс кружку к губам и едва не поперхнулся, когда передо мной предстал Вельвер.

- Вас всех ко мне магнитной бурей приносит?

- Я здесь, чтобы предложить тебе сделку, - деловито сообщил он.

- Что ты можешь мне предложить? 

- Крылья.

- Какие крылья?

- Твои.

- Хочешь сказать, они у тебя? - скептически спросил я.

- В надёжном месте.

- А что взамен?

- Вот это я понимаю, деловой подход.

- Давай без предисловий.

- Присмотри за девчонкой до поры до времени. А когда придёт срок отдай её мне.

- Чё серьёзно? Ты предлагаешь обменять медиума на ворох перьев?

- Крылья, Дэнтаниель, твои крылья. Одного из самых сильных и самых прекрасных Падших. Вспомни, какого это отрываться от земли и парить. Вспомни то чувство безграничной свободы. Вспомни себя на вершине мира! Неужели это может сравниться с жизнью какой-то человечки.

- Чем докажешь, что мои крылья у тебя? Ты же не думаешь, что я поверю на слово.

- Я покажу, давай руку. 

Мы переместились в главную сокровищницу Люцифера. Длинный прямоугольный зал с красно-коричневыми потолком и стенами простирался до бесконечности. Высокие киоты, напоминающие витрины в магазине, излучали мягкий, жёлтый свет. Все атрибуты когда-либо существовавших отступников хранились здесь и ждали своего часа. Каждый экспонат коллекции был пронумерован и промаркирован: «Клинок Каина», «Кол Иалии», «Перст Елисея». Мы прошли вдоль стеклянных шкафов и остановились у одного из них. Табличка гласила «Крылья Дэнтаниеля».

- Вот, в целости и сохранности.

Подсвеченные ярким светом черные перья отливали синевой, сравнимой с сиянием чистейшего сапфира. Самое завораживающее и потрясающее зрелище, которое только можно представить, заставляющее сердце заходиться в истеричном припадке. Их мощь ощущалась даже на расстоянии. Я приложил ладонь к толстому стеклу и воскресил в памяти ту приятную тяжесть за плечами, ту колоссальную силу размаха, ту ни с чем несравнимую эйфорию, когда рассекаешь встречный поток воздуха.

- Ну что, сделка?

Я обернулся и посмотрел в довольное лицо Вельвера.

- А можно поинтересоваться, как ты собираешься вынести их из хранилища?

- Предоставь это мне. Так как, по рукам? Эмма Ройсс в обмен на крылья.

ЭммаТакси заехало во двор и остановилось возле грязно-белой пятиэтажки. Я расплатилась, выбралась из салона и направилась к своему подъезду. События вчерашнего дня смазались и казались утренним воспоминанием плохого сна. Ссора в «благородном семействе» меня мало волновала. Неприятно, конечно, что я поспособствовала извлечению скелетов из шкафа, но брать ответственность за чужие грехи не собираюсь. То, что я увидела мать ничего не изменила. Как у неё наглости хватило просить о помощи? Или она просила Дэна? Не удивлюсь, ведь они жили под одной крышей. Странно, что он не знал о её смерти. Я бы сама ничего не узнала, если бы мне не позвонила женщина и не сообщила, что Илона умерла. Она битый час выражала соболезнования и заверила, чтобы не беспокоилась, все хлопоты ковен взял на себя и от меня ничего не требуется. Я не знала, что мать состояла в ковне. Я вообще о ней ничего не знала.

Мои размышления прервала чихуахуа в нелепом леопардовом комбинезоне. Она кинулся под ноги, громко тявкая и норовя укусить за игру. Я люблю животных, но этот мелкий визгливый комок шерсти ничего кроме раздражения не вызывал. 

- Ирина Михайловна уберите свою собаку, - возмущённо обратилась я к соседке.

Та скривила одутловатое лицо с отвисшими, как у бульдога щеками, подхватила собачонку и, смерив недовольным водянистым взглядом, зашагала в сторону детской площадки.

            Я зашла в квартиру и взглянула на часы. Время как раз впритык, чтобы принять душ и переодеться. Сполоснувшись на скорую руку, я натянула чистые джинсы и мягкий серый свитер. Оставалось ещё пятнадцать минут, чтобы выпить кофе. Я прошла на кухню, включила чайник, встала у окна и закурила.

- Я тебя заждался.

Я обернулась и увидела Вельвера, облачённого в короткое чёрное пальто и такого же цвета брюки. Обратив внимание на белое кашне, я подумала, что к нему не хватает цилиндра.

- Что тебе нужно? Впрочем, не важно никаких сделок я с тобой заключать не собираюсь.

- Может я друг и пытаюсь уберечь твое глупое человеческое сердечко от роковой ошибки.

- Я с людьми не особо лажу, а с демонами заводить дружбу тем более не собираюсь.

- И тем не менее с Дэнтаниелем ты поладила.

- Он больше не демон, он человек.

- То, что он стал смертным, не делает его человеком. Поверь, он всё тот же демон. Демон без крыльев… - Вел прервался и ухмыльнулся, будто на него снизошло озарение. – Мне пора, скоро увидимся.

Демон растворился в воздухе. Поняв, что выпить кофе уже не успеваю, я затушила сигарету, выключила чайник и поехала на радио.

            После работы я не раздумывая отправиться к Дэну, оправдывая свой поступок тем, что нужно сообщить об очередном появлении Вела. Но основная причина не в этом. Мне не терпелось с ним встретиться, почувствовать крепкую ладонь у себя на плече и услышать, что он не позволит случиться чему-то плохому. Не исключено, что он используют меня, как приманку. Может это имел в виду Вельвер, когда просил держаться от него подальше. То, что я связана с убийством девушек не вызывало сомнений. Но желание увидеть Дэна было сильнее инстинкта самосохранения. Я надеялась, что мой визит не будет расценен, будто я вешаюсь ему на шею. Я успокоила себя тем, что он сам предложил приехать. Утренние заигрывания явно давали понять, он настроен на продолжение.

            Дэн встретил меня с озабоченным лицом, но моему приезду не удивился. И не обрадовался. Нужно было сначала позвонить. Он чмокнул меня в щёку, но это было как-то механически, словно он сам не осознавал, что делает.

- Вел приходил сегодня утром, - сообщила я усаживаясь радом с ним на диван.

- Что говорил? - без особого интереса спросил Дэн.

- Пел по тем же нотам. Науськивал против тебя.

- Что-нибудь предлагал? 

- Нет.

- Хорошо.

Он сидел отстранённый и мне захотелось знать, что его гложет. Я не удержалась. То, что творилось в его голове походило на калейдоскоп.

Он стоит на крыше и смотрит в раскрашенное градиентом небо. Солнце сползает за горизонт, превращая розово-лилового куцые облака в фиолетово-чёрный. Ветер треплет густую шевелюру, прокатывается по голым плечам и застревает в тёмном оперении массивных расправленных крыльев. Слегка согнув ноги в коленях, он пружинит и взмывает вверх, сложив по швам руки. Меня захлёстывает градом невероятных эмоций. Таких я не испытывала даже на пике удовольствия.

Картинка моментально меняется.

Вот он уже сжимает горло девушки, длинные смоляные волосы обрамляют её перекошенное лицо. Она щерится и беззвучно выплевывает слова, словно проклятья. Пальцы сжимают сильнее и её лицо приобретает бордовый оттенок. Дикая злость рвёт на части и кажется, просачивается через поры.

Внезапно всё обрывается. Меня выталкивает, как поток воды устрица, схлопнувшая створки свой раковины. Дэн понял, что я опять залезла к нему в голову. Я испугалась вспышки гнева, но он повернул непроницаемое лицо и смерил ледяным взглядом.

- Мой мозг не кинотеатр, - жёстко произнёс он. - Если скучно включи телевизор.

Стало зябко и неуютно. Лучше бы он разорался, это было бы естественно и понятно. Его холодный тон и пронизывающий взгляд вызвал по истине инфернальный страх. «Он всё тот же демон, - всплыли в подсознании слова Вельвера. Я встала и направилась в коридор.

- Я домой.

- Чё не понравилось кино? 

Его тон стал злым и язвительным. От того Дэна, что был утром не осталось следа. Его место заняла дьявольская версия. 

- Вечно вы лезете, куда не просят, а потом жалуетесь.

- Кто это - мы? - я остановилась и обернулась.

- Женщины.

- Со своими женщинами сам разбирайся. А у меня нет желания возиться с выводком тараканов в твоей голове.

- Естественно, ты ведь даже не знаешь, как разобраться со своими.

            По пути домой я зашла в магазин и купила бутылку водки. Что-то более изысканное брать нет смысла, мне нужен эффект. Оказавшись в квартире, я скинула куртку, разулась и проследовала на кухню. Я налила щедрую порцию алкоголя, выпила залпом и запила водой из чайника. На душе было погано, ещё соседи устроили очередную разборку. Я зажала уши, понимая, что не поможет. Я сомневалась, что Дэн ответит, но всё равно написала.

«Извини, мне не следовало лезть тебе в голову».

Ответа не последовало. Я выпила ещё и закурила. Тёмный двор за окнами казался зловещим и пугающим, будто сама ночь крысилась и злорадствовала. Первый раз в жизни появилось ощущение, что я потеряла нечто ценное. Захотелось написать, что мне очень плохо и очень одиноко, но гордость сочла такой текст оскорблением. Я убрала мобильный и пошла спать. Гордость победила.

[1] Письменный вызов на дуэль, использовавшийся до середины 19 века