Сладкая иллюзия

Глава 7. Эль

Со стороны Леона было очень глупо даже предположить, что я его стесняюсь: разве такое возможно? Испытывать смущение от того, что рядом с тобой парень вроде Гриффитса. Но правда была в том, что сказка, которой мы пытались пустить пыль в глаза его бывшей, была лишь сказкой, и я не хотела о ней забывать. Однако с каждой нашей встречей оставаться в рамках реального мира и не поддаться глупым мечтам было всё труднее и труднее! Особенно после того, как в моем телефоне появилось несколько фотографий, на которых я впервые, кажется, увидела, как завороженно заглядываюсь на Леона. Как глупо это выглядит со стороны.

И, в принципе, теперь было весьма очевидно, почему в качестве мести бывшей он выбрал именно меня — тут ведь даже стараться не пришлось, чтобы окружающие поверили в наши романтические чувства. Мне не нравилось выглядеть глупо, и из всей этой ситуации я всё же надеялась выбраться с интересным жизненным опытом и неплохими дивидендами, и ни с чем более. И несмотря на то, что аргументы, которые я прокручу у себя в голове, будут достаточно сильными, его аргументы будут будто бы весомее — в конце концов между нами негласный договор, а его вклад в развитие малого бизнеса семьи моей подруги, если он отметит свою геолокацию, окажется неоценим.

Есть сладкое перед сном — вредно, и всё же, вынужденная подыгрывать двум развеселившимся друзьям, я откушу предложенный мне десерт и, конечно же, попаду в коварную ловушку, о которой ни капли не догадывалась, когда шла на поводу у всей этой затеи.

— Фотки получились офигенные! — даст оценку увиденному Крис после того, как Гриффитс самосвалом проедется по небольшой перегородке между мной и моими к нему чувствами.

— Собирайся, я отвезу тебя домой, — скажет Гриффитс, по всей видимости, закончив со своими со мной играми. Я, кстати, даже расстроюсь, что всё так быстро закончилось.

— Я на машине, — негромко возражу, приходя в себя.

— Я вызову трезвого водителя — машина будет на месте уже через час.

— Я доеду сама!

Но наши пререкания, в конечном счёте, выедут его из себя, и, испугавшись угрозы:

— Это не обсуждается. Не заставляй меня засовывать тебя в машину силой.

Не сомневаясь, что он действительно это сделает, я пойду собирать в сумку свои вещи. Дорогая спортивная машина: боясь дышать на неё слишком сильно, аккуратно потяну ремень безопасности на себя. Мы пролетим часовое расстояние до моего дома минут за пятнадцать, по дороге чудом ни в кого не врезавшись. Думаю, если бы не молитвы, которые я прокручивала про себя всю дорогу с момента, когда тачка сорвалась с места, единственным местом, куда бы мы сегодня приехали, были бы ворота рая.

Недалеко от дома, благодаря Всевышнему, за то, что не забывает про своё непутёвое дитя в моем лице и всегда меня бережёт, Леон притормозит и, на прощанье, покажет мне фотографии, которые Крис успела ему скинуть: мой ласковый взгляд, его улыбающееся лицо. Поцелуй, который вот-вот случится.

— Ужасно! — скажу я.

— Отвратительно. Она соберёт кучу лайков!

* * *

Прикрыв лицо локтем, слушаю пиликающий с самого утра телефон. Уже давно можно было поставить на беззвучный режим или отключить уведомления у некоторых приложений, но, словно мазохист, я продолжала слушать, как пиликали смски, комментарии и лайки под моими постами. Громко и раздражительно — так не пиликали они никогда. Будто стук молотка, вбивающего в крышку гроба гвозди.

Я сама себя в него загнала — так почему бы не порадоваться внезапно нахлынувшей известности, спросите вы. Но, предвкушая расплату за полученное, радоваться мне не хотелось. Поднявшись с кровати ближе к обеду, убедившись, что дома никого нет и мне не придётся объясняться о моих связях с Гриффитсом младшим, если про них домашние всё-таки уже успели узнать, подойду к окну проверить, на месте ли моя машина. Леон не обманул, и мой четырёхколёсный друг окажется там, где всегда стоял по утрам.

* * *

Мы договоримся, что я приеду к подруге ближе к закрытию — посплетничать о вчерашнем, но в мои планы ворвётся кое-кто незапланированный, и, ответив на звонок неизвестного абонента, вскоре окажусь в небольшом ресторане в компании Зака. Сама не понимаю, если честно, зачем. Словно желая убедиться лично в словах Леона о симпатиях своего друга. Мы проведём время достаточно мило, клянусь, но на прощанье, когда я окажусь у дверей своей машины, парень не постесняется ухватиться рукой за мою ладонь, прежде чем сказать:

— Лео всё мне рассказал. Про ваш договор.

Моё удивлённое лицо он воспримет по-своему и поспешит добавить:

— Про то, что он платит тебе. Чтобы позлить Джилл.

Сердце провалится в пятки, и к горлу поступит неприятное чувство, а ведь, казалось бы, чего я ждала? Что из фейковой пары мы превратимся в настоящую и Гриффитс оставит свой план по возвращению бывшей?

— Они скоро наиграются и сойдутся. Когда всё закончится, может быть, сходим куда-нибудь вместе?

— Мне кажется, ты что-то не так понял… — признавать свою уязвимость неприятно. И я пытаюсь избежать болезненного разговора, шагнув ближе к машине, но это, почему-то, подействует на Зака странно, и он будто бы… разозлится?

— Дело в деньгах? Думаешь, у меня не хватит на тебя бабла? Сколько ты берёшь за фото, поцелуи? Может, у тебя в прайсе есть ещё какие-нибудь интересные услуги?

Звонкой пощечиной прерву его разъярённую тираду. Она приведёт парня в чувства: опешив, прижав ладонь к щеке, он начнёт неловко извиняться, но слушать дальше я не стану:

— Да пошёл ты! — усаживаясь за руль и направляясь в противоположную, от адреса подруги, сторону.

* * *

Обида, разочарование, гнев — во мне пылала буря эмоций, но самым сильным, конечно, было разочарование. В Леоне? В себе? В Заке? Сказать трудно. В конце концов, может быть, Зак действительно не так понял Леона, а Леон не имел ввиду ничего плохого, когда говорил другу, что я получаю деньги за свои влюблённые в него взгляды…

— Ты издеваешься? Зачем ты всё разболтал Заку? — спрошу, влетев в знакомую квартиру.

Парень скажет, что всего лишь хотел как лучше: ведь это, ахуенная, блядь, идея — передать меня своему другу после того, как сам он наиграется во всё то, что между нами происходит… Пусть и по взаимовыгодному договору.

— Ты думаешь, что у нас с ним что-то получится! Как мило! — ласково передразню, прежде чем злобно пихнуть его рукой в грудь, пытаясь привести в чувства. — А меня спросить не подумал? А если у меня с ним ничего не получится — будешь пристраивать меня к какому-нибудь другому своему другу? Как дворнягу, подобранную на улице?

И ведь он искренне не понимал, что сделал не так. Наверное, в его мире, в том, где я ничего к нему не чувствую, подобный жест был будто бы даже благороден, но на деле в моих глазах всё выглядело как плевок прямо в душу. В маленькие, наивные мечты о прекрасной сказке, теплящиеся глубоко внутри.

— Знаешь, почему меня не надо подвозить до дома после наших встреч? — продолжу я. — Потому что я взрослая девочка — у меня есть машина, а ты — НЕ МОЙ ПАРЕНЬ! И лезть в мою личную жизнь со своими благими намерениями не надо — ты ничего обо мне не знаешь, чтобы позволить себе даже мысль, будто можешь сделать мне лучше!

Не знаю, собирался ли он что-нибудь возразить на это, да и спорить дальше мне больше не хотелось. Хотелось оказаться за рулём и хорошенько прокричаться. А возможно, что и поплакать. Подхватив сумку, скатившуюся с плеча, скажу на прощанье:

— Богатые, самовлюблённые идиоты! — кинувшись обратно к входной двери.