АМБАР

Выйдя засветло, Язеп обошел всех соседей, но везде получил отказ. Все сожалели о его сгоревшем амбаре, но перед жатвой не могли выкроить и дня, чтобы помочь в постройке нового. Возвращаясь домой лесной дорогою, Язеп мрачно думал, что скажет жене, которой вот-вот рожать. И что придется хранить урожай в доме, а самому жить в шалаше. Потраченный впустую день заканчивался, и закат Язеп встретил всё ещё в пути. Проходя мимо рощи, он услышал голоса. Костра говорившие не зажигали, разбойники, не иначе. Язеп подобрался поближе — двое мужчин спорили о природе зла, сидя на поваленном дереве. Тот, что помоложе утверждал, что раз есть Святая Троица, то и дьявол тоже триедин. Черт отец, черт сын и серный дух. Старший же стоял на том, что число дьяволово — два, ибо копыто его раздвоено и рогов у него два. Язеп вышел к ним, и поклонился. — Добрый вечер, я Язеп из Мхов. Прошу простить, что прерываю вашу научную беседу. Но я рассудил так — раз у мужчин есть время мудрствовать, то дел у них никаких нет. Я охотно нанял бы вас для постройки амбара. Прежний сгорел прошлой ночью. Старший важно кивнул: — Здравствуй и ты, Язеп из Мхов. Меня звать Мартином, а это Клемент. Предложение твое очень кстати, мы возьмёмся за обычную плату. — По рукам, — сказал Клемент, и плюнув на ладонь, протянул ее для рукопожатия. Вместе двинулись по дороге. Мартин раскурил трубку, и возобновил свой спор с Клиентом. Сообщил, что крест дьяволу неприятен, потому искать его следует не на перекрестке, а на развилке. Известно, что вилы это самый что ни на есть инструмент нечистого. — Тогда дьявол должен бы и рыбы бояться, ибо именно рыба изначально была символом христианства, — возразил его оппонент. — Один из вас точно дьявол, — вставил Язеп. — Тыочень проницателен, хозяин Мхов, — Мартин одобрительно кивнул, выдыхая зловонное облако. — Очень, — эхом отозвался Клемент, — но кто из нас дьявол то? Человеку присуще выбирать меньшее зло, но это иллюзия, ибо выбор в пользу зла уже сделан. Всю дорогу до Мхов Клемент и Мартин спорили, кто из них дьявол, но каждый остался при своём мнении.