Моя! Любовь в тени

«Твоя дочь в доме малютки». Ниже была прикреплена геолокация. У Влада вспотела ладонь и дрогнула рука, в которой он удерживал телефон. Он сидел у себя в кабинете и работал, когда его настигло странное сообщение от незнакомого номера. В первый момент его охватила ядовитая буря гнева, поэтому мужчина с силой сжал смартфон в кулаке. — Что за тупой розыгрыш? Никто, ни одна падла не имела права так подшучивать над Владом Войтенко. Над уважаемым и солидным бизнесменом, черт возьми. Тем более – так! Его дочь? Да что за вздор! Но, отбросив эмоции и снова перечитав сообщение, он резко откинулся на спинку кресла и с ненавистью швырнул телефон на стол. Будто тот был в чем-то виноват. Влад не ожидал, что некий шутник-Камикадзе продолжит свою тупую переписку. Однако телефон снова завибрировал и на экране высветилось новое глумливое сообщение: «И, если ты не поторопишься, с ней может приключиться беда». Мужчина вздрогнул, будто от удара под дых. Что это – угроза или совершенно не смешной розыгрыш? Нехотя он схватил телефон и еще раз прочел оба сообщения, которые не имели никакого смысла. Первым порывом после раздумий стало позвонить шутнику и предупредить, что ему могут оторвать за такие розыгрыши. Влад набрал номер, но его тупо скинули. Не удивительно! Смарт снова завибрировал в руке и поскольку чат был открыт, то Влад сразу увидел текст: «Войтенко, время пошло! У тебя есть ровно сутки, а затем пеняй на себя». Непроизвольно он содрогнулся, хотя угроза не имела к нему никакого отношения. Дочь… детский дом… сутки… выглядело так, будто его пытались отвлечь на время. Конкуренты, например. И он бы проигнорировал шутника, послал бы далеко и на долго, если бы не одно жирное «но». Оно и зудело страхом по коже, не давая Владу расслабиться. Была одна девица некоторое время назад. Меркантильна и расчетливая зараза. Разве не она его в то время шантажировала беременностью? Если это она, то на этот раз Войтенко ее не пощадит. Примерно два года назад зараза подстроила все так, будто он изнасиловал ее бедняжку, какие-то тухлые доказательства предоставила. Запугивала его, требовала денег в обмен на молчание. А Владу в тот период лишняя шумиха вокруг его имени и компании не нужна была. Первый раз он заплатил, но быстро понял, что аппетиты девицы будут расти. И не прогадал: позже она появилась снова с новостью о том, что беременна. Вот тогда-то Влад и припер ее к стенке. Вспышки воспоминаний смешались с холодной логикой взрослого человека: если снова та нахалка объявилась, на этот раз ей жизнь медом точно не покажется. Больше некому, с остальными девицами он был максимально острожен в плане предохранения. Несмотря на первоначальный гнев и желание отвергнуть правду, не вписывающуюся в его рамки, внутри него зрела тревога, которую Влад не мог игнорировать. Что, если ребенок его? Вдруг запугивание — это не пустой звук? Нет, тут нужно было разобраться: угроза, шутка или банальное желание наживы. Не оттягивая больше, он вызвал к себе помощника. Леха появился в кабинете спустя пару минут. — Полюбуйся, что мне пришло. Не жалея смартфон, бросил его на стол, а помощник тут же подхватил телефон. Леха был удобным, как кофе три в одном: и другом, и помощником, и крутой ищейкой. Наверное, не было еще ни одной ситуации от Войтенко, с которой Алексей бы не справился. Он поднял взгляд, в котором уже мелькали варианты решения проблемы, как в немом кино. Вот за это Влад и платил другу космическую зарплату. — Хотите поехать? – задал он вполне логичный вопрос, у Влада не было ответа. — А должен? Вместо ответа, Леха кивнул. Но все же высказался: — Эти сообщения несколько глупы, но я проверю дом малютки. Больше ничего не говоря, помощник положил телефон на стол и спешно вышел из кабинета. Войтенко же больше не мог сосредоточиться на работе. Как бы глупо ни было, но некто реально выбил Влада из привычной колеи. И если происки конкурентов, что ж, им это удалось… Барабаня кончиками пальцев по столу, мужчина припоминал каждую мелочь, связанную с той шантажисткой. Красивой, смелой и наглой, но тупой как пробка. Разве он реально с ней переспал? Доказательства, что нахалка предоставила тогда, не выглядели убедительно. Ну, сфоткалась она с ним голым, спящим! Сняла короткое видео, где рыдала и говорила на камеру, что ее насильно взял пьяный бизнесмен Влад Войтенко. Такое клише, что даже сейчас ему стало смешно. Девица сериалов пересмотрела? К сожалению, он не помнил ту ночь. Не вспомнил даже, где подцепил нахалку. Выглядело так, будто она его сама подкараулила и воспользовалась шансом. О чем и свидетельствовали записи с камер, которые удалось достать Алексею. Тем не менее, пока рано было делать выводы. Ребенок, если он и существовал на самом деле, мог быть чей угодно. Вечером помощник прислал подробный отчет, читая который, у Влада не оставалось выбора. Если все так, как предположил Леха, то… Войтенко сжал пальцы в кулаки от негодования. Поздно было уже куда-то ехать и искать собственной правды. Завтра. Он все обязательно решит утром. А пока его волновало кое-что еще, поэтому набрал помощника: — И все же пробей номер. Или найди мне ту падлу, что написала сообщения! — Попробую, но ничего не обещаю. Вероятно, это будет не быстро. — Ничего, я подожду. У меня теперь уйма времени. Влад сбросил вызов и с тяжелым вздохом всмотрелся в панорамное окно. Вид огней ночного города обычно успокаивал его после тяжелого рабочего дня, но прямо сейчас это долбанное пламя вывело из себя. Он весь кипел как чертов чайник и ничего не могло остудить его пыл. Психанув, Влад уехал из офиса и, не включая в доме свет, завалился на диван в гостиной. Как бы он ни пытался, но мысли снова и снова крутились вокруг тех паршивых сообщений. Кто? Та девица их написала? Больше ведь никто кроме него и Лехи не знал подробностей. Или у заразы были сообщники? Вот только попадитесь ему в руки! Не пощадит же никого! *** — В смысле, нашелся отец малышки? От паники, прострелившей в пояснице, я сжала в кулаке подол сарафана и с немым шоком уставилась на полноватую женщину за столом перед стареньким компом. Она обмахивала лицо веером и тяжело дышала, потому что в кабинете дома малютки было слишком душно. Да и я вспотела. От нервозности и жары за окном бисеринки пота выступили на лбу, поэтому спешно смахнула их пальцами. — Так бывает, отцы иногда сами к нам приходят. Нет… такого не могло быть на самом деле! Да как бы он узнал? — А как же наши… — я запнулась и, нагнувшись ближе к женщине, тихо прошептала: — договоренности? Она зыркнула меня, а затем закатила глаза и цокнула языком. Было понятно, что директрису дома малютки мои проблемы не волновали. Как и моя взятка ей. — Что ты от меня хочешь услышать? Мужчина сделал тест ДНК, теперь ждем результат. Тут я бессильна. Можешь помолиться, чтобы их родство не подтвердилось. Страх сковал мышцы от окончательного осознания ситуации – я не смогу теперь забрать малышку. Более того, ее вскоре отдадут мерзкому и гнусному типу только потому, что он ее отец, черт возьми! Да почему все так?! Заразная тетка даже не дала мне возможности увидеть кроху, тупо отослала домой и посоветовала больше не вмешиваться. Да как я могла больше не вмешиваться?! Не смогла далеко уйти от дома малютки, присела на лавочку поблизости и набрала номер любимого. — Юр, — прорыдала, когда он принял вызов. – Ты не представляешь, что произошло! Кажется, за последнее время я говорила ему эту фразу чаще, чем слова о любви. — Что там, говори? — у него просто ангельское терпение, раз все еще не высказал мне претензии. Раскрыла рот, но в итоге передумала. Такое нужно обсуждать с глазу на глаз! — Дома поговорим. Как же мне не хотелось уходить ни с чем, но не было выбора. Бросила тоскливый взгляд на корпус, в котором удерживали мою крошку и с тяжестью на душе побрела прочь. Как могла, боролась с приступом слез, но едва оказалась в нашей арендованной однушке – разрыдалась. Казалось, вся жизнь разрушилась только из-за одной фразы – «нашелся отец малышки». Ну, вот как? Он что экстрасенс? Прочему именно теперь, когда обо мне пронюхали органы опеки? Да с какого лешего все так навалилось разом?! Ширма из слез была настолько плотной, что не увидела перед собой любимого. Ощутила, как он оторвал меня от стены и увел в комнату. Превозмогая боль и слезы, выпалила: — Юр, что теперь делать? Отчаянно шмыгала носом, а слезы все не прекращались. Не видела Юру перед собой, но услышала его вздох. А затем и вопрос: — Тебе не отдали ребенка? Но ты же так много им заплатила! – от его возмущения стало только хуже. — Не отдали, — заревела горше, потому что теперь никакие деньги не помогут. Юра прижал меня к себе и ласково погладил по спине. Как же было хорошо спрятаться в его объятиях, будто под теплым одеялом. Сердце отчаянно билось в груди от понимания, что я не одна в своем горе и рядом есть человек, который поддержит. Поймет и не осудит! Это придало сил бороться дальше.