Ведунья

В этом году Тамаре Лисицкой исполнилось 32 года. За эти 32 года Тамара отучилась в школе, затем в институте- на никогда не пригодившуюся ей в жизни профессию инженера-технолога. После неудачно вышла замуж, развелась, потом пожила гражданским браком с новым любимым, в итоге разошлась и с ним. Параллельно поработала дизайнером одежды, фотографом, астрологом, журналистом своей колонки в одном модном глянцевом журнале, блоггером и даже организатором фаер-шоу на Гоа, когда застряла там без документов с очередным молодым человеком. Паспорта, остальные документы и почти все деньги у них «попятили» на вокзале в Гоа, откуда они собирались в Непал продолжать своё весёлое путешествие. Они так привыкли к тому, что в Индии как-то совсем не принято красть, приняли этот тезис всей кожей сами, расслабились и почти не следили за своими вещами даже на вокзале. В итоге рюкзак, где хранилось все самое ценное, пропал. Дальнейшее путешествие весёлым не получилось, но получилось очень богатым на новый для Тамары опыт. Например, раньше она никогда не ела сырую рыбу, словленную на крючок без какой-либо приманки. При этом о том, не ядовита ли рыба, нужно было узнавать у туземцев на берегу, которые ни слова не понимали на английском. Или раньше Лисицкой никогда не приходилось жить в полуразвалившемся отеле, с сумасшедшим владельцем, который страдал алкоголизмом. Или учиться у индусов нехитрым фокусам, которые можно было бы продать туристам за мелочь. Много, много тогда пережила Тамара на Гоа, пока разрешался вопрос с документами и деньгами на обратный перелет. В её 32 года детей у Тамары не было. Не то, что бы она их не хотела, просто она считала, что для того, чтобы родить детей, необходимы соответствующие условия. А условия эти всё никак не подворачивались. Дело было и в парнях, за которыми Тома вот вообще не чувствовала себя как за каменной стеной. И в её образе жизни, который больше пока походил на одно большое красочное путешествие. Тамара всегда отличалась привлекательностью. Не увяла она и сейчас, причём не только не увяла, а даже скорее расцвела, как расцветают цветы, которым уготован долгий срок жизни, а не однодневное и мимолётное благоухание. Сейчас Лисицкая оказалась в активном поиске и работы, и новых отношений с противоположным полом. Девушка никогда не рассчитывала отыскать себе таких отношений с мужчиной, которые позволяли бы ей не работать. Тем более не искала она таких отношений сейчас, когда у неё был богатый опыт разного вида деятельности. В своих поисках работы девушка долго не могла определиться, чего она хочет сейчас. Вообще по жизни деньги Тамаре давались достаточно легко. Может быть это была карма, может быть везение, а может быть она просто была талантлива. А говорят, что если человек талантлив, то талантлив он во всём. В любом случае, Лисицкая обычно могла себе выбирать, чем заниматься в жизни. Обстоятельства её никогда еще не припирали к стенке так, чтобы был сложный выбор: пойти работать таксисткой или не знать, что у тебя будет завтра на обед. Квартира Тамаре досталась от родителей, которые уже умерли. Не сказать, что это были какие-то роскошные апартаменты, была это «однушка» на метро Щелковская, но, в целом, жилищный вопрос не испортил Лисицкую. Машина у Тамары тоже была от родителей, хотя машиной она почти и не пользовалась. В перегруженной автомобилями Москве почти всегда проще добираться куда-либо на метро. Ну, а на еду и одежду денег хватало как-то всегда. За модными гаджетами или бранзулетками Лисицкая не гонялась. Украшений имела какой-то минимум, который ей дарили её бойфренды. Из ближайших родственников у Тамары были родные брат и сестра. Сестра удачно вышла замуж и жила у мужа в хорошей квартире в Москве, да и в целом как у Христа за пазухой. Звали сестру Юлей и была она на четыре года младше Тамары. Брат Андрей был неспокойной судьбы. Чтобы долго не углубляться в жизненный опыт Андрея, просто надо отметить, что в Москве он не появлялся уже лет пять, и, даже в какой точке земного шара он может сейчас находиться, Лисицкая представляла себе очень приблизительно. Тамара вышла из подъезда и пошла к своей станции метро. Знакомая ей подсуетила небольшой приработок – нужно было отыграть массовку на съёмках передачи «Битва экстрасенсов». Лисицкая охотно шла на встречу таким приключениям. Дело было вовсе не в деньгах, которые она там могла заработать- как правило, деньги это были совсем небольшие. Зато в таких местах почти гарантированно можно было встретить интересных людей. Даже «интересных» - это не совсем точное слово в этой ситуации. Скорее люди это были выбивающиеся из стандартного социума. Со своей прошлой работы Тамара уволилась три дня назад. Работала она в последних три месяца профессиональным тарологом. Продержалась совсем недолго, так как искренней веры в то, чем она занималась, у неё не появилось. А без такой веры работа таролога превращалась в одну сплошную профанацию. То есть хоть и овладела Тамара на курсах за достаточно короткий срок тем, как раскладываются карты таро, овладела тем, что значат те или иные арканы, но делала она все это как-то очень механическим. Тарологией Лисицкая пошла заниматься также от неспокойности и подвижности своего характера. Хотя веры в мистическое нутро этого мира у неё никогда не было. Тамара полагала, что такая вера могла появиться у неё во время нового своего профессионального увлечения, но этого не произошло. Вполне возможно, что дело было в учителях, которые обучали ремеслу Тамару. Не было в этих учителях ни искренности, ни увлечённости, ни какого-то глубокого понимания того, чем они занимались. Сквозило в этих учителях какое-то безразличие, какое-то равнодушие. А хуже равнодушного учителя может быть только равнодушный врач. И потому ничего у Лисицкой с картами таро не вышло. Месяца три или четыре она ещё помыкалась со своими раскладами, благо клиентов она умела завоёвывать легко и непринуждённо. Но, когда пошли претензии в некачественном исполнении этой работы, Тома решила завязать с таро. Ошибки случаются у всех. Тем более в таком непростом деле, как мистические предсказания. Но претензии можно принимать лишь в том случае, если ты можешь и хочешь свои ошибки исправить. Понимания, как исправлять свои ошибки, у девушки не было. А было стремление не допускать ситуаций, схожих с посыпавшимися претензиями. Не то, чтобы Тамара стремилась быть все время правой и безупречной. Просто не любила портить отношения с людьми. Тома прикинула, что уже отбила деньги, которые потратила на курсы по тарологии, и свернула эту свою деятельность. У неё была кое-какая денежная подушка, по прикидкам Лисицкой, на месяца три-четыре безбедной жизни. Так что оставляла она работу таролога с легким сердцем и без страха. Однако три-четыре месяца неизбежно пройдут и снова нужно будет работать. Ни к одной из своих прошлых профессий девушке возвращаться не хотелось. Даже в свои 32 года она оставалась непоседливой и тянущейся ко всему новому. Название «Битва экстрасенсов», куда сейчас направлялась Лисицкая, некоторым образом напрягало. Потому что экстрасенсы и тарологи стояли у Лисицкой на одной полке. Полка эта уже в сознании Томы себя сильно дискредитировала и какого-то доверия к мистицизму девушка перестала испытывать вообще. Однако напрягало название не так, чтоб туда не пойти. Больше тянула неизвестность и новость от впечатлений, которых она могла бы получить. В метро оказалось малолюдно, что, в общем-то, было неудивительно для 12-ти часов дня. Какой-то странный мужичонка лет 35-ти попытался познакомиться с Томой на перроне. Но, так как Тамаре он совсем не показался интересным, девушка показала ему на наушники в своих ушах и пожала плечами. Мужичонка всё понял и с какой-то ненавистью посмотрел на Тому. Униженное достоинство всегда ведёт себя недружелюбно. Тамара подмигнула мужику и пошла в конец перрона. Дальше в дороге обошлось без происшествий. Тамара вышла на нужной ей станции и поднялась наверх к солнечному свету. Здание, где снимали передачу «Битва экстрасенсов», было ультрамодным и никак не наводило на мысли о таинствах и секретах. Здание это совсем не заставляло задуматься о чем-то паранормальном или иррациональном. Лифт поднял Лисицкую на десятый этаж, она прошла по коридору и дошла до нужной ей студии. До начала съёмок передачи оставалось 15 минут. Внутри уже было очень людно. В основном это была массовка, которая или уже заняла свои места в зале, или прохаживалась по подиуму, где должны были биться экстрасенсы. Однако приглядевшись, для Тамары стало очевидно, что и сами участники баталий находятся прямо в зале. Одетые, как правило, во всё чёрное, потомственные ясновидцы, обладатели знаний о таинственных культах, ведьмы, белые маги, ведуны и конечно же, непосредственно экстрасенсы негромко переговаривались- в основном между собой. Однако были персонажи, которые в одиночестве надували щёки и морщили лбы в попытке придать себе вид как можно более загадочный. Лисицкая достала из ушей наушники и пошла вдоль стены съёмочного павильона, разглядывая фотографии с, очевидно, прошлых сражений магов и волшебников. Фотографии с самого начала их ряда какого-то особого впечатления на Тамару не производили. Но чем-то нужно было занять 15 минут, которые оставались до начала программы. - А я тебе говорю точно, что в следующий раунд битвы ты не пройдёшь, - услышала Тома обрывок разговора. Она посмотрела вперёд и увидела в нескольких метрах двух мужчин. Один из них был в роговых очках и немного карикатурном чёрном плаще до пят. Но говорил не он, а крупный бородач рядом, которого можно было бы принять за нормального человека, если не прислушиваться к тому, что именно он говорил. - Я это ясно вижу, - продолжил верзила. - Да и моя книга говорит мне тоже самое. - Посмотрим-посмотрим, - ответил очкарик. – Только сдается мне, Зул, что ты просто слишком много на себя берёшь. - Да причём же здесь я? Я на эти события никак не влияю. Я только констатирую факт. - Ты констатируешь факт… - очкарик нахмурился. – Однако я тебя ни о чём таком и не спрашивал! - Всё верно, не спрашивал, - сказал Зул, - ты спрашивал, какие задания нас ждут в пятом раунде. Я это вижу, но тебе это уже не пригодится, Макинтош. И ладно ты бы отстал от меня сразу с этим вопросом. А то же прицепился, как банный лист. - Ладно, Зул, - сказал Макинтош, - оставим этот дурацкий разговор. Человек в длинном плаще повернулся и пошёл на выход, доставая из кармана пачку сигарет. Тамара посмотрела ему вслед. Верзила остался на месте. Девушка сделала ещё несколько шагов, разглядывая фотографии, и, не отворачивая от них головы, произнесла: - Очевидно, Вы – ясновидец? – сказала она фотографии багряно-красного занавеса. На мужчину она пока не смотрела. Тома выдала небольшую паузу и только тогда повернула голову. Здоровяк не то, что бы её сильно заинтересовал, однако что-то шевельнулось в Лисицкой, когда она посмотрела в его глаза. - Я Чернокнижник, - ответил бородач, - Зул Чернокнижник. - Зул? – подняла брови Тамара. - В миру Павел Каверин, - ответил верзила без эмоций, - если вам будет так больше угодно. - Может сдаться так, что мне вообще никак не будет угодно, - улыбнулась Лисицкая. - Я такая капризная. - Знаете, ээ… - Лия, - подсказала Лисицкая, - Лия… эээ… Кудесница. Здоровяк неожиданно расхохотался. - А в миру? – спросил он. - А в миру Тамара Лисицкая. - Очень приятно, - сказал бородач. – Так вот, знаете, Лия, женские капризы – это как раз по моей части. Я очень люблю их исполнять. Особенно в постели. И скажу без ложной скромности- у меня есть чем их исполнять. - Какой вы знойный мужчина, - сказала Лисицкая, - с места, да прямо в карьер. - А чего тянуть? – сказал парень. – В наше непростое время каждый день может быть последним. - Да? – спросила Лисицкая. – И что же нас ожидает в ближайшем будущем? Третья мировая? Всемирный потом? Глобальная экологическая катастрофа? - Лично вы умрёте от передозировки, - сказал чернокнижник. – Так что не тревожьтесь ни о глобальной катастрофе, ни о всемирном потопе. - От передозировки чего? – округлила глаза Лисицкая. Крепче травы она уже давным-давно ничего не употребляла. И не хотела. В молодости были какие-то совместные с одногруппниками эксперименты с кокаином. Но однажды Тамара где-то в медицинском журнале прочитала о человеке, у которого от кокаина провалился нос, и быстро эти свои эксперименты прекратила. Она потом говорила со знакомым врачом, он подтвердил информацию из журнальной статьи. - Чем именно вы совершите передозировку, я вам сказать не могу, - ответил Павел. - Экий вы загадочный. Может быть от передозировки счастья? Или, там, любви? - Все может быть,- ответил Чернокнижник. - Ясно-понятно, - сказала девушка. – А сколько же тогда… Сколько же хотя бы мне тогда будет лет? - Почти втрое больше, чем сейчас, - ответил верзила. - Беспроигрышно, - сказала Тамара. – Ну что ж. Если вы мне скажете, сколько мне сейчас – я угощу вас вечером ужином в ресторане. - А если я отвечу неверно – то тогда я вас угощу, - улыбнулся верзила. Тамара рассмеялась: - Опять беспроигрышно! Но давайте, вы всё же попробуете с помощью ваших способностей сказать мне мой возраст? - Хорошо, - пробасил Каверин. – Если бы я нуждался в ужине, я бы сказал, что вам 32. Но так как в ужине я не нуждаюсь, я скажу, что вам 28. - Что ж, впечатляет- сказала Лисицкая. Она действительно удивилась. Редкий человек с улицы дал бы Тамаре именно 32 года. Выглядела она моложе на лет пять точно. - Так значит сегодня? Когда и где? - Давайте в «Колбасе» на Новом Арбате, знаете? – сказал Зул. - Это Кляйна ресторан? – спросила Лисицкая. - А вот этого уже не знаю я, - сказал Паша и ухмыльнулся. - Думаю, что не ошибаюсь. Его, Семена, - сказала девушка. - Ну в любом случае мне кажется, что это хороший выбор, - сказал Каверин. - Да. Так что же, в шесть? - Как удобно, - с участием ответил верзила.