Отпечаток души. Soulprint

Иногда мне снится место, которого я будто никогда не видела, — но стою там так уверенно, словно прожила в нём половину жизни. В разум это не помещается, но ощущения бывают честнее воспоминаний. Они не лгут. В этом сне нет логики, зато есть правда, которую я не могу удержать после пробуждения. Сегодня сон вернулся снова. Я стояла в полумраке огромного помещения, похожего то ли на зал, то ли на храм, где стены терялись в тумане. Свет струился сверху, нежный и золотистый, будто рассвет прятался прямо под потолком. Воздух дрожал тихими шёпотами, и я не сразу поняла — они обращаются ко мне. — Лили… Голос был едва слышным, как дуновение ветра. Я оглянулась, но никого не увидела. Лишь туман, подсвеченный золотом. Пальцы сами дрогнули — будто хотелось нащупать что-то знакомое. Внутри сжалось странное чувство: тоска по тому, кого я не помню. Я сделала шаг — и под ногами вспыхнули линии. Переплетённые, тонкие, словно узор из нитей, которые кто-то невидимый тянул сквозь пространство. Они светились мягким, тёплым светом — и пульсировали в такт моему сердцу. Я знала эти линии. Знала, что они связаны с тем, что происходит в моей душе. Но не понимала как. — Ты снова здесь, — тихо произнёс чей-то голос. Из тумана проявился силуэт мужчины. Сначала неясный, будто сотканный из дыма, но с каждым шагом он становился всё отчётливее. Его черты казались почти знакомыми — настолько, что у меня перехватило дыхание. Высокий. Тёмные волосы, чуть растрепанные. Силуэт уверенный, сильный. Но лицо я всё равно не могла рассмотреть — свет прятал его в полутени. — Кто ты? — спросила я, хотя сердце шептало: я уже знала. Он наклонил голову, будто сдерживая улыбку. — Ты знала меня. Когда-то. Я шагнула ближе. Он стоял на краю вспыхнувшего узора, и его ботинки задели одну из светящихся нитей. Та дрогнула, будто живая, и на мгновение пронзила пространство волной сияния. — Ты… приходишь в мои сны? — выдохнула я. — Нет. Это ты приходишь в мои. Слова обожгли неожиданной правдой. Он говорил без обвинения — будто констатировал факт, который для него давно очевиден. Я хотела спросить что-то ещё, но воздух дрогнул, и перед нами возникло что-то похожее на человеческий силуэт. Прозрачный, светлый — тень души. Она колыхалась, будто не могла найти себе место. Мужчина смотрел на неё тяжело, но с болью, будто видел это много раз. — Ты пыталась спасти его, — произнёс он тихо. — И каждый раз принимала свою боль за его. Я не понимала. Не знала, о ком идёт речь. Но сердце болезненно сжалось, будто узнало правду раньше меня. — Почему я не помню? — спросила я. — Почему этот сон… такой знакомый? — Потому что когда-то ты умела видеть больше, чем другие. И любила сильнее, чем тебе разрешали. Он поднял руку — медленно, осторожно, так, будто боялся спугнуть меня. Его пальцы почти коснулись моего лица, но я опять не увидела его глаз — только отражение света в них. — Ты потеряла слишком многое, чтобы помнить всё сразу, — сказал он. — Но память всегда находит путь обратно. Пусть даже через сны. Я чувствовала, как туман сжимается вокруг нас. Как линии под ногами мерцают быстрее. Как душа, похожая на дрогнувший свет, исчезает у меня на глазах. — Скажи… — я сделала шаг к нему. — Ты… был рядом со мной? Раньше? Он молчал долго. Слишком долго. А потом произнёс: — Я никогда не уходил. Голос был низким, почти хриплым, будто он сдерживал что-то слишком личное. И в этот момент я увидела — только на мгновение — его глаза. Глубокие, золотистые. Такие яркие, что свет внутри них разлился по пространству, разгоняя туман. Глаза, от которых защемило сердце и будто бы вернулась часть той боли, которую я не помнила. — Кто ты… для меня? — прошептала я. Он протянул руку и коснулся моей щеки. Тепло от этого прикосновения было почти невыносимым — таким настоящим. — Тот, кого ты когда-то выбрала. И тот, кто всё ещё ждёт, когда ты вспомнишь. Мир начал рушиться — сон рассыпался светлыми осколками. Линии под ногами погасли. Туман стал исчезать. — Подожди! — я попыталась шагнуть к нему. — Не уходи! Он успел сказать только одно, прежде чем сон оборвался: — Я найду тебя, Лили. Даже если ты снова меня забудешь. И я проснулась — с ощущением чужого тепла на коже и слезами, которые не успела понять.