— Если я уеду… — начала я, и мой голос звучал неуверенно, — ты отпустишь? По‑настоящему? Без слежки, без… этого? — Я жестом обвела пространство между нами — пульсирующее поле страсти, где каждое движение отзывалось электрическим разрядом под кожей.
Его глаза сузились. В них мелькнула тень — не гнева, а чего‑то более глубокого, почти раненого. На долю секунды маска хладнокровия дала трещину, обнажив то, что он так старательно прятал.
— Я не тюремщик, — буркнул грубо, но тут же смягчил тон, одумался. — Да. Отпущу. Дам тебе новые документы, деньги, проводников до безопасного места. Ты исчезнешь. Навсегда.
— А если нет? Если я выбираю Аяза?
Воздух в комнате замер. Словно само время остановилось, затаив дыхание. Вопрос, который я задала, был не просто выбором между двумя мужчинами. Это был
