Сеанс с Дьяволом

4

Эммануэль

Эммануэль

Настоящее

Смотрю в глаза психиаторши. Какая-то она слишком правильная. Таких людей не бывает. Слишком опрятная, слишком прямо сидит, слишком без эмоциональна. Она в общем и целом СЛИШКОМ.

Под толстой оправой очков и стекла она прячет свои глаза, довольно интересного цвета. Они серые, как грозовые тучи. И ее сощуренный взгляд и сжатые у переносицы брови дают ей очень грозный вид. Но она слишком хрупкая телом, и миловидна. Черты лица аккуратные. Губы бантиком. Пухлые. Такие я люблю. Она вся в моем вкусе.

На ней приталенное платье. Не могу разглядеть фигуру, но ножки прямые. Не слишком высокие каблучки. Девушка больпе походит на учительницу иностранного языка.

Анна Левиц. Имя такое же чопорное, как и сама она.

Но она слишком молода. Если бы не ее речь, я бы даже сказал неопытная. Говорит она уверенно, спокойно. Делает, какие то заметки с задумчевы видом. Как будто она может разобраться в моей ситуации.

Она не первый мой доктор. Да и уверен не последний. Они все хотят помочь мне забыть, то что я не помню на самом деле. Сначала надо вспомнить. А делать этого я не хочу. От слова совсем.

О моих снах я рассказал, потому что не думаю что в этом есть что-то секретное, но дальше раскрывать ей свою душу я не намерен. Сны не связаны с реальностью. Они лишь плод нашей фантазии. Может я вижу то чего и не было вовсе в прошлом, а может и было но моя детская фантазия утрировала все.

Анна облизывает свои губы, и делает глоток из стакана, после машинально проходит по губам языком. Она действует машинально, но мне хватает и мига, чтоб нарисовать в голове грязные сцены с ее участием.

На миг зависаю. А губы у нее зачетные. Такие прям в самых раз, чтоб охватить мой ч…

— Сеньор Рицонни, у вас такой блаженный вид, — замечает она и ставит меня в неловкое положение, — вы вспомнили, что-то приятное из детства?

— Скорее фантазировал о будущем, — сухо отвечаю я, одевая маску безразличия обратно.

— Поделитесь?

— Не думаю, что Ваши девичий слух готов к такому, — слегка приподнимаю уголок губ, я всегда так делал, когда вел себя саркастично.

— Это хорошо, — умозаключает она с важным видом, делая очередную пометку в блокноте, — значит вы не так напряжены здесь и сейчас.

— Я не был напряжен с самого начала, — зачем-то оправдываюсь я.

Я никогда и не перед кем не оправдываюсь, но девица словно роется у меня в мозгах.

— Продолжим? Или вы желаете оставить все для следующей встречи?

— Вряд ли она состоится, — искренне отвечаю я.

— Почему же? — Анна опускает очки на кончик носа, и смотрит на меня без очков.

Она слегка морщится. Ее маленький носик забавно подергивается. Эта девушка слишком милая для такой работы. Да и это платье ей совсем не к лицу. Опять ловлю себя на мысли, что шастаю взглядом по ее ножкам.

Да что ж такое. Я взрослый мужчина, который довольно удовлетворен в сексуальном плане. Я мягко говоря не нуждаюсь в сексе. Его у меня в переизбытке, но сейчас я явно вспомнил свой пубертатный период.

— Потому что, я не нуждаюсь в мозгоправе, милая Анна, — откидываюсь на спинку кресла, планируя этот вечер с ней.

Я не нуждаюсь в докторе. А вот в спутнице на вечер, возможно. Думаю Анна слишком консервативна для отеля и ее я поведу в одну из своих квартир, или же в домик на море. Ехать столько ради секса, стоит ли она таких усилий?

— Вы не видите во мне профессионала, — догадывается она, прерывая мои мысли.

Но по ее лицу видно, что это ее не особо расстроило. Наоборот, раззадорило еще больше.

— Верно, — щелкаю пальцами в воздухе.

— Тогда, к черту все формальности, Эммануэль, — она откладывает свой блокнот, и даже окончательно снимает очки, так она выглядит в разы сексуальней, — я скажу следующее: твоя оборонительная позиция и инфантильное поведение, признак лишь одного, что ты так и не проработал свою травму, и прячешься под маской все дозволенного мудака. Но в глубине души ты лучше меня знаешь: ты нуждаешься в помощи, и не важно в моей или другого специалиста. Ты хочешь элементарно спать спокойно по ночам, не вскакивать с криками или еще хуже паля пушкой на лево и на право. Тебе хочется забыть картину, которую ты все же видел, но твой разум пытается обмануть тебя. Навязать другую действительность. Что ты так и остался в ванной, так и не увидел того, чего видеть априори не должен был видеть, — она зло заправляет выбившуюся прядь своих светлых волос за ухо, — ты все тот же испуганный, семилетний мальчик. И если ты думаешь, что ты один такой единственный и травмированный, тогда добро пожаловать в иной мир, где полно людей, которые прошли через большее, но нашли в себе силу побороть это, а не прятать голову в песке.

Она глубоко задышала полной грудью, после своей пылкой тирады. Она не похожа на итальянку. Слишком светлая кожа, прозрачная. Волосы русые, как выгоревшее пшено на солнце. А глаза, святая Мадонна, этими глазами можно убивать.

Я ничего ей не ответил на ее выпад, даже пропустил мимо ушей слово на букву "м". Я не ошибся в ней. Она молода, и вспылчива, как бы не старалась сдерживаться.

— А теперь попрошу освободить мой кабинет, меня ждет следующий пациент.

Она гордо встает со стула, направляясь к своему рабочему столу, который находился позади нас. Он такой же стерильно чистый, как и все вокруг. Даже нет ни одной ручки для приличия.

В голове крутятся ее слова. Они били точно в цель, сильнее пуль. Я даже не хочу оторвать ей голову, за то, что назвала меня трусом, да и не только. Я понимаю, что это была профессиональная уловка, посмотреть на мое поведение со стороны. Но давайте признаем, что она справилась с этим на10 из 10.

— Встретимся завтра, в 18:00, — встаю с места и поправляю свой пиджак.

Она оборачивается ко мне, застывая на месте. На лице никаких эмоций. Но они мне и не нужны. Я все вижу в глубине ее серых глаз, которые загорелись любопытством и возможно еще чем-то, что мне предстоит еще выяснить.

Покидаю ее кабинет с тяжелым сердцем.

Сажусь в машину и приказываю отвезти меня в клуб. Мне нужно выпить. Развеяться.