Хозяева моих теней

Глава 13

Влад

Неделю назад

Прошло три дня — три дня в липком, сладком тумане, который я сам себе воздвиг. Но реальность, как холодный сквозняк, всегда находит щель в самом крепком фундаменте. Я больше не мог прятаться. Мое отсутствие затянулось сверх всякой меры, и тишина в эфире стаи стала оглушительной.

Я собрал остатки воли в кулак. Это было самое тяжелое решение в моей жизни — выйти за порог этой квартиры, оставив за спиной женщину, которая стала моим личным наркотиком.

— Пообещай мне. — я перехватил Риту в коридоре, сжимая её плечи сильнее, чем следовало. — Пообещай, что до моего возвращения ты не выйдешь на улицу. Ни в магазин, ни за почтой, ни на балкон. И двери… Рита, клянусь, если ты откроешь хоть кому-то, кроме меня, всё закончится очень плохо.

Она посмотрела на меня своими огромными, затуманенными глазами, в которых медленно проступало осознание реальности.

— Влад, ты пугаешь меня. Что происходит?

— Просто пообещай. Ради своей архитектуры, ради жизни, ради всего, во что веришь. Сиди тихо.

Дождавшись её кивка, я вылетел из подъезда. Я бежал к лесу так, будто за мной гнались все черти ада. Овраг встретил меня запахом тлена и сырости — там, под кустами малинника, всё еще лежали мои вещи. Переодеваясь прямо в зарослях, я чувствовал себя так, будто возвращаюсь в старую, пропотевшую кожу воина.

Я взял в руки телефон. Несколько секунд я просто смотрел на черный экран, понимая, что как только нажму кнопку «Power», мой мир в однушке перестанет существовать.

Экран вспыхнул. Телефон тут же задрожал в руках — уведомления о пропущенных звонках посыпались сплошным каскадом. Сто тридцать два вызова от Стаса. Пятьдесят восемь от Сани. Десятки сообщений от Петра.

— Черт.— выдохнул я.

Стас наверняка рвет и мечет. Пропажа Альфы, правой руки, в чужом городе — это повод для начала полномасштабной войны. Он хоть и глава, но человек неглупый и, что важнее, своих не бросает. У Стаса была совесть. У него было то самое благородство и даже местами жалость, которые опытные Альфы обычно прячут под броней. Именно на этих остатках его человечности я планировал сыграть. Это был мой единственный выход. Единственный способ обезопасить Риту от участи общего трофея — превратить её поиск из охоты стаи в личное дело Альфы.

Я набрал номер Стаса. Трубку сняли на первом же гудке.

— Ты где, сучий сын?! — голос Стаса ударил по ушам, как раскат грома. — Ты хоть понимаешь, что мы уже подняли на уши местную стаю? Саня с Петром готовы жечь этот город квартал за кварталом, чтобы найти твое тело! Если это шутка, Влад, я сам тебя придушу!

— Стас, замолчи и слушай. — я старался говорить ровно, хотя сердце колотило в ребра. — Перестань орать. Войну отменяй. Я жив.

— Ты жив?! Ты пропал на неделю без единого знака! Ты знаешь, чего мне стоило удерживать наших от нападения? Где ты был?

Я глубоко вдохнул воздух, пахнущий лесом и дождем, прежде чем произнести слова, которые изменят всё.

— Стас, я нашел её. Я нашел Обреченную.

На том конце провода повисла такая мертвая тишина, что я услышал, как бьется сердце моего вожака сквозь километры связи. Тяжелое, мощное дыхание Альфы стало прерывистым.

— Повтори, — выдохнул Стас. Голос его мгновенно изменился. Весь гнев испарился, сменившись ледяной, расчетливой сосредоточенностью.

— Обреченная у меня. И нам нужно поговорить. С глазу на глаз, Стас. Без Сани, без Петра и тем более без лишних ушей местных. Я сейчас скину координаты заброшенной лодочной станции у реки. Приходи один.

— Влад, если ты решил играть в свои игры…

— Никаких игр. Речь идет о чем-то более важном, чем наши границы. Просто приди.

Я сбросил вызов. Руки дрожали. Я только что поставил на кон не только свою жизнь, но и жизнь Риты. Я собирался выторговать её свободу у самого сильного существа, которое знал. И плата за это могла оказаться непомерной.

Лодочная станция встретила нас скрипом ржавых цепей и запахом стоячей речной воды. Стас приехал быстро. Он вышел из машины, и воздух вокруг него мгновенно стал тяжелым — аура Альфы давила на легкие, заставляя инстинкты кричать о подчинении.

Он подошел вплотную, и я увидел, что его глаза еще подернуты золотом после недавней ярости.

— Адрес. — бросил он вместо приветствия. Голос был как удар хлыста. — Говори, где она, и мы закончим этот цирк.

— Нет. — я заставил себя смотреть ему прямо в глаза, не отводя взгляда. — Адрес ты получишь только тогда, когда мы договоримся.

Стас шагнул вперед, сокращая дистанцию до минимума. Его кулаки сжались.

— Ты забываешься, Влад. Ты ставишь условия своему вожаку ради девки? Ты понимаешь, что я сейчас могу просто вытрясти из тебя душу?

— Можешь, — кивнул я. — Но тогда ты потеряешь ее. И я сейчас не о теле. Стас, она — не просто ценная самка. Для меня важно, чтобы она осталась человеком, а не стала общим трофеем, который пустят по кругу до полного изнеможения. Она ранена. У нее был рак, Стас. Она пустая внутри, у нее нет будущего, на которое рассчитывает стая при поимке Обреченной. Но ее дух… он сильнее нас всех.

Я вытащил телефон и показал ему фото. Рита у окна. Бледная, с острыми скулами, с этим взглядом, в котором застыло ледяное безразличие к смерти.

Стас выхватил телефон, долго всматривался в экран, а потом разразился длинным, грязным матерным монологом. Он мерил шагами причал, взлохмачивая волосы. Его ломало — жажда обладания таким редким экземпляром боролась с остатками его чести и той самой жалости, на которую я уповал.

— Обреченная с пустым нутром… — прорычал он. — Какая ирония. Но магия есть магия, Влад. Ты же знаешь закон. Я не могу просто оставить ее тебе. Стая не поймет. Начнется бунт, Саня и Петр первыми перегрызут тебе горло, если узнают, что ты скрыл от них такой источник кайфа.

Он остановился и посмотрел на реку. Тишина затянулась. Наконец он повернулся ко мне.

— Слушай мои условия. Я гарантирую ей безопасность. Полную. Никто не тронет ее волос после того, как всё закончится. Но перед этим… — его глаза хищно блеснули, — я сам ее опробую. Я глава, и я не упущу такой шанс. О таком сексе слагают легенды, и этот опыт выпадает не каждому вождю раз в столетие. Я пойду первым. К тому же, ты сам знаешь, она дает силу.

Я сжал челюсти так, что зубы заскрипели, но промолчал. Это была цена.

— Чтобы избежать внутренней войны, — продолжил Стас, — ее должны поиметь все Альфы. Нас меньше десяти. Ты знаешь биологию: магия Обреченных не вечна. После нескольких соитий запах перестает действовать на конкретного волка, одержимость проходит. Альфы будут пользоваться ей, пока не потеряют интерес. Как только магия спадет и их отпустит — она свободна. Мы дадим ей место на нашей территории в Питере, пожизненное довольствие и защиту от любой угрозы до конца ее дней. Это самое щедрое предложение, которое ты можешь получить.

Я чувствовал, как внутри меня всё умирает от образа Риты в их руках. Но это был единственный способ сохранить ей жизнь. В стае она была бы под защитой закона, а не просто случайной жертвой Реми.

— Согласен. — выдавил я, чувствуя вкус крови во рту — я прокусил губу.

Стас внимательно посмотрел на меня. Его гнев утих, сменившись странным, почти сочувствующим любопытством.

— Скажи мне одну вещь, Влад, — тихо спросил он. — К чему такие сложности? Зачем ты подставил свою голову под топор ради нее? Неужели ты… ты признал в этой сломанной девчонке пару?

Я замер. В памяти пронеслись три дня в ее квартире, тепло ее кожи, ее тихий шепот и этот невыносимый запах патоки, который стал моим воздухом. У ворот ада не лгут.

Я просто кивнул.

Стас шумно выдохнул, покачал головой и хлопнул меня по плечу.

— Тогда молись, чтобы она выдержала нас всех, дезертир. Адрес. Живо.