Второй шанс Луны

— Мисс Фиби! Мисс Фиби! Хор возбужденных визгов приветствовал ее, когда она вошла в кухню. Фиби улыбнулась, опустившись на колени, когда десять маленьких щенков в возрасте от четырех до тринадцати лет бросились приветствовать ее. Она рассмеялась, крепко обнимая каждого из них и потирая носы с теми, с кем была особенно близка. - Большое спасибо, что взяли их сегодня, — сказала одна из волчонок, неся двухлетнего ребенка. Фиби встала, принимая щенка, который хихикнул над ней. - Это совсем не проблема. Это моя любимая часть дня. Ладно, все, пойдем на охоту за травами! - Ага! - Фиби отогнала щенков от вьюга и повела их в лес. Так начинались все ее дни с момента отказа. * * * Стая Римрок была расположена в юго-западном углу штата Вашингтон, примерно в сорока милях от горы Рейнир. Всего в нескольких милях к северу находился город с таким же названием. Город и стая существовали здесь так долго, что никто не помнил, какой из них был основан первым. Несмотря на это, стая использовала город для многих своих нужд, включая покупки и обучение, хотя их щенкам иногда было трудно приспособиться к школе, управляемой людьми. Члены стаи, которые учились в колледже, обычно добирались только до Сиэтла или, реже, до Портленда. Фиби не стала исключением. Их стая была не слишком большой, около четырехсот человек, респектабельный размер, заботливо взращенный их предыдущим Альфой. В то время как большинство членов стаи жили в стае, Фиби все еще жила в маленьком домике, который она когда-то делила со своими родителями. Она не была омегой, но и не входила в число высокопоставленных членов. Как и большинство членов стаи, она была одной из незваных масс: безымянных винтиков, без которых стая перестала бы функционировать. Ее родители были обреченной парой и не состоящими в ранге членами клуба, хотя и не без своего собственного престижа. Ее мать была главным поваром, а отец — главным садовником, отвечающим за сады, а также наставником для прихожан, испытывающих трудности с учебой, поскольку он был одним из немногих с высшим образованием. Стандарты человеческой красоты мало что значили для волков, которые больше склонялись к сладострастным профилям. Высокопоставленные волки были подтянутыми, мускулистыми и агрессивными, будь то самцы или самки, особенно если они были воинами. Неранговые члены ниже них не были такими сильными в плане мускулов, но все же физически сильными. Ниже них омегам не хватало физической доблести и выносливости. Хотя у них не было шансов в битве с высокопоставленным волком или даже с самыми неранговыми волками, омеги все равно были намного сильнее людей. Будучи членом без рейтинга, Фиби была средней. Она была среднего роста, хотя и несколько миниатюрная по волчьим меркам. Ее фигура была приятно пышной, как и у большинства волков, у нее была грива густых мышино-каштановых волос, которая доходила чуть ниже плеч, хотя ее кожа была бледной. Ее единственной заметной физической особенностью были серебристо-серые глаза. Фиби была посредственна во всех отношениях, кроме своей волчицы. Волчьи духи обычно пробуждаются в подростковом возрасте. Чем сильнее волк, тем скорее он появится. Альфы, беты и некоторые гаммы пробуждаются уже в шестнадцать лет, в то время как омеги могут проснуться уже в двадцать с небольшим. Волк Фиби проснулся, когда ей было пятнадцать лет. Фиби глубоко спала, когда Мани внезапно разбудил ее. Сказать, что она была удивлена, было бы мягко сказано, но Мани оказалась отличной компанией для братьев и сестер волчьих сан. Еще больший сюрприз ждал Фиби в первое полнолуние после ее шестнадцатилетия. Мани разбудил ее глубокой ночью и настоял, чтобы она вышла в лес за домиком своих родителей. Сонная и растерянная, Фиби, тем не менее, повиновалась указаниям своего волка. Выйдя на улицу, она встретила восходящую полную луну, но ее внезапно охватила мучительная боль, когда ее суставы лопнули, а кости удлинились и выровнялись. Шерсть ощетинилась, покрывая ее тело, а нос удлинился до морды. Мани уговаривал ее пережить боль, убеждая не сопротивляться и поддаться своим волчьим инстинктам. После мучительного часа Фиби стояла на четырех мягких лапах. — Посмотрим ли мы сами? — предложила Мани, подведя их к кромке воды ближайшего пруда. Глядя на их отражение, Фиби увидела серебристо-белого волка. Их шерсть практически светилась в лунном свете серебристо-голубыми глазами, которые переливались, как вода. - Мы красивые. — Да, это так. Пойдем на пробежку. Фиби позволила своему волку взять верх. Они потянулись и понюхали холодный, чистый воздух, прежде чем помчаться в лес. Было приятно бежать, чувствовать ветер в шерсти и наполнять легкие. Все закончилось слишком рано, и они вернулись домой. Мани уговорил ее вернуться в другую смену, и они благополучно вернулись в постель до восхода солнца. По какой-то причине Мани настаивала на том, чтобы держать их раннюю смену в секрете, и обычно молчала глубоко в глубинах сознания Фиби, чтобы другие не почувствовали ее. Фиби не стала спорить, хотя и была в замешательстве, так как первая смена была важным обрядом посвящения для каждого оборотня. Еще более запутанным был ее волчий окрас. Серый цвет был довольно распространенным явлением, но Фиби никогда не слышала о серебряном волке. Даже Мани не мог объяснить, или, по крайней мере, не хотел этого делать. Отчаянно пытаясь найти ответы, Фиби проводила долгие часы в библиотеке упаковочного цеха, а также в кабинете своего отца, исследуя историю оборотней и серебряных волков, но безуспешно, пока не нашла книгу с историей об оборотнях. Согласно ей, серебряные волки встречались еще реже, чем белые. Они были волками пророчеств и считались предвестниками хаоса и потрясений. Мани отмахнулся от описания книги. - Вы слишком много читаете, - но отказался дать какие-либо окончательные объяснения. Странно было думать, что ее собственный волк будет хранить от нее секреты, но без чьего-либо совета Фиби отпустила это. Фиби думала, что скрытная натура ее волка заключается лишь в том, чтобы скрыть свое раннее пробуждение, но по мере приближения своего восемнадцатилетия Мани не выказывала никаких признаков раскрытия себя. Насколько другие могли понять, она была безволчной, что привело к остракизму и издевательствам. Она не особенно возражала против этого, и Мани забавляли попытки стаи высмеять их. Это было легко игнорировать, и она сосредоточилась на учебе, чтобы закончить школу раньше и поступить в колледж. Она предположила, как и большинство волчиц, что все обретет смысл, как только она найдет своего спутника, данного Богиней. Ее родители были обреченными супругами, и она никогда не сомневалась в их любви и преданности друг другу. Это было мило, и она с нетерпением ждала возможности найти свое. Она и не подозревала, что реальность будет далека от ее мечтаний. Она познакомилась со своим супругом, когда ей был двадцать один год и она только что окончила колледж. За четыре года учебы Фиби редко возвращалась в стаю. В первую неделю после окончания школы Фиби сидела на качелях на крыльце коттеджа и тихо читала книгу, когда внезапно появился ее пара. Грэм был сыном их льфы и ему было суждено стать их будущим лидером, поэтому отец отправил его за границу посещать единственную в мире школу Альфа . По словам отца Фиби, школа была очень эксклюзивной, принимая только сыновей и дочерей Альф из самых высокопоставленных стай. Стаи ранжировались на основе истории, размера, коллективного богатства и относительной силы родословной Альфы. Критерий был расплывчатым, и ее отец сказал, что стая Римрока едва ли соответствовала требованиям. Посещение школы ни в коем случае не было обязательным. Стаи самого высокого ранга обычно избегали этого и предпочитали тренировать своих наследников внутри стаи. Но это не значит, что у них не было преимуществ. Несмотря на количество стай, разбросанных по всему миру, сообщества оборотней, как правило, были очень замкнутыми. Они редко взаимодействовали со стаями за пределами своих ближайших соседей. Посещая школу, будущие Альфы и Луны имели возможность встречаться с другими людьми далеко за пределами своих обычных территорий и заводить союзников, в дополнение к практическим занятиям по управлению стаей, управлению финансами и поддержанию территории. Это также помогло им найти потенциальных партнеров, так как Альфам и многим Бета обычно было трудно найти своих обреченных пар в своих собственных стаях. По словам ее отца, в прошлом стаи больше смешивались, поэтому высокопоставленным членам стаи было легче найти свои пары, данных Богиней, но по мере того, как стаи становились все более изолированными, это становилось все труднее. В то время как некоторые считали это совпадением, Фиби не могла не думать, что сама Богиня Луны говорила своим детям, что им нужно изменить свой образ жизни. Поскольку Фиби досрочно окончила среднюю школу и уехала в колледж раньше своих сверстников, она мало общалась со своим будущим Альфой. Судя по тому, что она видела о нем, он был типичным молодым волком, управляемым своими гормонами, который поддерживал различные отношения на протяжении всей школы, не обращая особого внимания на привязанности. Она думала, что ему не помешало бы немного повзрослеть, как и Мани. Когда Фиби услышала, что их юный Альфа вернулся с учебы, она избегала его приветственной домашней вечеринки, которая, по словам ее отца, превратилась в пьяную беспорядочность, которому пришлось убирать ее на следующее утро. Весь день в Мани было тихо. Фиби не ожидала никаких драматических событий, когда вдруг почувствовала запах вечнозеленого дерева и шоколада. Сочетание было приятным, если не слишком возбуждающим, но она понимала, что это значит. Подняв глаза, Фиби обнаружила, что смотрит на будущего вожака своей стаи. Сказать, что она была удивлена тем, что ее спарили с Альфой, было мягко сказано. Мани немедленно двинулся вперед, желая встретиться с их парой, но почти так же быстро отступил, фыркнув. - Не волнуйся, Фиби. Я защищу нас. — Что ты, — внутренний протест Фиби затих, когда она снова посмотрела на свою пару. Его смущенная хмурость превратилась в холодную хмурость. Она наклонила голову набок, мгновенно насторожившись. - Ты должна быть моей парой? — спросил Грэм. - Луна должна быть сильной, высокой и красивой, а ты... — Средняя, — ответила Фиби. - Чертовски ты прямая! — прорычал Грэхем. — Без волка? Вы что, шутите? Фиби поморщилась. Она понимала его замешательство, но его возмущение было чем-то другим. Богиня не выбирала их супругов случайным образом. Так же, как их волчьи духи были их центром, их пары были их вторыми половинками. Только вместе они были полноценными. По крайней мере, так учили ее родители. — Как тебя зовут? — спросил Грэм. - Фиби Луан, — ответила она через мгновение, уже предвкушая его следующий шаг. - У вас нет волка, так что это совсем не повредит, — сказал Грэм в качестве предостережения. - Я, Грэм Арчер, будущий Альфа Стаи Римрока, отвергаю тебя, Фиби Луан, как свою пару и Луну. Фиби наклонилась вперед и всхлипнула, когда острая боль пронзила ее грудь. Ее книга упала на землю, когда она обняла себя, и ощущение жжения распространилось по ее конечностям. Казалось, что ее пронзают сотнями игл. — Поторопись и прими это, или это будет только больнее, — фыркнул Грэм, недовольный ее драматизмом. - Я, Фиби Луан, прими свой отказ, — выдавила она из себя. Боль ослабла до тупой боли, похожей на изжогу. К ее удивлению, Грэм внезапно наклонился и застонал от боли, когда их связь оборвалась. Возможно, это было жестоко, но она была рада, что страдает не одна. Медленно выпрямившись, он усмехнулся над ней, прежде чем поспешно уйти. — Мани? С тобой все в порядке? - Я буду. Мы будем. Богиня Луны любит нас. - Если она любила нас, почему она сделала его нашим спутником жизни? - У нее есть свои причины. Вот увидишь. Фиби думала, что худшее уже позади, но ее ждал еще один сюрприз. Через две недели после ее отказа Кристи приехала с Грэмом, объявив ее своей Луной. Их церемонии Альфа-наследования и Луны проводились в тандеме в следующее полнолуние. Фиби послушно помогала с подготовкой, но отказалась присутствовать на церемонии, хотя посещение якобы было обязательным, чтобы стая могла присягнуть на верность своей новой Альфа-паре. Она справилась, притворяясь больной, чего никогда раньше не делала. Мани предложила бежать, предосторожность, которая оказалась полезной, когда ее внезапно накрыла боль, когда ее пара заметил еще одну. Несмотря на разрыв их связи, Фиби страдала всякий раз, когда Грэм и его избранница были вместе. Она надеялась, что отмена наконец положит конец боли, но она продолжала оставаться, медленно тупясь с течением времени. Фиби держалась на расстоянии, за исключением тех случаев, когда это было абсолютно необходимо. Она знала, что ее родители задавались вопросом о таком поведении и, вероятно, догадывались, почему она это сделала, но они уважали ее частную жизнь и не допрашивали ее напрямую.