Их проклятая пара

Реми Я очень устала от этой простуды. Я сморкаюсь в салфетку, прежде чем выбросить ее в мусорное ведро, и достаю из кармана фартука бутылочку с антисептиком. Мне просто жутко не везёт. Серьёзно, праздники — обычно это куча клиентов и хорошие чаевые, а я тут болею. Я вздыхаю, пытаясь снять давление в лице. Не было бы так плохо, если бы в эти выходные мне не пришлось отработать четыре двойные смены подряд. Мне позарез нужны деньги, иначе я бы не взяла столько смен сразу. Живу я одна, и это не так уж и плохо, учитывая, что мне двадцать, но я одна с самого шестнадцатилетия. Череда неприятных событий привела к тому, что родители выгнали меня из дома. С тех пор я их не видела и не говорила с ними. Не то чтобы я полностью их виню — мои обстоятельства стали для них огромным разочарованием. Но даже после четырёх лет самостоятельной жизни легче не стало. Сейчас я работаю в довольно популярном кафе. В городе много дорогих ресторанов, которые привлекают клиентов, но это заведение уже много лет любимо посетителями. И именно атмосфера заставляет их возвращаться. Я засовываю антисептик обратно в карман фартука, достаю блокнот для заказов и расплываюсь в улыбке. Хотя нос, наверное, красный от постоянных сморканий, я знаю: угрюмая официантка не получит столько чаевых, как жизнерадостная. Я выхожу из кухни и направляюсь к новым посетителям. Судя по всему, это деловые люди — их одежда стоит, как моя годовая зарплата. — Здравствуйте! Меня зовут Реми, и сегодня я буду вашей официанткой. Может, начнём с напитков? — говорю я сладким голосом, подходя к столу. За ним сидят трое мужчин и одна женщина. Один из мужчин, со светлыми волосами и ярко-голубыми глазами, одарил меня ослепительной улыбкой. — Привет, Реми. Крутое имя. Я бы не отказался от кофе, если ты не против, — говорит он. Этот мужчина просто излучает энергию. — Конечно! Только что заварили свежий кофе! Кто-нибудь ещё хочет кофе? — я оглядываю остальных и замечаю, что двое других мужчин за столом выглядят почти одинаково. Один смотрит на меня с любопытством, а второй хмурится, совсем не глядя на меня. У обоих тёмные густые волосы. Тот, что с любопытством на меня посмотрел, выглядел так, будто совсем не заботился о своих густых локонах. Виски были коротко подстрижены, а макушка соблазнительно ниспадала. Хмурый же уложил свои волосы, хотя стрижка у них схожая. — Да, нам обоим кофе, — говорит женщина, кивая на хмурого мужчину рядом. — Калдер? — обращается она к тому, кто смотрит на меня и похоже, это выводит его из задумчивости. — А, да. Эм, пожалуй, просто воду, — говорит он, не отрывая от меня глаз. — Хорошо, три кофе и вода. Даю вам ещё минутку с меню, прежде чем приму заказ. Что-нибудь ещё? — я оглядываю стол. Несмотря на мои попытки быть весёлой, атмосфера напряжённая. А взгляд одного из них меня смущает. — Всё в порядке. Спасибо, Реми! — говорит светловолосый. Я киваю и разворачиваюсь чтобы уйти. Я снова направилась на кухню, где встретила Джесси. — Твой столик выглядит немного напряжённым, но, наверное, даст хорошие чаевые, — сказала она. — Как твоя простуда? — Ужасно, — ответила я, хватая очередную салфетку, чтобы высморкаться. К концу смены мой нос будет раздражён до красноты. — Не знаю. Один из них всё время странно смотрит на меня. За другими моими столиками сидят семьи, так что, по крайней мере, они ведут себя хорошо, — сказала я с легким смешком. Обычно я легко нахожу общий язык с людьми. Я почти всегда могла успокоить клиента. Иногда даже другие официантки звали меня на подмогу, если у них были разгневанные посетители. — Тебе повезло. У меня за одним столиком свекровь ненавидит невестку, а за другим — невоспитанные дети то и дело проливают напитки, — сказала она. Я только сейчас заметила, что передняя часть её одежды была в мокрых пятнах, похожих на газировку. — Невезуха. Нужна помощь? — спросила я. — Нет, всё в порядке. Ты и так больная, да ещё четыре сдвоенные смены подряд. Я пока справлюсь, — ответила она. — Точно не хочешь, чтобы я сбегала в аптеку за лекарствами? Ты выглядишь так, будто вот-вот упадёшь в обморок… — добавила она. Я знала, что она просто беспокоится. Джесси была моей лучшей подругой на работе. За пределами заведения мы не особо сближались, но приятно было иметь человека, с кем можно поболтать в перерывах. — Нет, я уже принимала пару часов назад. Следующую дозу можно будет только через какое-то время, — сказала я, благодарная за предложение. — Ладно, если передумаешь, я освобожусь через час, как только обеденный наплыв стихнет, — сказала она, беря поднос и направляясь к двери. Я снова вздохнула, потирая виски. Была только пятница. После праздничных выходных мой единственный выходной на следующей неделе — вторник. Я наполнила кофейник, взяла кружки и стакан воды, поставила всё на поднос и захватила десерт для другого столика. Сначала я отнесла десерт, а затем вернулась за напитками для той четвёрки. Светловолосый парень снова сияюще улыбнулся. — Спасибо, — сказал он, когда я расставила напитки и налила кофе. — Кстати, меня зовут Джентри. Это Калдер, это Хайме, а это угрюмый товарищ — Каллен, — представил он всех. — Приятно познакомиться. Вы уже готовы сделать заказ или вам нужно ещё немного времени? — спросила я. Странно, что он просто так назвал все их имена. — Думаю, мы готовы! Я бы с радостью взял бургер со всеми начинками и картошку фри, — сказал Джентри и казалось, что улыбка не сходила с его лица. Я приняла заказы остальных. Снова, девушка, Хайме, заказала за угрюмого Каллена. После чего я вернулась на кухню, чтобы передать их заказ. В моей секции появился ещё один столик, так что я занялась приёмом заказов на напитки и обслуживанием других гостей. Пока еда для той компании не была готова, я решила заскочить в туалет. В очередной раз высморкалась и плеснула на лицо прохладной воды. Мне становилось жарко, и я начала беспокоиться, не поднимается ли температура. Я промокнула лицо бумажным полотенцем и вышла из туалета. Когда я вышла в узкий коридор, где находились оба наших туалета, я врезалась в чью-то твердую мужскую грудь и отступила назад, потирая свой и без того больной нос. — Простите… — начала я, подняв глаза и встретившись взглядом с парой серых глаз, полных гнева. Это был Каллен с того столика. Его челюсть напряглась от недовольства, а взгляд стал ледяным. Он сделал шаг в мою сторону, и я отступила, оказавшись прижатой к стене. — Я правда не хотела… — прошептала я. Он был почти на голову выше меня, и мне пришлось смотреть вверх, в его устрашающее лицо. Каллен приблизился еще на шаг, оставив между нами меньше 30 сантиметров. Его руки уперлись в стену, запирая меня между ними. Я чувствовала исходящее от него тепло, которое буквально окутывало меня. Если бы у меня не был заложен нос, я уверена, он бы пах потрясающе. Но по выражению лица этого мужчины, я не могла понять, о чем он думает. — Я… я могу найти вам другого официанта… — растерялась я, не зная, что делать и непроизвольно чихнула. К счастью, я успела отвернуться, чтобы не обрызгать его. Быстро достала из фартука салфетку и промокнула нос. В его глазах на мгновение мелькнуло любопытство, прежде чем они вновь стали жесткими. — Кто ты? — прошептал он. — Простите? — я не поняла. Что он имел в виду? Я официантка в закусочной, да еще и простуженная — разве это не очевидно? Прежде чем я осознала, что происходит, он исчез, и я осталась стоять в коридоре одна. Мне потребовалась секунда, чтобы прийти в себя. Что это вообще было? Джесси высунула голову из-за угла. — А, вот ты где! Еда для тех бизнесменов готова. Помощь нужна? — спросила она, странно глядя на меня. — Нет, я в порядке. Иду, — ответила я, оттолкнувшись от стены. Главное – накормить их и поскорее выпроводить. Когда я принесла их заказ, Каллен упорно смотрел куда угодно, только не на меня. Зато Калдер продолжал кидать на меня эти странные, изучающие взгляды. Только сейчас я заметила, что они с Калленом выглядят совершенно одинаково, за исключением волос и глаз. У Калдера глаза были фиолетовыми и мягкими, в отличие от холодных серых глаз Каллена. Странно, конечно – фиолетовые глаза. К счастью, они поели быстро. Я принесла счет, пожелала им хорошего дня и скрылась на кухне. Еще раз высморкавшись, я обработала руки антисептиком, взяла еду для следующего столика и вышла из кухни. Элли скоро заступала на смену, так что она должна была меня подменить, и я могла бы отдохнуть. Все, чего я хотела, — это посидеть на улице, в прохладе, и на секунду закрыть глаза. Вернувшись за счетом, я обнаружила, что они уже ушли. Открыв папку, я увидела 250 долларов наличными при счете в 52 доллара. Это наверняка ошибка. Я выбежала на улицу, огляделась — но их нигде не было. Я вернулась на кухню, где Джесси и Элли, расставляя напитки на подносы, о чем-то болтали. — Ты чего? — спросила Джесси. — Только что получила 200 долларов чаевых от той группы бизнесменов, — сказала я, все еще не понимая. — Да ладно! — воскликнула она. — Вот бы я пораньше заступила, — сказала Элли. — Ты можешь сейчас принять мой участок? Мне срочно нужен перерыв, — попросила я. Она улыбнулась. — Да, без проблем. Ты кажешься бледной. Перекуси что-нибудь, ладно? — сказала Элли. — Спасибо, — ответила я. Сунув чаевые в карман штанов, я направилась в подсобку за своей сумкой. У меня с собой был термос с куриным супом. Взяв его, я вышла на улицу. В переулке у нас стоял небольшой столик с парой стульев — здесь, когда позволяла погода, можно было отдохнуть от шума,. Повара и официанты часто курили тут, но мне просто нравилось выбираться из душного здания. Я села за столик, прислонившись спиной к прохладной кирпичной стене. Скрестив ноги на стуле, я потёрла шею, пытаясь немного расслабиться. Я чувствовала, что температура поднимается: лицо горело, а остальное тело начинало знобить. Я тяжело вздохнула, мечтая хоть немного избавиться от заложенности. По какой-то причине большие чаевые вызывали у меня странное ощущение. В прошлом году на Рождество кто-то тоже оставил мне щедрые чаевые, но менеджер объяснила, что этот клиент так делает каждый год, поэтому она, каждый раз, старается ставить нового официанта, а я поделилась чаевыми с другими девушками в смене. В этот раз я не приложила особых усилий. Честно говоря, мне следовало уделить им больше внимания. Меня вдруг охватило странное чувство, будто за мной наблюдают. Я открыла глаза и прямо перед собой увидела пару фиолетовых глаз, отчего вздрогнула, резко откинулась и ударилась о стену. — Ой… — пробормотала я, потирая затылок. Его глаза расширились. — Ой! Я не хотел тебя пугать! — прозвучал мягкий, бархатистый голос. — Всё в порядке. Так… чем-то могу помочь? — спросила я, стараясь не звучать грубо, хотя это он уставился на меня. — Пока не знаю, — ответил мужчина, полностью выпрямившись. Теперь, когда он не сидел в кабинке, я разглядела его одежду: элегантная голубая рубашка и тёмно-серые брюки. Даже сквозь одежду было видно, что он в отличной форме — просто идеальной. — Что это значит? — спросила я, с недоумением глядя на него. Он усмехнулся. — Ничего, Реми, — сказал он, проведя пальцем по моему бейджу. Я прикрыла рот, снова чихнув, и полезла в карман за новой салфеткой. — Ты больна? — в его голосе появилась обеспокоенность. — Немного. Но ничего серьёзного, — ответила я, вытирая нос. — Тогда тебе не стоит работать. — Скажи это моему арендодателю. А, погоди! — я полезла в карман и встала, а он отступил, когда я достала те самые 200 долларов чаевых. — Я не могу принять это. Это 400% от суммы! — попыталась я вручить ему деньги. Но мужчина лишь поднял руки. — О нет, я не платил за обед, — ответил он. — Но кто-то из вашей компании заплатил. Пожалуйста, это слишком много, — я снова протянула деньги. Но он засунул руки в карманы, развернулся и, бросив на меня последний взгляд через плечо, молча ушёл. Я смотрела, как он уверенно шагает по переулку и скрывается за углом. В этот момент пискнул телефон, напоминая, что перерыв закончен. Я вздохнула. Что ещё приготовил мне этот день?