Я тебя испорчу

Платон Придерживая входную дверь, стою и смотрю на девчонку с рыжеватыми волосами, на которых поблескивают мелкие снежинки. Она что-то пытается объяснить мне, но мой мозг абсолютно не в состоянии что-либо понять, потому что я нихрена не выспался. — …поэтому я здесь, — заканчивает девушка. Я хмурюсь. По коже бегут мураши от морозного воздуха. — Короче, я не знаю, что тебе надо, — открыв дверь шире, я отхожу. — Просто зайди внутрь и найди мою мать. — Но Ирины Михайловны нет дома, — послушно шагнув в прихожую, лепечет девчонка. — Она сказала, что мне все покажете вы. Вас же Платон зовут, верно? Прислонившись плечом к стене, я лениво разглядываю гостью. Ничего такая, не стремная. Лицо сердечком, пухловатые губы, вздернутый нос. А глаза светло-карие, с длиннющими ресницами, которые достают до бровей. Она похожа на оленя из мультика. Как его там звали? — Вы… Меня слышите? — с неловкостью спрашивает девчонка. — Как звали оленя? — Что? — недоумевает она. — Оленя из мультика, — поясняю я. — Дамбо? Димбо? — Бэмби? — неуверенно предполагает, глядя на меня с ещё большей растерянностью. Я звонко щелкаю пальцами. — Бэмби. Точняк. Девчонка неловко улыбается и отводит взгляд, на миг приподняв и опустив брови. Мы стоим так несколько секунд. Она смотрит в сторону, а я – на нее. Одета чудновато, конечно. Розовая шапка, белая дутая куртка, голубые джинсы с широкими штанинами и черные ботинки на толстой подошве. Мелкая какая-то. И щеки, как у пупса. Из детского сада что ли сбежала? — Может быть, — кидает на меня немного взволнованный взгляд. — Вы все-таки покажете мне дом? — Нахрена? — выгибаю бровь я. — Ну я же говорила, — быстро лепечет она, — я буду временно заменять Ольгу Валерьевну, вашу домработницу. В башке что-то щелкает и я вспоминаю, что мать меня предупреждала об этом ещё вчера. И даже заранее прочитала нотации. «Платон, Люба – хорошая девочка. Ты в ее сторону даже не смотри, слышишь? Скандалы нам не нужны. Просто покажи ей дом и все. Мне надо уехать на встречу с дизайнером.» Что она имела в виду, я так и не догнал. Мне вообще похер на это все. Ну, пришла и пришла. Главное, пусть под ногами не путается и убирает нормально. — Кофейку глотну и покажу все, — отлепившись от стены, решаю я. — Но мой рабочий день уже начался, — растерянно говорит девчонка. — Раздевайся, — продолжаю я, направляясь в сторону кухни. — Проходи в гостиную. И жди. — Мне нужно работать! — отчаянно доносится сзади. — Успеешь ещё поработать, Бэмби, — отмахиваюсь я. — Опусти булки на диван и не беси меня. Мне проснуться надо. — Хорошо, — вздыхает она. — И меня зовут Люба. — Любовь, — задумчиво цокнув языком, произношу я. И, обернувшись, подмигиваю: — Это лучше, чем просто Люба. С этими словами сворачиваю за угод и захожу на кухню. О ногу трется черный комок шерсти, которого я когда-то назвал Компотом. Этот кот мой братан и порой мне кажется, что мы с ним похожи. Оба любим поспать, пожрать и погулять. Правда, он кастрирован, а я нет. Но в этом быть похожим на него я не собираюсь. Ни за что. Спустя пару секунд кухня наполняется ароматом кофе и тихим шумом кофемашины. Подобрав с пола кота, встаю возле окна и наблюдаю за снегом, что тихо кружится на фоне серо-голубого, утреннего неба. — Гулять пойдешь? — перевожу взгляд на морду с наглыми, темно-зелеными глазищами. Компот смотрит на меня, как на ничтожество. В принципе, это его обычный взгляд. — Царь изволит разбрасывать шерсть только дома, да? Ясно, понятно. Мяукнув, кот пытается слезть с моих рук и я благородно его отпускаю на пол. Братан не любит телячьи нежности, он настоящий мужик. Хоть и кастрат. Взяв две прозрачные чашки, наполненные кофе, возвращаюсь в гостиную. Любовь сидит на самом краю дивана и с кем-то переписывается, бегая большими пальцами по экрану телефона. Но, заметив меня, тут же оборачивается и смотрит немного напряженно. Без куртки и шапки она выглядит почти нормально. По крайней мере, есть на что глянуть. Сиськи определенно неплохие – их не скроешь даже за вязаным свитером. Это уже интересно. Хоть глаз радуется. — Кофе, — подходя ближе, протягиваю ей чашку с шикарной, молочно-белой пенкой. — Но я не… — начинает было Любовь. — Пей, — вручаю ей чертов кофе и сажусь рядом, расслабленно развалившись на диване. — Спасибо, — вздохнув, отвечает она, обхватив тонкими, небольшими пальцами чашку. Мы молча пьем кофе. Не знаю, как Любовь, но я кайфую, потихоньку начиная чувствовать себя человеком, а не зомбаком. Надо возвращаться в режим после праздников, но пока не получается. — Где учишься? — кинув взгляд на девчонку, интересуюсь я. Ее губы раскраснелись после кофе. Стали привлекательнее. Я бы их попробовал. Интересно, как быстро она сдастся, если я уложу ее прямо на этом диване? Утренний секс – это приятно. При мысли об этом в паху становится тесновато. Походу, мать специально подбирала прислугу в возрасте, чтобы я не натворил дел. Теперь становится ясно, что она имела в виду, когда просила меня не смотреть в сторону Любы. — Вы меня слышите? — интересуется девчонка. Я отрываю задумчивый взгляд от ее губ и перевожу его на глаза. — Ага. Что ты сказала? Любовь насмешливо улыбается и на ее щеках появляются ямочки. Вау. Ямочки – это круто. — Я говорю, что учусь в университете, на первом курсе, — повторяет она. — Первокурсница, — хмыкаю я. — И как будешь совмещать с работой? — С подработкой, — мягко поправляет меня Любовь. — Ирина Михайловна разрешила приходить после учебы. — Окей, — ставлю чашку с кофе на журнальный столик и поднимаюсь на ноги. — Пошли, я покажу тебе дом. Девчонка кивает. И, кажется, облегченно вздыхает. Встав с дивана, хочет пройти вперед, но я перегораживаю ей путь. Коснувшись ее волос, задумчиво скольжу пальцами по всей длине. Они приятные на ощупь. Мягкие и немного пушистые. — Это рыжий или нет? — спрашиваю, заглядывая ей в глаза. Любовь краснеет. Даже зависает на секунду. А я с интересом наблюдаю за ней. — Это… каштановый, — отвечает она. — Иногда кажется рыжим, иногда коричневым. — Прикольный цвет, — отмечаю я. — Спасибо, — помедлив, говорит она. Больше ее не трогаю. Этой минуты хватило, чтобы понять, что малышка будет ломаться. Стопроцентная целка. Сейчас мне это не надо. Больше не смущая ее, показываю ей, где лежат средства для уборки и провожу экскурсию по кухне, столовой, двум ванным и всем спальням в доме. — Это все, — закрыв дверь, поворачиваюсь к Любови. — Гостиную и прихожую ты уже видела. Слегка улыбнувшись, она кивает. — Я тогда… переоденусь. И начну. — Развлекайся, Бэмби, — хмыкаю я. И, проводив девчонку насмешливым взглядом, качаю головой. Свалилась, как снег на голову. Главное, не зажать ее где-нибудь по привычке, иначе проблем потом не оберешься. И с матерью, и вообще. Но тогда я ещё не знал, что нарушу правила этой же ночью.