Я тебя испорчу

Глава 2

Люба

Пребывая в легком шоке после общения с сыном Ирины Михайловны, я быстренько переодеваюсь в униформу, надеваю рабочий фартук и засовываю в его многочисленные карманы средства для уборки, щетки и салфетки.

Конечно, это совсем не та профессия, о которой я мечтала, но мне нужны деньги, чтобы выжить в этом большом городе. Маме с папой и так слишком тяжело, ведь помимо меня в нашей семье ещё трое детей, которых нужно вырастить. А я… уже взрослая и должна как-то крутиться сама. Повезло, что Ольга – подруга моей мамы – замолвила за меня словечко.

Пока она в отпуске, я смогу поработать вместо нее и заранее подыскать себе что-нибудь другое, ведь в доме Савицких я всего на три недели. Здесь мне пообещали хорошую зарплату и даже выделили отдельный мини-домик, в котором, в отличие от шумного общежития, тихо и спокойно.

Собрав волосы в пучок, я накидываю на плечи куртку и торопливо бегу из своего домика в дом Савицких. Снег скрипит при каждом моем шаге. На улице легкий мороз, который игриво щиплет меня за щеки и рисует узоры на окнах. Хорошо, что бежать недалеко, я даже не успеваю замёрзнуть. Шагнув на крыльцо, быстро открываю дверь и снова сталкиваюсь с Платоном.

Резко втягиваю носом воздух, поднимаю взгляд на серо-голубые, внимательно изучающие меня глаза и замираю, впившись пальцами в ручку двери, чтобы не грохнуться в ближайший сугроб. А ещё тихо радуюсь, что этот мажор все же соизволил одеться.

Несколько минут назад на нем были серые спортивные штаны, безбожно съехавшие на узкие бедра, и... больше ничего. Он расхаживал передо мной по пояс голый. Клянусь, парней с таким торсом я видела только в рекламе мужских трусов. Ну ладно, ещё иногда в Тик-токе. Одним глазком!

Сейчас на Платоне расстегнутая, матово-черная куртка, белоснежная рубашка, небрежно выправленная поверх серых джинсов, и грубоватые ботинки. Похоже, он уезжает. Это хорошо. Потому что в его компании мне пока что находиться не слишком комфортно.

— Униформа тебе идет, — окинув меня задумчивым взглядом, сообщает мне Платон. — Но юбка длинновата. Не круто.

Я, наконец, делаю шаг назад. Все, что мне остается – это вежливо молчать. Он здесь хозяин. А я… всего лишь домработница. Еще и обращаться приходится к нему на «вы». Глуповато как-то. Мы же плюс-минус ровесники.

— Заходи в дом, Бэмби, — парень отходит в сторону, пропуская меня. — У тебя нос покраснел. Отвалится ещё.

Я киваю и торопливо прошмыгиваю мимо него, зачем-то потрогав свой кончик носа. Обернувшись, дежурно улыбаюсь. Так, как учила меня Ольга.

— Хорошего дня, Платон Александрович.

— И тебе не хворать, зайка, — улыбнувшись краем губ, он неторопливо уходит к машине, что-то насвистывая себе под нос.

Проводив его растерянным взглядом, я закрываю входную дверь и облегченно вздыхаю. Теперь сердце бьется спокойнее.

Мысленно сосчитав до десяти, я настраиваю себя на нужный лад. Ирина Михайловна обещала приехать после обеда, поэтому к ее появлению в доме должно все сиять. Надеюсь, она заметит мои старания и поймёт, что не зря взяла меня на работу.

В дом Савицких попадают лишь избранные, проверенные люди. Но маминой подруге, которая работает у них уже больше десяти лет, все же удалось договориться насчет меня. Я не могу ее подвести.

Поэтому, вставив в ухо беспроводной наушник, я включаю любимые треки и принимаюсь за уборку. Покачивая головой в такт музыке, выполняю задания на сегодня – Ирина Михайловна уже прислала мне небольшой список дел.

Полностью погрузившись в работу, убираюсь в столовой и в гостиной. Тщательно, не пропуская ни одного уголка, протираю пыль, прохожусь пылесосом по полу, поливаю цветы в горшках и выношу мусор.

Чуть позже, когда заглядываю на кухню, знакомлюсь с поваром – милейшей женщиной по имени Светлана. Она угощает меня пышными булочками с капустой и желает удачи. А ещё, когда я прибираюсь в прихожей, замечаю здоровенного мейн-куна с темно-зелеными глазами, дымчато-черной шерстью и милыми кисточками на ушах.

— Какой же ты красивый, — цокаю языком, коснувшись мягкой, немного пушистой шерсти.

Смерив меня высокомерным взглядом, кот позволяет мне себя погладить, но быстро уходит, плавно повиливая хвостом.

— Его зовут Компот, — слышу сверху женский, негромкий голос и поднимаю взгляд на Ирину Михайловну.

И когда она успела приехать? Я даже не заметила!

— Добрый день! — отложив щетку, которой пыталась очистить небольшое пятно от чьей-то подошвы, я встаю на ноги и улыбаюсь.

Хозяйка дома улыбается мне в ответ. Не слишком дружелюбно, но и не враждебно. Сразу дает понять, что есть рамки, через которые мне переступать нельзя.

— Добрый, Люба, — кивает она.

Я смотрю на нее с едва скрываемым восхищением. Своей холодной красотой она напоминает мне Снежную королеву. Жемчужные волосы уложены плавными волнами, лицо ухоженное, с заостренным подбородком и идеальной кожей, а серо-голубые глаза, точно такие же, как у Платона, смотрят уверенно, с легкой ноткой холода и проницательности.

— Платон тебя встретил нормально? — интересуется она.

Помявшись, я киваю.

— Да, все хорошо.

Уголки ее тонких губ, накрашенных светло-розовой помадой, приподнимаются в легкой улыбке.

— Отлично. Я привезла договор, пройдем в кабинет, подпишем.

С этими словами Ирина Михайловна разворачивается и грациозно шагает к белой лестнице. Я следую за ней, чувствуя себя на фоне этой шикарной женщины какой-то бродяжкой.

Поднявшись на второй этаж, мы заходим в небольшой кабинет, выполненный в темно-бежевых и серых тонах. Ирина Михайловна включает свет, проходит вперед и садится за стол.

— Ты молодец, Люба, — достав договор из папки, она кладет его на стол. — Сделала все, о чем я тебя просила. Твоей работой я довольна.

Сев напротив нее, я улыбаюсь.

— Буду продолжать в том же духе.

Ирина Михайловна улыбается в ответ и складывает руки в замок.

— Ручка справа от тебя. Прочитай договор и подпиши.

Я пробегаю быстрым взглядом по тексту, читая стандартные пункты, в которых перечислены обязанности и правила. Обо всем этом я знаю – Ольга все мне объясняла и давала советы от себя.

Подписав оба экземпляра, забираю один из них себе.

— И ещё, — Ирина Михайловна протягивает мне лист с несколькими пунктами. — Это – договор о конфиденциальности. Чтобы продолжить работать, ты должна его подписать.

Немного растерявшись, я забираю у нее договор и читаю его более внимательно.

— Понимаешь, Люба, наша фамилия всегда на слуху. Мой муж – известный продюсер, поэтому репутация нашей семьи превыше всего. Все, что происходит в доме, остается в доме. Утечек и скандалов быть не должно. Никаких сплетен, никаких обсуждений, никаких фотографий и всего прочего.

— Поняла, — киваю я.

Подписав договор, откладываю ручку и снова поднимаю взгляд на Ирину Михайловну.

— Умница, — отзывается она. И, чуть нахмурившись, щелкает пальцами. — Забыла сказать. Держись подальше от моего сына, ладно? Это для твоего же блага.

Я недоуменно хмурюсь.

— Но я же… пришла сюда работать.

— Верно, — тут же соглашается Ирина Михайловна. — Я вижу, что ты девочка правильная, неглупая. Поэтому сосредоточься на работе. На Платона не обращай внимания. Он… молодой парень. Знаешь, из тех, кто не думает о последствиях и живет одним днем. Если будет приставать – обязательно говори мне. Я разберусь.

— Хорошо, — пребывая в замешательстве, отвечаю я.

Ирина Михайловна вскидывает тонкие, слегка изогнутые брови и сводит ладони вместе.

— Вот и договорились. Сегодня я ещё попрошу тебя убраться на втором этаже. Пообедай – у тебя час – и возвращайся. После уборки можешь быть свободна.

Поднявшись из-за стола, я вежливо улыбаюсь ей и ухожу.

Ее предупреждение насчет Платона кажется мне странным. Неужели она правда думает, что он станет ко мне приставать? Это же смешно! А я – так тем более не собираюсь даже смотреть в сторону этого мажора. Куда мне до него? Богатый принц может обратить внимание на нищенку только в какой-нибудь сказке про Золушку. Ну а я – просто Люба. И вместо хрустальной туфельки у меня есть только ботинок с треснувшей подошвой.

— Насмешила, — качая головой, усмехаюсь и ухожу к себе.

Впереди ещё много работы и думать о глупостях у меня совсем нет времени.