Улири

Слава владыке!

Варда чувствовал себя не в своей тарелке. Родас приказал ему оставаться с сыном и наблюдать за его состоянием - тот так и сделал. Послушно остался наедине с внезапно ожившим, генералом, внимательно отслеживая любое изменение в его поведении. И хотя в повседневной жизни напугать ученого было сложно, прямо сейчас, он чувствовал себя крайне неуютно.

Все дело в том, что Варда был уверен: перед ним уже не его господин, и, что самое страшное, даже не Ксинх. Мер-хан внешне выглядел все также, но ему уже не требовались защитные доспехи. Его кожа огрубела и стала темно коричневой. То и дело переливаясь цветом начищенного до блеска металла, она разбрасывая в стороны блики от падающего света, словно зеркало. Не реагировала на воздействие окружающей среды и совершенно не высыхала. А глазные яблоки полностью потемнели, лишившись зрачков. Отмечая про себя каждое подобное изменение, с тревогой наблюдавший за ним Варда, все сильнее убеждался в том, что перед ним сейчас находится существо иного вида. Кардинально отличавшееся от их расы.

Последние несколько минут, черные как уголь глаза Мер-хана удивленно изучали свою правую руку. Ее часть, ниже локтя, вдруг распадалась в пыль, исчезая на мгновенье, а затем вновь возникала из воздуха, образуя единое целое с остальной конечностью. Наблюдая за необычным явлением, Варда все больше сожалел о том, что не смог отговорить Родаса от опасного эксперимента.

- Ты можешь подойти. - Голос генерала заставил его вздрогнуть, неожиданно разрезав тишину комнаты. Только сейчас Варда увидел, что взгляд Мер-хана устремлен прямо на него. Его тембр был размеренным, лишенным каких либо эмоций, от чего по спине ученого пробежал холодок. Варда непроизвольно поежился. – Ты стал плохо слышать, солдат?

- Нет, мой господин. - Ксинх сделал осторожный шаг навстречу. – Простите меня, я отвлекся. Как… как вы себя чувствуете?

- На удивление прекрасно. За исключением одного: никак не могу понять, что со мной не так… Я словно могу теперь чувствовать каждую клетку своего организма и управлять ею, отдавая приказ силой мысли. Довольно странное ощущение… Необыкновенное и волнительное одновременно. Что ты сделал?

- Если позволите, - Варда еще немного приблизился, - мне необходимо осмотреть вас. Хотя... наверное, нам для этого лучше перейти в мою лабораторию. Здесь нет профильного оборудования.

- Ты что-то темнишь, солдат… - Мер-хан угрожающе поднялся. - Отвечай, что задумал?!

- Ничего, господин. Клянусь Вам…

- Подозреваю, ты лжешь!

Варда попятился назад, напуганный медленно приближающимся к нему существом. В черных глазах недавно мертвого генерала отражалась лишь пустота, и возможно впервые в своей жизни Ксинх почувствовал себя уязвимым.

Машинально он начал ощупывать свои доспехи в поисках оружия, но вместо знакомой рукояти на поясе, ощутил, как нечто сильное сдавило его тело. Бросив вниз испуганный взгляд, он увидел, что руки Мер-хана значительно удлинились. Вместо кистей, образовалась вязкая субстанция, которая постепенно окутывало его словно кокон.

- Остановись, сын! – послышался голос Родаса из-за спины генерала. Повелитель стоял сзади, приставив к виску Мер-хана ствол плазменной винтовки. – Что ты делаешь?

- Сын?! - изумился Мер-хан и резко обернулся к отцу. Его руки тотчас вернулись в первоначальное состояние. Варда с грохотом упал на пол и ползком, весь дрожа, забился в угол. - Очнись, старик! Твой сын давно мертв. А я - не он… Я – тот, кто намного сильнее и могущественнее слабака, называвшимся твоим сыном. Я лучше него во всем! Тебе следовало подумать как следует, прежде чем приставлять оружие к моей голове!

Родас, не опуская винтовки, медленно обошел Мер-хана и встал между ним и Вардой.

- Мне тяжело это признавать, и, тем более, говорить, но… если, как ты утверждаешь, мой сын мертв, и ты - не он, тогда кто же ты?

- Я… - во взгляде генерала промелькнула растерянность. А затем лицо исказила гримаса ярости. – Я – будущее!

- Нет. Ты один из нас! Опомнись!

- Отойди с дороги, старик…

- Предупреждаю тебя! Пока я владыка Ксинхов ни один из нас не поднимет руку на своего собрата!

- Неужели… а как же я? – уязвленно парировал Мер-хан, искоса бросив взгляд на винтовку. После чего сделал следующий шаг. – Я разве не Ксинх?

- Ты не просто Ксинх, ты - мой сын… - прошептал Родас, и голос его дрогнул в тот момент. Мер-хан, не обращая внимания на его слова, продолжал медленно надвигаться, - и горе мне как отцу, сотворившему чудовище… - владыка смело выдвинулся навстречу, и стволом оружия преградил генералу дальнейший путь, - И слава, как повелителю!

Воскликнув, Родас в упор выстрелил в существо, прикрывавшееся лицом его сына. Смертоносным пучком плазмы тело Мер-хана должно было разорвать на части, но оно лишь рассеялось, как песочная статуя от дуновения ветра, а через секунду снова приняло прежний вид. Пораженные увиденным, Родас с Вардой застыли в своих позах, растерянно наблюдая, как глаза Мер-хана медленно открылись, а губы искривились в зловещей ухмылке.

Родас пришел в себя первым. Он выстрелил еще несколько раз, и каждая новая попытка достигала своей цели. Только вот не причиняла противнику ни малейшего вреда. Один за одним, пучки плазмы врезались в тело Мер-хана и вырывая куски плоти, превращали их в мелкое крошево, ярким всплеском разлетавшееся в разные стороны. Но в следующий миг, они уже возвращались обратно, восстанавливая форму и оставаясь невредимыми. Владыка продолжал стрелять и стрелять, а Варда бросился к выходу, в надежде привлечь охрану. Он успел добраться до дверей, когда Мер-хан резким движением руки перенаправил очередной пучок плазмы в спину убегающего Ксинха. Варда, закричав от боли, рухнул на пол, но смог в падении дотянуться и активировать сенсорный замок. Четверо Ксинхов  тотчас ворвались внутрь и открыли беспорядочный огонь, защищая своего повелителя. Мер-хан взревел от гнева и моментально исчез, разлившись по полу темно-коричневым пятном. Которое вскоре и вовсе пропало, слившись с напольным покрытием. Обескураженные воины перестали стрелять и огляделись. Никто не понимал, что произошло и с кем они имеют дело. Родас, наоборот, обладая полной информацией о новом изобретении, напряженно вглядывался себе под ноги.

- Смотрите внимательно! Эта тварь не должна ускользнуть! - скомандовал он, привлекая внимание воинов.

Солдаты послушно кивнули. Аккуратно переступая с ноги на ногу, они начали исследовать помещение в поисках исчезнувшего противника. Пока внезапно один из них не замер на месте. Заинтересовавшись, остальные остановились и обернулись выяснить в чем дело. Глаза воина, медленно расширяясь, смотрели вниз. Где, возникая прямо из пола, его ноги, словно пожирая, обволакивала темная субстанция. Она быстро добралась до груди и бедняга, не выдержав, завопил во все горло. То ли от боли, то ли от ужаса. Не зная, что делать, солдаты открыли беспорядочный огонь. Субстанция поглотила несколько выстрелов и перескочила на следующего солдата. Предыдущая жертва к тому времени упала замертво. Испугавшись, воин стал стрелять без разбора, во все стороны. Ранив в итоге, одного из своих.

- Да убейте же его! - закричал Родас и сам выстрелил первым. Повинуясь приказу, оставшиеся в живых солдаты поддержали владыку и очередной бедняга упал замертво. Субстанция нехотя сползла с мертвого тела и начала увеличиваться, вытягиваясь вверх. Вскоре темно-коричневая масса приняла очертания Мер-хана.

- Тебе не у***ь меня, старик, - заявил он, как только облик полностью восстановился. - Пожалей воинов. Они мне еще пригодятся.

- Они никогда не будут служить тебе! – самоуверенно прокричал Родас, опуская винтовку. - Ни один Ксинх не присягнет другому владыке, пока я жив!

- Что ж… - Мер-хан зло ухмыльнулся. – Да будет так!

В одно мгновенье он пересек комнату и остановился напротив Родаса. Правая рука генерала мгновенно видоизменилась, принимая очертание острого лезвия и невидимым взгляду движением распорола владыке шею. Из разреза поврежденных доспехов брызнула кровь вперемешку с защитной жидкостью, и тело старого Ксинха, опустившись сначала на колени, грузно повалилось на пол.

Убедившись, что противник мертв, Мер-хан спокойно развернулся к оставшимся в живых, солдатам. Некоторое время он неотрывно смотрел в их сторону, пока воины, повинуясь его немой воли, не опустили оружие. Но генералу этого оказалось недостаточно. Проследив за их действиями, он с неприкрытой угрозой снова посмотрел в их лица. Минуту солдаты стояли в нерешительности, трясясь от страха, пока один из них не опустился на колени. Второй, заметив одобрение Мер-хана, поспешил последовать примеру товарища. И уже вместе они в почтении склонили головы.